— Ему не помочь, — выпустил клуб дыма третий гном.
— Заблудшие души не возвращаются, — подтвердил четвертый.
— Нам бы хотелось попробовать, — сдаваться так легко в мои планы не входило. — Нас ведут духи и пророчество, указывающее на Врата мира.
Конечно, я рисковала, прямо в лоб выдавая нашу цель. Но, во-первых, ходить вокруг да около мне не хотелось, а во-вторых, интересно было глянуть на реакцию гномов. И тут меня ждало полное разочарование. Гномы даже бровью не повели и упорно молчали, не собираясь никак реагировать на упоминание Врат. Я уже хотела попробовать зайти с другой стороны, но ответ все-таки последовал.
— Ты не проведешь его обратно через Врата, — один из мастеров крутил в руках трубку, размышляя над ответом.
Пока что каждый из мастеров произносил только по одной фразе, после чего слово брал следующий. Я перевела взгляд еще на одного заговорившего бородача:
— Мир магии построен на балансе: приняв человеческую душу, он не вернет ее обратно.
— Только обменяет, — кивнул очередной мастер. — Кого ты приготовила на обмен?
Я сглотнула. Наверное, я была готова к любому повороту: что гномы скажут категоричное «нет» и вышвырнут нас вон, к долгим и нудным переговорам… Но не к жертве.
— Неужели нет других вариантов? — я судорожно придумывала если не выход, так ответ для собравшихся.
— Баланс стоит в основе всего, — наставительно произнес пожилой гном (наверное, так же он объясняет материал своим ученикам в кузне).
— Человеческий принц едва не нарушил его своим присутствием в тонком мире, — покачал головой очередной заговоривший.
— Но тонкий мир принял его, сделав своей неотъемлемой частью.
— Пройдет десяток-другой лет, и заблудшая душа окончательно сольется с миром, войдя в число его духов.
Из-за постоянных переходов от фразы к фразе уловить общий смысл оказалось нелегко… или ситуация с жертвой меня никак не отпускала?
— Наверняка что-то можно сделать? Иначе зачем вообще пророчество и метка духов? — я встала, чтобы иметь возможность смотреть на оппонентов сверху вниз и хоть как-то перехватить контроль над разговором.
— Тонкий мир доступен лишь для его хранителей, мы зовем их ключниками. — О, а этот гном уже говорил!
— Они открывают проход, но не для живых или духов, а для магии.
— Только им дано пробудить наш источник, — последний гном выпустил струйку дыма, ударившую мне в ноздри.
Я с трудом сдержала кашель, но слезы на глазах все-таки выступили.
— Как с ними встретиться? — я постаралась дышать неглубоко, чтобы не заглатывать горький и крепкий дым.
— Никак.
Дыма становилось слишком много, и в горле першило всё сильнее.
— Ключниками являются братья короля.
— Они не выходят на поверхность и не согласятся встречаться с вами.
Никто из них и не думал откладывать трубку. Мои неудобства — это исключительно мои проблемы.
— Почему? — я все-таки не выдержала и откашлялась.
— Только равные могут понять равных.
— Ваш принц мог бы, если бы был способен.
— Или темный эльф, если бы не клеймо изгнанника.
Они и про клеймо знают?
— Среди вас много достойных, но ни одного равного, — заключил последний.
— Я дочь орочьего вождя. И сестра орочьего вождя.
Аргументы так себе, но почему бы не попробовать?
— Твои отец и брат достойные, но и им не позволили бы спуститься.
Предсказуемо. Племена орков — это не королевства людей. Значит, остался последний довод. Вот и настал мой звездный час.
— Я являюсь официальной невестой принца, его будущей женой и королевой Эдмирдея.
Показалось, в зале замер даже табачный дым, перестав клубиться и пораженно зависнув в воздухе, не спеша покидать помещение через вентиляцию в ожидании развязки.
— Докажи, — первым пришел в себя один из самых молодых на вид гномов.
В их стане послышались шепотки: наверное, к такому повороту бородачи не были готовы и обсудить заранее, что именно они будут отвечать, не успели. Тем временем моя спина горела от взглядов друзей, некоторые из которых до сих пор пребывали в счастливом неведении относительно моего венценосного статуса.
