Рерайтер 2 (СИ) - Каталкин Василий

— Бесполезно это всё, — грустно сообщает мне товарищ, который занимается этим всем делом, — диспетчер покажет задачи, а вот чем они занимаются, вряд ли расшифрует. Тут уже набирается пяток задач, кои вызывают вопросы. Вот, к примеру, что это за задачи?

Он выводит на экран перечень задач, которые постоянно крутятся в памяти.

— Эм… — выдал я, сходу не сообразив, что это за задачи, — действительно, информативно, но малополезно.

— Вот и я говорю, что это так, — соглашается он, — а ведь дальше будет ещё хуже, там будет крутиться не меньше десяти задач, которые мы не сможем идентифицировать.

— Там не десятью пахнет, а двадцатью не обойдемся, — пришлось согласиться с ним, — и специализация у них будет под вопросом. Кстати драйверов уже куча и кто чего делает не понять.

— Вот, вот, — кивает разработчик, — поэтому пояснение программного кода должно быть в самом тексте программ, чтобы выводить их перед пользователем.

— Бесполезно это всё, — вздыхаю тяжело, — это для честных производителей информация, а для тех, кто будет писать вирусы, ничего не значит запихнуть туда любую информацию. Тут надо что-то иное придумывать, заодно таким образом отлавливать тандемных вирусов.

— Каких вирусов? — Сразу цепляется он.

— Тандемных, это когда в памяти не сам вирус сидит, а его запускающая программа, которая благодаря таймеру запускает вирус в память, — поясняю ему свою задумку, — он отработал и снова спать пошёл, а его тандем в памяти сидит и отслеживает событие, а может присоединиться к драйверу какому-нибудь и хрен его найдёшь.

— Тогда нужно библиотеку программ создавать с размерами запускаемых программ.

— Тоже бесполезно, он может шифровать часть своего кода, и ужимать его, подгоняя под прежний размер. Тут нужно хитрее поступить, не только снимать размер, но и контрольную сумму проверять, которую производитель должен предоставлять. А чтобы не было хитрых программ, которые незаконно проникли в память, необходимо еще и код производителя подсовывать, чтобы пользователь знал, чья это программа.

Именно этим путём мы на будущее отсекали всех вирусников, ибо проникнуть в память программ им было очень трудно. Тут главное чтобы это всё не началось, а то бороться с вирусами очень трудно, желательно предотвратить это дело сразу, чтобы потом не надо было гоняться за ними. А ещё мы всё-таки прикрутили к операционной системе антивирус, ведь в чём задача любого вируса, не испортить настроение владельцу ЭВМ, нет, задача его получить информацию с этого компа. То есть накопить информацию где-нибудь на диске, а потом выстрелить в интернет по определённому адресу. Вот этот выстрел и отслеживал наш антивирус, он постоянно проверял выход в сеть и сигнализировал, если с его точки зрения та или иная программа вела себя неправильно. Даже термин такой родился, стрельба по мишеням. Мишенью естественно был тот компьютер, куда и должна была попадать информация. Особенно это помогало от дос-атак, это когда компьютер любого пользователя сам того не подозревая атаковал определённый адрес в интернете своими запросами, не дожидаясь ответа.

Но это на будущее, а пока, в настоящем нам опасаться было нечего, поэтому это был золотой век операционки, делай что хочешь, дорабатывай, как хочешь, главное чтобы пользователь был в сети, подправить всегда есть возможность. Потом будет гораздо сложнее что-то исправить, ведь любой выстрел в интернет будет отслежен и любая программ пришедшая из вне будет поставлена не учёт.

