И тема автомобилей Гриму явно нравилась. И подробности он из головы такие брал, каких обычно в других, тоже умных головах не хранится. Так, может, и вправду послать его автомобили разрабатывать? Он ведь действительно сможет!
Местность вокруг нас была необычная. Здесь нам раньше бывать не приходилось. Справа виднелись холмистые предгорья, изрезанные руслами ручьёв. А дальше высились горы, скребущие своими вершинами небо. До их склонов было рукой подать. Казалось, они просто выросли на ровном месте, потому что слева — за рекой — простиралась сплошная степь!
Она казалась просто бескрайней. Поросшая высокой травой и кустарниками, степь уходила на север до самого горизонта. И по ней ходили огромные стада травоядных, мало-помалу подъедая сухую траву. Все они двигались на запад — туда, где осенью вырастет гигантская чудо-травка, которой хватит всем.
Были тут и животные нормального размера, и какие-то великаны, похожие на представителей земной доисторической фауны, которую, тем не менее, успели застать люди. А иногда проходили и вовсе уж необычные гиганты, похожие на ящеров юрского периода. Были животные с четырьмя ногами, с шестью и даже с восемью.
Настолько дикое разнообразие фауны немного смущало… Впрочем, того, кто побывал в Озёрном краю, таким было не удивить. А вот крокодиллов мы пока ни разу не встретили! Не было их в реке, где мы плыли. То ли места неподходящие, то ли сама река слишком холодная. А вода в ней, кстати, и в самом деле оказалась ледяная…
Настоящая горная речка! Хорошо, хоть достаточно глубокая… Так что нам ещё ни разу не пришлось волоком тащить свои моторки.
С того дня, как лодки второй раз прошли слияние двух рек, минуло уже четверо суток. И, как и каждый вечер до этого, мы устроили привал на южном берегу, собираясь ставить палатки.
— Мы пришли отсюда, — рассказал мне Хир-Си. — Там, на севере, в нескольких днях пути начнутся леса. Но мы туда почти не совались: страшно. Степь кормила.
— А я бы тут по краю гор прогулялся! — с энтузиазмом вмешался Бур. — По пути успел заметить несколько интересных признаков…
— Так давай прогуляемся! — предложил Грим. — Устроим днёвку и сходим к горам.
— Да что мы тут за день найдём? — удивился геолог. — Тут бы на недельку засесть…
— Успеешь ещё! — ответил я. — Закончится вся эта война, и поедешь исследовать… Ох…
Пока я говорил, со стороны гор раздался рёв.
И он мне очень не понравился.
Слишком низкий, слишком мощный… Этот голос явно принадлежал не мелкому хищнику.
— Знаете, на… А может, в лодках покемарим? — встрепенулся наш гопник. — Природа, вода… Красиво, на!..
Мы все переглядывались, боясь согласиться с ним и лишить себя нормального сна. К тому же… Мы же смелые, да? Победители роботов, крокодиллов и прочих асоциальных элементов…
Но рёв прозвучал снова, и пробирал он аж до самых пяток! Даже меня!..
— А я с Мелким солидарен! — первым сдался Бур. — Надо валить отсюда!
— Тогда грузимся! — торопливо приказал я, закидывая на плечо винтовку и проверяя, сколько в подсумке патронов. — Ну его нафиг!
Хорошо, что мы не успели поставить палатки… Раскладывались-то они быстро, а вот сдувать их обратно приходилось минут десять. Покидав поклажу в лодки, мы споро загрузились и отчалили от берега.
Грим активировал двигатель, где-то секунду молча смотрел перед собой… А потом сообщил:
— Ещё бы чуть-чуть!..
— Что? — переспросил я.
— Ещё бы…
— А-а-а-а! Гони-гони-гони! — закричал в соседней лодке Мелкий Буру.
— Мама!.. — фальцетом выдал Славка.
Грим врубил двигатель на полную и рванул прочь, даже не оглядываясь. И только изредка застывал на секунду: видимо, сверялся с радаром.
А я и Кэт вскинули винтовки, целясь в идущего к нам зверя. Хотя и догадывались, что дело это совершенно бесполезное… Потому что от поступи этого гиганта тряслась земля!
Тиранозад! И не наш, из Пущи, почти милый и домашний!
Огромный.
Злой.
Старый и опытный.
