Ли Юй и Беркут синхронно кивнули, принимая приказы.
— Елена, ты остаёшься за координатора всех операций. А мне нужно посетить князя Орлова — я обещал ему встретиться.
Как только я закончил говорить, официанты внесли обед. Мы погрузились в трапезу, наслаждаясь едой в тишине, нарушаемой лишь звоном столовых приборов. Каждый из нас понимал, что начинается новый этап в истории рода Драгомировых — этап восстановления и укрепления власти.
Глава 24
После обеда я с Бестужевым поднялся на этаж, который теперь официально принадлежал нашему роду. Он отправился переодеться и через десять минут вернулся в мой номер, полностью готовый к предстоящему делу.
— Я готов, князь. Будут какие-то дополнения к обычному заявлению, которое делается после победы над врагом? — спросил Бестужев, стоя по стойке смирно.
Я на мгновение задумался, хотя решение давно было принято:
— Объяви следующее: армия князя Зарацкого уничтожена полностью, выживших нет. Родовой замок Зарацких полностью разрушен, а сам князь и все его потомки основного рода уничтожены. Оставшиеся в живых представители других ветвей рода могут жить спокойно при условии, что не будут пытаться мстить роду Драгомировых. В случае если они решат объявить войну или любым другим способом нанесут ущерб нашему роду, они будут уничтожены. Любой представитель Совета Великих Родов в течение недели может посетить руины родового замка Зарацких и лично убедиться в результатах противостояния с родом Драгомировых. Через неделю все рода, изъявившие желание помочь уничтоженному роду Зарацких в войне против рода Драгомировых, должны выплатить компенсацию в размере одного миллиона золотых червонцев либо передать во владение рода Драгомировых акции предприятий или другие активы на эту сумму. В противном случае род Драгомировых оставляет за собой право объявить войну всем, кто пытался уничтожить наш род.
— Князь, после такого заявления мы можем нажить себе множество врагов, — обеспокоенно произнёс Бестужев.
— Они у нас и так есть, Сергей. Все, кто заседает в Совете, особенно те, кто хотел помочь Зарацким — наши враги. Мы даём им время. Пусть приезжают, смотрят на руины, а потом думают — стоит ли связываться с нами или лучше заплатить за свои слова. Пошли, тебе тоже будет полезно увидеть это, — я открыл портал к руинам родового замка Зарацких.
То, что предстало перед нашими глазами, заставило Бестужева застыть в немом изумлении. От былого величия замка не осталось и следа. Огненная буря превратила некогда гордую крепость в почерневшие руины, напоминающие обугленные кости древнего чудовища.
Высокие стены, когда-то защищавшие обитателей замка, теперь представляли собой оплавленные каменные глыбы, искривлённые и искажённые воздействием адского пламени. Башни полностью обрушились, оставив после себя лишь груды оплавленных камней и пепла.
Территория вокруг замка превратилась в выжженную пустошь. Деревья, росшие поблизости, стояли чёрными обугленными скелетами, их ветви напоминали искалеченные руки, тянущиеся к небу. Трава и кусты полностью выгорели, оставив после себя лишь серый пепел, тонким слоем покрывающий землю.
В воздухе до сих пор витал запах гари и жжёного камня. Пепел начинал кружиться в воздухе от малейшего дуновения ветерка, создавая призрачное марево, делающее руины ещё более зловещими. Камни, из которых был построен замок, оплавились и спеклись, образовав причудливые формы, напоминающие застывшие слёзы.
В центре бывшей крепости зияла огромная воронка — след от концентрированного воздействия огненной стихии. Оттуда до сих пор поднимались тонкие струйки дыма, а оплавленные края воронки светились тусклым багряным светом.
Всё вокруг свидетельствовало о той разрушительной силе, которая обрушилась на замок. Ничто не напоминало о былом величии — только пепел, оплавленные камни и выжженная земля, ставшие памятником падшему роду.
Бестужев сглотнул и посмотрел на меня:
— Князь, это… впечатляет. Никто не посмеет усомниться в правдивости нашего заявления.
