— А второй вопрос? — уточнил я.
— Второй: как вы смогли открыть портал в Китай и поддерживать его, находясь вдали от портала? Как вообще такое возможно⁈ — глава клана «Лунвэй» не сдержал своих эмоций.
— К сожалению, на оба вопроса я не могу вам ответить. На первый вопрос, скорее всего, вы скоро и сами узнаете ответ. А на второй — я пообещал представителям кланов строителей, что дам им три дня на принятие решения, заплатят они за эту информацию или нет. Если заплатят, то это станет их секретом, если нет, то буду готов продать его вам, — ответил я и улыбнулся, когда Елена зажмурила глаза от удовольствия.
— О какой сумме идёт речь? Я готов дать больше, — произнёс Вэй Чжэньлун.
— Уважаемый Вэй, я не могу нарушить данное мной слово. Так что вам придётся подождать. Если кланы строителей не согласятся, то я готов буду продать вам секрет за семьдесят миллионов золотых червонцев — именно эту сумму я озвучил кланам, — я посмотрел на Елену, которая встала и пошла в ванную комнату, красиво виляя бёдрами. Её место сразу заняла Ли Юй и, взяв мою руку, положила её себе на внутреннюю часть бедра.
— Семьдесят миллионов — серьёзная сумма. Хорошо, я подожду, пока кланы дадут вам ответ. Думаю, что, если они согласятся, тогда я смогу у них купить этот секрет за меньшую сумму. Хорошего дня, князь, — и глава клана «Лунвэй» прервал связь.
Как только я перестал говорить и убрал амулет, Ли Юй сразу залезла на меня сверху, а мои руки положила на свою упругую грудь. Нам хватило пары минут, чтобы достичь удовольствия.
Она лежала на мне сверху, когда из ванной вышла Елена.
— Так нечестно, — обиженным голосом произнесла она.
Но я прекрасно чувствовал её эмоции — она нисколько не обижалась.
Ли Юй слезла с меня и ушла в ванную, я тоже встал и отправился принимать душ во вторую комнату.
После завтрака девушки, взяв с собой всех наших людей, на трёх автомобилях поехали на стройку крепости. Я же вернулся в номер и оттуда открыл портал к армии Зарацкого.
После вчерашнего моего набега армия князя Зарацкого осталась без стационарного щита. Теперь со всех сторон двигались мастера и магистры, оглядываясь по сторонам, ожидая нападения.
Они боялись — я чувствовал, как от армии исходят эмоции страха.
Я открыл портал и вышел на дальнем конце очередного поля, где происходило сражение между армией рода и армией узурпатора. Это было одно из самых жестоких сражений того времени. Здесь погибло много солдат моего рода и много солдат узурпатора. Все они станут моей новой армией.
Но сначала мне нужна мана, много маны. Я открыл портал и переместился в родовое хранилище.
В хранилище было тихо и спокойно. Древние полки ломились от накопителей, каждый из которых хранил в себе силу многих поколений. Я тщательно отбирал самые полные, чувствуя, как от них исходит едва уловимое тепло.
Наполнив рюкзак до отказа, я проверил каждый накопитель — все были заряжены до предела. Теперь у меня достаточно энергии для предстоящей битвы.
Вернувшись в основной зал хранилища, я окинул взглядом древние стены. Здесь хранилась не только мана, но и память о былой славе рода. Каждый камень этого места был пропитан историей.
Пора было возвращаться. Я открыл портал, готовый к новой атаке на армию Зарацкого. Впереди ждала битва, и я был готов к ней как никогда.
Вернувшись под защиту леса и высыпав из рюкзака накопители маны, чтобы они всегда были под рукой, я стал создавать «каменные мухоловки» по всему периметру поля. Ни одна живая душа не покинет это место.
Армия Зарацкого остановилась на краю, не решаясь пойти дальше. Я не спешил, ждал их уже больше двух часов, сидя на стуле из номера в отеле и попивая кофе, который взял в ресторане. У меня всё было готово к решающей битве.
«Каменные мухоловки» были в неактивном состоянии, пропуская солдат внутрь моей огромной западни. Когда последний солдат вышел на огромное поле, я встал со стула.
«Пора», — подумал я, допивая кофе. — «Пришло время показать князю Зарацкому, что значит идти против рода Драгомировых».
