«Я понимаю. Поэтому пойду с тобой».
Раз я не могла отговорить Кадзуо рисковать... я постараюсь помочь ему. Как мы все уже давно поняли, вместе безопаснее.
Но затем меня пронзило волнение с намеком на раскаяние. А вдруг... Кадзуо не только переживает за мою безопасность, но и...
Я поспешно набрала следующее сообщение:
«Я понимаю, что ты хочешь встретиться с Хасэгавой один, и не стану вам мешать. Просто удостоверюсь, что ты доберешься, и, если что, помогу с каким-нибудь ёкаем. Надеюсь, конечно, что не придется».
На этот раз Кадзуо ответил довольно быстро:
«Нет, не в этом дело».
И тут же прислал еще одно сообщение:
«Я просто боюсь за тебя. Честно говоря, я хотел бы, чтобы ты была там со мной. Но это мое эгоистичное желание. Я не могу позволить тебе так рисковать».
Я перечитала сообщение, чтобы удостовериться, что все поняла правильно, будто вдруг могла забыть японский. То есть Кадзуо все же хотел бы, чтобы я пошла с ним?..
В сердце разлилось тепло, но уже через пару мгновений его разбавил холод неуверенности.
Почему Кадзуо этого захотел? И как это воспримет Хасэгава? Хотя он вряд ли будет против, раз ранее сам меня нашел. Но что скажут друзья? Араи, Ивасаки, Йоко, Эмири?.. Мы ведь не сможем рассказать им, что поедем на встречу с Хасэгавой...
Это их не обрадует. Мягко говоря.
Неужели мне вновь придется лгать им? В тот момент я почувствовала гнев на Хасэгаву, ведь именно он был виноват во всем этом, именно из-за него сложилась эта трагичная, сложная, нет, по правде, даже безвыходная ситуация...
Я вздохнула, успокаиваясь. Как удобно винить кого-то другого, особенно когда для этого так много оснований. Я ведь не обязана лгать друзьям. Я вполне могу рассказать им правду...
Но не буду. И это мой выбор.
Я сама решила пойти с Кадзуо. И не сказать остальным, куда именно. А если они спросят... Я была готова их обмануть.
Я буду чувствовать вину? Конечно. Откажусь от этой затеи? Конечно нет.
Ведь я хотела поддержать Кадзуо. Как я могла отпустить его одного? Даже не беря в расчет поджидающих нас ёкаев, я представила, каким одиноким он будет чувствовать себя... Снова. Он так долго, почти всю свою жизнь, был один, не имел рядом ни одного близкого, никого, на кого можно положиться... Но этим близким и надежным человеком, другом, заслуживающим доверия, хотела быть я.
Тем более... если Кадзуо пойдет один, Араи точно что-то заподозрит.
«Ты не запретишь мне пойти с тобой. Если попробуешь, я просто пойду следом», — ответила я и тут же подняла взгляд на Кадзуо.
Хоть его лицо и было привычно невозмутимым, в глазах я заметила напряжение. Я не стала вновь ничего писать, лишь твердо посмотрела на него, давая понять, что не отступлю.
Кадзуо отвел взгляд, и я видела, что он борется сам с собой. Но затем он посмотрел на меня и коротко кивнул.
«Давай просто незаметно уйдем, а уже потом предупредим, что решили прогуляться?» — предложила я.
«Как коварно».
Я закатила глаза. На самом деле мне было не до смеха, но Кадзуо явно пытался меня приободрить.
«Хорошо, тогда о цели нашей прогулки рассказываешь ты».
«Пожалуй, мне больше нравится твой первоначальный план», — написал он.
Я тихо кашлянула, сдерживая смешок, и отправила сообщение:
«Значит, запланируем побег на семь вечера?»
«Договорились».
Я отложила телефон и посмотрела в окно, за которым виднелось пока еще светлое летнее небо. И как мне теперь дождаться нужного часа?.. Я уже устала переживать, но не могла не нервничать и не волноваться. Тем более перед предстоящей встречей.
Замкнутый круг.
Закрыв глаза, я откинулась на спинку кресла и решила попробовать вздремнуть. Сначала я думала, что после всех пережитых впечатлений и огромной порции страха за один неполный день сон скорее рассмеется мне в лицо, чем позволит отдохнуть, и все-таки усталость взяла свое: я задремала.
