Ликвидаторы (СИ) - Грохт Александр

— Штурмовая группа, вперед! — скомандовал Пряник, голос его звучал четко и властно.

Из БТРов военных выскочили бойцы — человек десять, не меньше. Все в бронежилетах знакомой черной расцветки, явно современного образца, и с «продвинутыми» калашами. Из обвеса, которым были увешаны их автоматы, я опознал только приклады типа МОЕ да коллиматоры Эотек. Дорогое снаряжение — явно не из того, что достается рядовым бойцам. Они ринулись к зданию, профессионально прикрывая друг друга, двигаясь перекатами — пока одна тройка бежит, другая обеспечивает огневое прикрытие.

Ну, и нам бы неплохо тоже выступить, а не торчать здесь, наблюдая со стороны. Состав штурмовой группы был оговорен еще на базе, так что никаких заминок не вышло. Пряник еще не успел вылезти из своего БТР, как его уже взяли под грамотное прикрытие Николай, Макс и Леха — те сработали как часы, словно всю жизнь воевали вместе. А я с Медведем и одним из двух новичков, Костей, понесся к зданию, держась в тени БТРа.

Медведь не забыл свой ПК — таскать такую махину было нелегко, но в бою этот пулемет стоил своего веса золотом. Сам я предпочел бы сейчас П90 с его компактностью и убойной скорострельностью, но мой так и не смогли починить после последней заварушки — получил он тогда пулю прямо в ствольную коробку. Так что пришлось довольствоваться МДР, зато с бронебойными патронами — не самое плохое сочетание для штурма укрепленных позиций. Ну и Костя шел следом, с такой же винтовкой.

Понятное дело, что все мы были в бронежилетах Меднанотеха — тяжеленные, конечно, но зато были шансы даже даже после прямых попаданий из серьезных калибров. Благо у меня запас этой брони сохранился еще с той злополучной экспедиции, и как там завсклада не верещал, размахивая бумажками и апеллируя к каким-то инструкциям, а броню, патроны и оружие ему пришлось мне полностью вернуть. До сих пор приятно вспомнить, как этого куркуля перекосило, когда Вовка распорядился «выдать взад» по списку все, что было притащено из разбитого МПЛ, подбитого «чирка» и искореженного пикапа. Правда, все равно этот говнюк умудрился зажать часть боеприпасов — я точно знал, сколько магазинов вернул, а вернули мне процентов на двадцать меньше. Но я уже не хотел связываться с бюрократией и плюнул на это дело. Главное, что основное вернули.

— Медведь, Костя, за мной! Лех — птичку вперед, и прикрывай тыл! — крикнул я, перекрывая грохот стрельбы.

Мы побежали следом за штурмовой группой Смита. Несколько шальных пуль шлепнули по песку рядом с нами, поднимая фонтанчики пыли. Одна скользнула по броне Медведя, оставив яркую царапину на керамической пластине, но он даже не поморщился — просто продолжал бежать, прижимая к себе тяжелый ПК. Добежали до стены здания, прижались к ней, переводя дыхание. И уже не торопясь, дождавшись отмашки Лехи по рации, что прямо за дверьми никого нет — дрон все проверил, — ворвались внутрь.

Внутри здания царил полумрак — электричество, видимо, вырубили еще в начале штурма, а может, его тут и вовсе не было. Пахло гарью, порохом и чем-то неприятно сладковатым. Штурмовая группа Смита, не мешкая, пошла направо, прикрывая друг друга автоматами. Значит, нам — налево, чтобы не путаться и не устроить случайную перестрелку своих со своими в темноте.

Но стоило мне сунуться в коридор, как дверной косяк перед моим носом разлетелся деревянными щепками, исчерченный пулями. А сам я не остался без башки только за счет нечеловечески быстрых рефлексов — тренировки и постоянные стычки научили тело реагировать быстрее мозга. Просто успел рухнуть назад за долю секунды до еще одной очереди, которая, не найдя на пути моей многострадальной головы, улетела в потолок и заскакала по коридору за нашими спинами рикошетом. Где-то сзади материально выругался Костя.