Четыре огненных стены поднялись вокруг армии Зарацкого, в рядах противника началась паника. Магистры и мастера пытались создать защитные барьеры, но было уже поздно. Огненные стены сжимались всё сильнее, отрезая пути к отступлению.
Я опустился на колени и положил руки на землю: «Вставайте, мои верные солдаты. Пришло время расплаты. Убейте всех!»
Земля задрожала под моими руками, и из неё начали подниматься павшие в боях воины. Один за другим мои павшие воины восставали из могил, их доспехи мерцали в отсветах пламени. Их глаза горели неземным светом, а в руках они держали оружие, которым когда-то сражались за честь рода.
— За род Драгомировых! — раздался нечеловеческий вой, и мёртвая армия ринулась в атаку. По моему желанию в стенах огня образовались проходы, и туда хлынула моя армия, рубя, круша и уничтожая всё и всех вокруг себя.
Магистры противника пытались сопротивляться, но их силы были тщетны перед мощью моей некромантии. Потеряв одного воина, следом я поднимал двух других из павших солдат врага. Те, кто хотел моей смерти, теперь убивали своих друзей и сослуживцев. И чем больше погибало солдат армии Зарацкого, тем больше мёртвых воинов становилось в моей армии.
«Каменные мухоловки», словно гигантские клыки земли, вздыбились из почвы, пронзая тех, кто пытался спастись бегством. Их острые грани, разрывали плоть и доспехи, превращая попытки побега в смертельную ловушку.
Магистры, осознав безвыходность ситуации, сплели вокруг себя сеть огненных щитов. Но их силы, подобно песку сквозь пальцы, утекали в пустоту. Их лица исказились от напряжения, вены вздулись, а лбы покрылись испариной.
Крики умирающих, полные ужаса и отчаяния, наполнили воздух, создавая адскую симфонию битвы. Земля, некогда плодородная и живая, теперь окрасилась в багряные тона, став алтарём кровавого жертвоприношения.
Каждый новый павший воин противника, словно капля в океане, вливался в мою армию мёртвых, делая её сильнее и неудержимее. Их воинственные фигуры, окутанные дымом и пламенем, двигались с нечеловеческой грацией, превращая поле боя в настоящий кошмар.
Я, словно вихрь разрушения, шагнул через портал прямо в эпицентр хаоса. Накопители маны на поясе пульсировали, готовые выплеснуть свою мощь. Воздушные серпы, острые как бритва, с режущим визгом врезались в огненные щиты магистров, разрывая их на тысячи сверкающих осколков.
«Анаконда» — огненная змея, рождённая моей волей, — взвилась в небо и обрушилась на закричавших от ужаса магистров. Её чешуя, раскалённая добела, оставляла на земле следы расплавленного камня.
Древняя сила рода, словно дикий зверь, рвалась наружу, наполняя каждую клеточку моего тела. Я чувствовал, как с каждым ударом сердца, с каждым взмахом меча моих воинов, с каждой искрой пламени приближался неизбежный финал.
Когда последний крик затих, а последнее сердце остановилось, поле битвы превратилось в царство мёртвых. Те, кто пришёл уничтожить мой род, теперь склонили перед ним свои головы. Их души, некогда полные ненависти, теперь служили высшей цели — восстановлению справедливости и возрождению рода Драгомировых.
Я окинул взглядом своё многотысячное мёртвое воинство. Воины в древних доспехах и мертвые солдаты в новой форме армии Зарацкого, покрытые коркой засохшей крови, стояли неподвижно, ожидая следующего приказа. Их пустые глазницы светились неземным светом, а оружие было готово к новой битве.
Собрав свои мысли, я открыл портал прямо к родовому замку князя Зарацкого.
— Убить всех! — прогремел мой голос над безмолвной армией. — Замок сравнять с землёй! Пусть даже камни будут помнить о том, что бывает с теми, кто идёт против рода Драгомировых!
Мёртвые воины, издав жуткий вой, ринулись в портал. Земля под их ногами дрожала, а воздух наполнился запахом смерти и разложения.
Я последовал за ними, готовый завершить то, что начал. Древняя ненависть, копившаяся веками, наконец-то найдёт своё воплощение в этом последнем акте возмездия. Род Зарацких должен быть стёрт с лица земли, как стёрто было имя моего рода из летописей.