— Именно так, Сергей. Теперь каждый, кто захочет бросить нам вызов, десять раз подумает, прежде чем это сделать, — ответил я, глядя на руины, которые когда-то были символом могущества рода Зарацких, а теперь стали свидетельством силы рода Драгомировых. — Думаешь, они откажутся заплатить, увидев эту картину? — спросил я, ухмыляясь.
Он отрицательно покачал головой:
— Я сделаю заявление, как вы сказали. Думаю, после этой картины даже самые спесивые решат с вами не связываться.
Я открыл портал, и мы вышли в саду возле здания Совета Великих Родов.
— Как только сделаешь заявление и предъявишь права на имущество Зарацких, возвращайся сюда. Я дождусь тебя. Верну в Красноярск, а потом отправлюсь к князю Орлову. Мне нужно, чтобы он получил сообщение от своего представителя в Совете Великих Родов, — я посмотрел на Бестужева, который всё ещё был под впечатлением от увиденного. Это хорошо — сможет вложить в свою речь побольше эмоций.
Он слегка поклонился мне и пошёл в здание.
Я прождал Бестужева больше часа, прогуливаясь по саду и размышляя о своих дальнейших действиях.
Сергей шёл ко мне с улыбкой, я чувствовал в его эмоциях радость победы и счастье.
— Я вижу, всё прошло хорошо? — спросил я его, открывая портал в свой номер в отеле.
— Вы правы, князь, — ответил Бестужев, выходя из портала. — У вас есть время выпить кофе? Я вам всё расскажу.
— Хорошо, пойдём в ресторан, — Бестужев открыл передо мной дверь номера, и мы вышли в коридор, где сразу столкнулись с Еленой.
— Вы куда? Я с вами, — она взяла меня под руку.
— А где Ли Юй и Беркут? — спросил я.
— Они в ресторане, ждут команды от отца, — Елена посмотрела на его довольное лицо. — Пап, а ты чего такой довольный?
— Сейчас всё расскажу, давай дойдём до ресторана, — ответил Бестужев.
В ресторане мы сели за стол к Ли Юй и Беркуту, заказали кофе, и Бестужев вкратце изложил наш с ним разговор и картину разрушенного родового замка Зарацких. А потом перешёл к рассказу о посещении Совета Великих Родов:
— Когда я вошёл в основной зал, я думал, что мне придётся собирать всех, но оказалось, что зал забит битком — все обсуждали разгром армии Зарацкого. Оказывается, это уже стало достоянием Российской Империи! Однако никто не смог найти убитых солдат, только следы, которые прерывались посреди битвы. Я прошёл на трибуну, чтобы сделать заявление, когда вскочил представитель рода Трубецких и закричал на весь зал, что родовой замок Зарацких полностью разрушен и там всё выжжено дотла, что остался только пепел и оплавленный остов замка! Мне пришлось повысить голос, чтобы привлечь к себе внимание и сделать заявление, которое вы приказали озвучить, князь.
— И как отреагировали представители родов? — первой озвучила вопрос Елена, который возник у всех в головах.
— О-о-о-о-о, это надо было видеть! Те, кто недавно так бравурно заявлял, что готов помочь в уничтожении нашего рода, сидели, понурив головы. Другие же, наоборот, поспешили предложить нам союз или хотя бы договоры о мире и сотрудничестве. Даже представитель князя Орлова. Остальным я дал неделю, как вы и сказали, князь, на перевод нам денег. Пока я возвращался к вам в сад, со мной связался представитель «Императорского банка Китая» и сообщил, что на счёт поступило десять миллионов золотых червонцев — по одному миллиону от десяти княжеских родов из моего списка. Все заплатили, князь, никто не стал ждать неделю! — радостным голосом закончил Бестужев.
— Хорошо, осталось решить вопрос с Орловым. Надо приструнить эту гадюку раз и навсегда, — произнёс я довольным голосом, вставая из-за стола.
Остальные тоже встали.
— Сергей, занимайтесь нашим имуществом, я хочу, чтобы через неделю к нам пошёл поток денег. Беркут, Ли Юй, как только закончится переход имущества в нашу собственность, займитесь формированием армии и её обучением, — отдал я приказ. — Пойду навещу князя Орлова.
