"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус"

— Разве у меня есть выбор? — вздохнул Петр, — нет конечно.

— Не расстраиваетесь, — ободрил его Лобов, — планируется создать Императорский завод по производству этого препарата. Вы представляете себе необходимые масштабы финансирования? Без поддержки Его Императорского Величества Вам не справиться. Тем более, что это родственные дела.

— Согласен. Но я хочу наладить выпуск и таких тампонов! Мне кажется, что это будет проще и быстрее в плане зарабатывания денег. А мне они сейчас очень нужны, — вздохнул юноша.

— Вы имеете ввиду ремонт особняка, подаренного бабушкой принцессы! — улыбнулся его начальник.

— Да! Мы там были, там только начать и закончить! — кивнул капитан.

— Вот и хорошо, Начинайте, а там глядишь и Императорская семья захочет в этом поучаствовать! — ободрил его Лобов, — все это требует больших вложений.

Они проехали по Аптекарскому острову, где на набережная реки Карповки под номером двенадцать располагался завод. Предприятие занимало обширную территорию между Аптекарской набережной, Инструментальной улицей и улицей Песочной. Комплекс зданий представлял собой классический образец промышленной архитектуры Петрограда девятнадцатого — начала двадцатых веков. Основные корпуса были выполнены из красного кирпича в так называемом «кирпичном стиле». Главный корпус представлял собой вытянутое вдоль набережной здание с ритмичным чередованием оконных проемов и декоративными элементами на фасаде. Завод развивался из «мастеровой избы лекарских инструментов», основанной ещё в восемнадцатом веке Петром Первым. К концу девятнадцатого века, после слияния инструментального, фармацевтического и перевязочного производств, сформировался полноценный заводской городок с цехами, мастерскими и административными помещениями. Значительная часть исторических построек пострадала при пожаре в тысяча восемьсот девяносто девятом году, после чего завод был частично перестроен.

Они припарковали автомобиль и отправились в дирекцию завода. На проходной их остановила вооружённая охрана и поинтересовалась куда это они собрались на режимном объекте. Представленные значки Императорской Службы Безопастности не произвели на них никакого впечатления. Узнав, что они ищут профессора Николая Акимовича Изергина, охранники стали куда-то звонить. Потом передали трубку генералу.

— Господин профессор Николай Акимович Изергин? — спросил Лобов, — Вы директор этого завода?

— Так точно, с кем имею честь? — спросил собеседник на другом конце провода.

— Генерал Лобов, Руководитель Императорской Службы Безопастности и капитан Петр Печорский! — представился мужчина.

— Чем могу служить? — поинтересовался профессор.

— Нам нужно поговорить о производстве определенного вида продукции в сфере деятельности Вашего завода, — ответил генерал.

— Проходите, вам сейчас выпишут пропуска, — произнес директор, — передайте, пожалуста трубку охраннику. Тот выслушав распоряжение руководства, быстро оформил два попуска, и мужчины прошли на территорию завода. Им показали куда идти, и вскоре они уже входили в кабинет Изергина.

— Добро пожаловать в наши пенаты, — поздоровался с ними профессор, — присаживайтесь Признаюсь, Ваша просьба меня сильно удивила. Обычно ваше ведомство интересуется совершенно другими вопросами.

— Наше ведомство интересуется всем, что затрагивает интересы Императорской фамилии! — твердо произнес Лобов, — все, о чем мы будем говорить, является государственной тайной.

— Хорошо, я Вас внимательно слушаю, — кивнул директор сложив ладони домиком перед собой.

— Не меня, капитана Печорского. Петр, изложи суть дела, — попросил его генерал. Юноша быстро и четко стал рассказывать идею тампона, одновременно рисуя чертеж на бумаге. Профессор склонился нал листком и внимательно его слушал. Когда молодой человек откинулся назад закончив свой рассказ, наступило молчание. Было видно, что действительный статский советник коим являлся Изергин, размышляет об услышанном.

Глава 17. Сбрасывание масок.

— Даже не буду спрашивать, что подвигло столь молодого человека озаботится такой деликатной и интимной женской проблемой, — начал профессор.