И наконец-то, лаборатория Баталова выдала приемлемую схему процессора, который будет рулить видеокартой. Заметьте, не встроенной видеокартой, которая опирается на ту же память, которая используется в операционной системе, а на отдельную память, которая и будет работать только на видеоряд. Что это даёт? Это много чего нам позволит, во-первых, скорость работы монитора будет на порядок выше, во-вторых процессор не будет отвлекаться от работы на видеосистему, ну и в-третьих, всякие игры, основанные на графике, теперь будут обеспечены мощной картой, которая позволит применять различные способы выведения информации на монитор. Даже такая игра, как «Принц Персии» будет работать гораздо быстрее, хотя она и потребует дополнительных эффектов и работать будет в разрешении 800×600, что очень важно с точки зрения любого обывателя. Да, да, игра «Принц Персии» нами была сделана, и трудились над ней наши советские программисты, хотя для запада, это была какая-то забугорная фирма, видимо поэтому её и брали на тридцать вторую, 16−2 её еле тянула и то в урезанном варианте с разрешением 640× 480. Но как-то умудрялись на ней играть. Но особым спросом она не пользовалась, тут всё вытеснили чёртики, это где надо по лабиринту бегать, убегать от чертей и переходить на новые уровни, даже тетрис особого спроса не находил.

Однако новизна момента должна сделать свое черное дело, должны люди заинтересоваться этой игрой «Принц Персии», ведь там и графика на высоте и сюжет тоже не подвёл, да еще несколько игр с продолжением, что еще надо, чтобы влипнуть в хорошую игру. Кстати, это косвенно и по нам ударило, всё больше пользователей приобретает эту игру на западе, уже видели несколько таких игр на наших ЭВМ. Но тут уже никуда не денешься, охота пуще неволи. Остается только надеяться, что это не сильно скажется на работе. Вообще в Европе сложилась парадоксальная ситуация, все новые компьютеры там стремились купить не предприятия, а частные компании, которые их потом использовали как игрушки, заталкивали их в компьютерные салоны и вперёд играть всем желающим. Даже возник временный дефицит на наши машины. И увеличение цены не помогло, на наши 32−2 серьёзные фирмы косились, но покупали либо 16−2, либо просто 32. Это они видимо решили, что мощности машин достаточно для решения производственных задач, а всякие 32−2 избыточно мощные, для производства, поэтому нечего поощрять своих работников на различные игры. Да уж, как я их понимаю.

Глава 15

На счастье

Наконец-то университет закончился, и Галина, его недавняя выпускница, вырвалась на просторы страны, туда где требовались математики. Вернее требовались не математики, а программисты, но это уже детали. Вообще ей предлагали три места, где они требовались, это какие-то заштатные города в Сибири: Черемхово, там добывали уголь, Братск, где находился Алюминиевый завод и какой-то Арсеньев в Приморье, там находился вертолётный завод. Долго думать Гале не пришлось, Черемхово вообще не рассматривалось, так как шахты, старый посёлок, чего там делать? Братск ещё туда-сюда, но тоже не лучшее место, холодно там, морозы достигают минус сорока градусов. А Арсеньев, что это за место на земле, трудно судить, но вертолётный завод уже звучит, да и жильё давали, в отличие от других. Решено, поедет туда, и в голове даже мысли не шелохнулось, что этот город может оказаться вовсе не так притягателен, как сообщала о нём энциклопедия. Сборы были не долгими, и вот через две недели она вышла на вокзал в городе.

— Господи, что это? — Думала она, окидывая взглядом одноэтажные домики, которые раскинулись вокруг железнодорожного вокзала, и он был единственным двухэтажным зданием. — Ну, ладно, пусть это будет у вокзала, но сам-то город должен быть нормальным.

Немного погодя её настроение улучшилось, когда она ехала через центр на автобусе, здесь уже присутствовали не только старые двух этажные дома, но и даже новые панельные пятиэтажки.

— Тогда живём, — подумала она, — так-то нормально городишко выглядит.

Однако настроение её снова упало, когда автобус вновь свернул на улицу, по бокам которой старые одноэтажные домишки перекрыли вид на прекрасный город, тогда ещё подумалось, что зря она не уточнила об удобствах в даваемом предприятием жилье. Дальше проходная и оформление на работу, естественно никаких разговоров о собственном жилье не заводилось, а оформили её в общежитие, на три место-койки в одном помещении.

— Ага, — обрадовалась недавняя выпускница, этим самым завод сразу же перевёл её в «отказники», так говорили о тех, кому предприятие не выдавало жильё, и они получали право отказаться от работы, — поэтому поработаем два месяца, а потом будем иметь законное право ехать обратно на родину.