Вырвавшись на вершину одного из холмов предгорий, он заметил нас и снова заревел! И если издалека его рёв пробирал до самых кончиков пальцев на ногах, то вблизи это, натурально, был акустический удар.
Что, наверно, и не дало сразу выстрелить… Ни мне, ни Кэт, ни Нантле в соседней лодке. Мы просто замерли, глядя на эту огромную тварь, которая, вдоволь наревевшись, со всех лап рванула к реке.
— Он нас преследует! Преследует, сука! — на высоких нотах надрывался Мелкий. — Гони быстрее! Гони!
Мелкий вообще склонен к истерикам. Особенно, когда сталкивается с чем-то, что не может нормально убить. Его не особо пугают роботы, почти не нервируют бестии… Но если угроза слишком велика, то верещать он будет прямо на бегу. Или на плаву. И ни капли этого не застесняется.
А Бур с Гримом и без его криков выжимали из лодок всё возможное. Но нам-то приходилось идти против течения, а огромный тиранозад бежал по берегу, сотрясаю землю, громко ревя и роняя слюнку. И я вдруг осознал, что все наши пули этой туше будут, как укусы комара. Он их просто не заметит.
А гигант тоже оказался не дурак. Понял, что мы не планируем выбираться обратно на берег, прямо к нему в зубы. И решил ловить нас в непривычной для себя стихии — в воде!.. Он зашёл в речку, изогнулся… И попытался хватануть нас своей пастью размером с грузовой лифт.
К счастью, наши рулевые были начеку. Успели вильнуть к противоположному берегу. Тиранозад разочарованно рявкнул, а затем стал смещаться глубже в воду. Видимо, очень хотел всё-таки попробовать нас на зубок.
Нет, я знал, что ему преимущественно не понравится… Лодки-то вряд ли входят в его обычный рацион. Но он ведь об этом ещё не знал! А по скорости этот гад не уступал нашим моторкам! Так что я вскинул винтовку и очень постарался попасть ему по глазам.
А за мной к стрельбе подключились и остальные, кроме Бура и Грима. В глаз тиранозаду на ходу, ещё и на скорости, конечно, никто не попал… Но болезненные уколы по морде всё же не понравились зверю. Он даже растерялся и чуть сбавил ход, подарив нам шанс оторваться.
Жаль, его растерянность продлилась недолго. Он выбрался обратно на берег и рванул за нами, как заправский спринтер. А, почти настигнув, снова поспешил в воду. К счастью, Грим и Бур опять успели кинуть лодки к северному берегу реки, не дав ему до нас дотянуться.
Но тиранозад не умел сдаваться. Он попробовал новую тактику…
Разбежался, взлетел на холмик у самого берега — и сиганул вниз, аки хищный страус!
— Держитесь все!.. — предупредил Грим, выжимая из двигателя максимум.
С рёвом и визгом лодки всё-таки вышли из-под удара… А позади нас в реку плюхнулась огромная туша, которой вода доходила лишь до хвоста.
Масса этой вытолкнутой воды устремилась за нами в виде большой волны… И только тогда я понял, почему надо было держаться!..
Когда волна проходила под нашей лодкой, её опасно накренило. Корпус противно заскрипел, а меня, Кэт и Славку шмякнуло об борта. Перед моим глазами пронеслась уже очень близкая вода… Но Грим сумел чуть выправить ход, переваливая через волну по диагонали. То же самое сделал и Бур, спасая моторку от разрушения.
Сзади бесновался расстроенный неудачей тиранозад. Голодный ящер попытался бежать за нами, но кто пытался бегать в глубокой воде — сразу поймёт, с какими трудностями он столкнулся. Тиранозад замедлился, пытаясь бороться с течением и ледяной водой, бьющей по ногам и животу… А затем всё же не выдержал и рванул к берегу. Чуть не упал, правда, но выровнялся, а потом наконец-то выбрался на сушу.
Над рекой и холмами разнёсся его разочарованный рёв, полный обиды на неотвратимость действия физических законов даже при полном их незнании. Мы, правда, уже прошли поворот русла и видеть тиранозада не могли. Но Бур и Пилигрим внимательно следили за ним по радару.
— Всё! Отстал! — сообщил геолог с соседней лодки. — В степь побежал!
— Пускай бежит! Петушара! — радостно отозвался Мелкий.