Леха по рации быстро сообщил, что противник практически сразу за стеной, в первой же комнате справа — дрон все видел через пробоины в стене. И предложил мне не маяться ерундой, а просто закинуть бандюкам гранату через окно со двора. Это будет быстрее и безопаснее, чем пытаться штурмовать в лоб укрепленную позицию. Я, даже не раздумывая, согласился с этим планом — незачем рисковать людьми ради красивого жеста. Отмахнул рукой Медведю, мол, готовься давить огнем, если кто побежит, и достал из подсумка гранату РГО.

Высунулся из здания обратно на улицу, соблюдая все меры безопасности — пригнувшись и держась в тени стены. Прошел по стеночке, стараясь не шуметь, до нужного окна. Его уже выбило чем-то — то ли взрывной волной, то ли пулями, — так что одной проблемой было меньше. Не придется разбивать стекло и предупреждать противника. Когда Леха подтвердил по рации спокойным, профессиональным тоном, что да, противник именно в этой комнате, три человека с автоматами у дальней стены, пятеро по центру, двое в углах у дверей, — вынул чеку из гранаты, мысленно выдохнул, настраиваясь, и отпустил скобу. Замедлитель характерно хлопнул, я досчитал про себя размеренно: «и-раз, и-два, и-три», и ровно на «три» ловко швырнул РГО в окно, целясь в центр помещения.

Взрыв прозвучал тут же, оглушительно и мощно. Барабанная дробь осколков по стенам, звон разлетающихся вдребезги остатков мебели и звучащие для меня почти музыкой крики боли и отчаяния. Граната сработала идеально — в замкнутом пространстве РГО превращалась в абсолютное оружие.

Медведь, не теряя времени, тут же выскочил в коридор, словно чертик из табакерки, и вбил в пытающихся убежать по коридору двух окровавленных «воронов» очередь на добрый десяток патронов. Те даже не успели толком развернуть автоматы в нашу сторону. Я тем временем попросил Леху глянуть дроном внутрь комнаты и доложить ситуацию — надо понимать, есть ли там еще угроза.

Через несколько томительных секунд, пока мы держали коридор под прицелом, он отчитался по рации:

— Джей, там внутри просто фарш. Стены в красном аж до потолка. Если кто и жив из этих, то он только стонет и явно не помышляет о каком-либо сопротивлении. Можно заходить и зачищать окончательно.

— Принял. Николай? Ты слышал доклад. Заходи и ликвидируй там всех, кто подает признаки жизни. Медведь — прикрываешь его, держишь коридор.

Николай явно замялся — я увидел это по его лицу даже в полумраке коридора. Он как-то странно переминался с ноги на ногу.

— Жень, я это… может, можно как-то иначе? Ну, вон, Медведь их зачистит, а я его прикрою? Я ведь неплохо стреляю, прикрытие обеспечу нормальное…

— Что, тебе не хочется марать руки? — я уставился на него с нескрываемым удивлением.

— Да нет, что ты… просто… ну… я никого не убивал вот так, глаза в глаза… Особенно раненых. На расстоянии — да, стрелял, это как-то… абстрактно, что ли. А тут…

— Ничего, пора тебе, паренек, учиться страху божьему, — я говорил жестко, не оставляя места для возражений. — Никогда еще не убивал раненых и безоружных? Что ж, самое время начать. Наш великий Император и Бог в одном лице, Молчаливый Вовка, приказал — никаких пленных. Это его прямое указание. Так что вперед, выполняй команды босса. Это приказ, Николай.

Пока говорил по рации, я вошел внутрь здания обратно и последние слова произнес уже вслух, практически Николаю прямо в ухо, чтобы он точно все понял. Он сморщился, словно от зубной боли, и уставился на меня взглядом оскорбленного в лучших чувствах человека — классический взгляд «я не желаю этого делать и вообще возмущен до глубины души».

— Я не буду стрелять в безоружных раненых, — выдавил он сквозь зубы. — Это негуманно. Это военное преступление, если хочешь знать.

— Будешь. Тебе лично приказал Вовка, а сейчас еще и я дублирую этот приказ. Это боевая обстановка, и ты обязан выполнять приказы. Ты тратишь наше драгоценное время в крайне опасной ситуации, подвергая риску всю группу.

— Недаром про тебя говорили на базе, что ты просто кровожадный псих… — Николай с лицом смертельно оскорбленного интеллигента демонстративно отвернулся от меня. — Я не стану выполнять команды бешеного придурка с ПТСР… иди своим зверькам агрессивным приказывай, может, они тебя слушаются.