В какой-то момент я ощутила легкое прикосновение к лицу, и тогда мое воображение тут же, даже сквозь сон, нарисовало пугающе красочную картину того, как канашибари, сидящий на моей груди, проводит пальцем по моей щеке. Как наяву, я ощутила тяжесть на груди, словно ёкай вновь забрался на меня и смотрел своим злорадным холодным взглядом...
Меня захлестнула паника, и, вздрогнув, я распахнула глаза. Дыхание участилось, а сердце слишком быстро застучало в груди. В первое мгновение я даже не сообразила, где нахожусь, но вспомнила леденящее душу видение... Дрожащими пальцами я прикоснулась к лицу и поняла, что во сне почувствовала, как мне на щеку... упала прядь волос.
Но наполненный тревогами разум додумал совершенно иное.
Я закрыла лицо ладонями. Спать перехотелось. Совершенно. В голову прокралась иррациональная мысль, что теперь я даже не хочу закрывать глаза.
К моему счастью, никто моего испуга не заметил. Ивасаки и сам уснул, Араи стоял у окна спиной ко мне, а Йоко в гостиной не оказалось. Кадзуо читал книгу, хотя я вновь подумала, что, вероятно, на самом деле его мысли далеки от сюжета. Но он никогда не демонстрировал другим свои переживания и чувства, всегда держался так, будто его ничто не пугает и почти ничто не удивляет.
Я проверила время в телефоне и поняла, что до выхода нам осталось примерно двадцать минут. Осознание холодом прошлось по коже, но волнение из-за предстоящей встречи пока было приглушенным, особенно на контрасте со вспышкой паники из-за привидевшегося мне канашибари. Тревога как будто скрывалась от меня за полупрозрачной пеленой тумана, открывая взору лишь неясные очертания.
Следующие двадцать минут я просто сидела, смотря в стену, и старалась ни о чем не думать, дать как телу, так и голове хоть немного отдохнуть, а когда пришло время, получила новое сообщение от Кадзуо:
«Выйдем по отдельности. Сначала я, а через минуту ты. Идет?»
«Хорошо».
Кадзуо вышел в коридор, а вскоре за ним последовала и я. В коридоре было пусто, и, пока кто-нибудь в нем не объявился, я, стараясь не издавать ни звука, обулась и вышла из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.
Кадзуо уже ждал в паре метров от квартиры.
— Чувствую себя ужасно, но будет еще хуже, если кто-то прямо сейчас заметит, что мы ушли, — пробормотала я. — Пойдем скорее. Я позвоню Ивасаки-сану, когда выйдем на улицу. Не хочу, чтобы друзья волновались, но они же не побегут нас возвращать.
По крайней мере, я на это надеялась. Что бы решила сделать я, если бы вот так вот ушла Йоко? Хотя я ведь не одна. Значит, Йоко вместе с Ивасаки.
Я подавила улыбку. Вряд ли бы я решила им помешать... Но все равно волновалась бы.
— Твои друзья подумают, что мы на свидании, — серьезным тоном заявил Кадзуо, направляясь к лестнице.
Меня расстроило невольно выбранное им слово: твои друзья. Что ж, я понимала Кадзуо. Для него Йоко и тем более Араи и Ивасаки теперь были лишь знакомыми. А Эмири — человеком, которого он видел во время кайданов, всего дважды, но с которым не перекинулся даже парой фраз.
— А ведь мы с тобой уже были на свидании, — нарочито небрежно заметила я, краем глаза следя за Кадзуо.
Он улыбнулся:
— Это странно и даже забавно... Между моими воспоминаниями такая пропасть. Кроме того, я сначала узнал о том, что забыл, а затем вспомнил это. Будто посмотрел фильм про самого себя. И теперь выясняю детали, словно слушаю краткий пересказ о себе же. Мне даже интересно, что я узнаю в следующий раз.
Мне это забавным не казалось, но Кадзуо оставался спокоен, и я не заметила в нем печали или разочарования. Ему действительно... было интересно.
— Если хочешь, задавай любые вопросы, и я расскажу, что происходило. Что ты забыл, — предложила я, когда мы спускались вниз. Не сговариваясь, мы оба решили не пользоваться лифтом.
— Как я могу спросить, если не знаю о чем?
— Подключи фантазию, — весело сказала я. — Ты явно думал о чем-то конкретном, когда расспрашивал меня о нас.