Я сняла куртку, чтобы удобнее добраться до внутреннего кармана. Переливающаяся и сверкающая гранями драгоценных камней тиара была извлечена мною, как кролик из шляпы фокусника, и явилась настоящим чудом для всех. Бросив видавшую виды куртку к ногам и надев тиару, я старалась не думать, как глупо, наверное, выгляжу со стороны. Простая одежда и бесценное украшение. Хорошо, что голову успела помыть. Но главное — гномы прониклись. И подозреваю, что не только гномы…
— Вы же не сомневаетесь в подлинности тиары?..
Гномы активно обсуждали и спорили, не торопясь выносить вердикт относительно моего равенства и достоинства. Неужели единство в их суперсплоченных рядах оказалось под угрозой? Жаль, что понять ничего невозможно. Интересно, кто-нибудь из наших владеет их языком?
— Нет, тиара создана нашими руками, свою работу мы всегда узнаем, — признал один из мастеров.
Итак, здесь проблем не будет. Ждем.
— Тебе дозволено спуститься в подземный город, — после продолжительного обсуждения проскрипел самый старый гном.
В ответе чувствовалась досада всех гномов на придуманные ими же правила.
— Одним из условий пророчества являлось доверие. Так что я настаиваю на присутствии всех членов моей команды.
— Мы не вправе допустить в нижний город всех.
Начинается!..
— Встречаться с ключниками буду только я, остальные пойдут исключительно как сопровождение. — Интересно, реально ли протащить в подземелья нашего Ультика? Зум-то везде пролезет.
Следующее обсуждение длилось дольше предыдущего. Устав стоять, я переминалась с ноги на ногу, постоянно поправляя сползающую на лоб тиару. Не стоило собирать волосы в высокий хвост, лучше бы распущенными оставила. Позади меня царило молчание: и думать не хочу, что мне потом выскажут.
— Все спустятся с завязанными глазами и будут неукоснительно следовать правилам подземного города.
— Обещаем!
Ну надо же! Сама не ожидала! Надеюсь, среди их правил нет ничего невыполнимого?
— Завтра вас проводят вниз.
— Мы не одни.
— Дракон останется на поверхности, — угадал мой вопрос гном. — Он слишком велик для наших ходов.
— Соглашайся, — шепнули мне сзади.
Да я и сама не собиралась спорить: нам разрешили намного больше, чем можно было рассчитывать.
На этом гномы поднялись и молча разошлись по залу, из которого вело множество выходов. Я развернулась к своим, наконец снимая надоевшую тиару, и кивнула всем на выход. Выражение лица Тинариса разглядеть не успела: он развернулся и вышел первым. Луаронас подцепил пальцем тиару, поднимая к лицу, и тихонько присвистнул.
— Что же ты раньше не говорила? — спросил друг. — Раз уж ты принимаешь меня в семью, давай лучше в королевскую? Степные орки — это, конечно, хорошо, но человеческая королевская семья намного выгоднее.
— Я еще с ней сама не породнилась, — я вырвала тиару из цепких серых пальцев и отправила обратно в карман уже вновь надетой куртки (драная не драная, а на улице без нее никуда).
— И я еще думал, чего ты принцу взялась помогать. А у тебя, оказывается, шкурный интерес, — продолжал подкалывать меня темный.
— Меня ведут духи!
— Это ты ему лучше рассказывай, — Рон кивнул на быстро шагающего впереди Тинариса, а я только вздохнула.
До последнего надеялась, что не придется пользоваться дурацким символом помолвки, теперь вот объясняйся…
— Ты очень хорошо держалась, — похвалил меня Финриар. За что люблю этого светлого: он всегда знает, с чего начать. — Какие мысли у тебя есть относительно жертвы? — И чем закончить — тоже.
— Я понятия не имею, но одно знаю точно: в жертву мы никого приносить не будем. Даже когда тебя съели, есть два выхода — уверена, и здесь найдутся варианты.
— Почему всего лишь два? — удивился светлый. — А если тебя съела, предположим, нечисть сюргун? Она трехголовая — следовательно, и выходов четыре.