— А я отвечу. Моя любимая девушка — балерина. И она жаловалась, что в такие дни им никто не делает никаких скидок, и они вынуждены идти на всяческие ухищрения, чтобы выступать. Иначе на карьере в балете можно поставить крест! — ответил Петр, — вот я и подумал, как можно ей помочь. Прокладки не очень подходят, у них же там все открыто, когда они балетные пачки надевают. Думаю и Вашему заводу это будет интересно. Война закончилась, спрос на перевязочные материалы снизился, а заводу нужна работа. А такая продукция всегда будет востребована.

— Согласен с Вами, — задумчиво произнес директор, — что требуется от нас?

— Подготовить производство этих тампонов, — произнес юноша.

— Сразу хочу сказать, — вмешался генерал, — это изобретение принадлежит Императорской семье, и на Ваших площадях будет размещено только производство и будут оплачиваться только расходы на производство. Но прибыль будет принадлежать царственной фамилии.

— Ну я пока не вижу тут никакого изобретения, — усмехнулся Изергин, — это только идея. А изобретением оно станет, когда будет облечено в чертежи, конкретные размеры, материалы и технологию производства. У Вас это все есть?

— Только в общих чертах, — признался юноша.

— Ну так я Вам скажу по личному опыту, — улыбнулся профессор, — от появления идеи до изготовления первого образца прототипа большой путь. И часто идея так и не превращается в изобретение. У Вас есть опыт такой работы?

— Если честно, то нет! — вздохнул капитан.

— Ну я так и подумал, — произнес директор.

— Почему Вы так решили? — удивился юноша.

— Ну если бы такой опыт был, то Вы принесли бы готовую заявку на патент, — улыбнулся Изергин, — ну что, у меня предложение, если Вы не возражаете.

— Какое предложение? — спросил генерал.

— В целом идея мне понятна. Я сам подготовлю заявку и технологическую документацию и все сделаю, чтобы поскорее запустить производство этой продукции на своем заводе, — начал директор.

— Не на Вашем, простите, а на Императорском заводе, — поправил его Лобов.

— Разумеется! — кивнул профессор, — я имел ввиду только то, что я управляю этим заводом. Так вот, я все сделаю, но Вы меня включите в соавторы изобретения. Согласитесь, это будет справедливо. Уверяю Вас, что тут есть над чем подумать. Какие материалы, в какой пропорции, какой плотности, какого размера. Стерильные или нет. Токсичные или нет. И еще много мелочей, которые человеку не сведущему, не разобраться. А лучшего специалиста по этим вопросам чем я, в России нет. Но я не настаиваю.

— Хорошо, но Вы будете получать только пять процентов от продаж, эти деньги принадлежат Императорской семье, — жестко произнес генерал.

— Согласен! — кивнул Изергин, — тогда по рукам?

— Хорошо! — согласился Петр, и пожал ему руку.

— Вот и хорошо! Давайте встретимся через неделю и я думаю, что смогу уже предоставить первые результаты, — предложил директор.

— Хорошо, тогда встретимся через неделю! — и Лобов с Петром подав руки профессору покинули кабинет. Они вышли за ворота, по пути обсуждая прошедший разговор.

— Этот профессор, как я погляжу, не промах! — усмехнулся генерал, — сразу почувствовал запах денег.

— Но я думаю, он прав. Если я сам буду в этом ковыряться, так это сколько времени займет, — вынужден был признать юноша, — а так он в этом лично заинтересован, и дело думаю пойдет куда веселее.

— Вот и правильно, — кивнул Лобов, — не будем жадничать. Давай я тебя домой отвезу. Слушай, — обратился когда он к юноше, когда они сели в машину, — тебе Юлия Сергеевна о себе ничего не рассказывала?

— Да нет, а что? — удивился такому вопросу капитан.

— Пока ничего, — задумчиво ответил его начальник, — не можем найти о ней информацию до ее замужества с князем Галынским. Как будто она появилась только тогда. А до этого такого человека и вовсе не было. Не можем даже установить ее фамилию до замужества.