— В общем, ниже девятого уровня мы ни разу не спускались, но был тут один псих, Бангер, который туда ходил и рассказывал, что, мол, на десятом начинают попадаться остатки механизмов древних. Ходил он туда один, так что ходил недолго, и рассказать многого не успел. Но про подземные обиталища древних достоверно известно, что они всегда были раскинуты на сотни километров, и у них всегда было множество выходов на поверхность. Просто большая часть менее заметны. Наш рудник — это что-то вроде парадных ворот, судя по всему…
— В общем, мне требуется в одиночку спуститься на десятый уровень и пойти искать другой выход? — Уточнил я со спокойствием, поразившим меня самого. С другой стороны — ну а какой смысл нервничать, если других вариантов нет?
— Скорее всего, ниже. Десятый явно не был последним уровнем непосредственно рудника, а полноценные тоннели древних… ну ты поймешь, когда увидишь. Еще тебе потребуется в процессе развить картографию как минимум до пяти единиц — тогда на карте появится отображение сторон света. Тебе нужно строго на юго-запад, Леварийская империя в ту сторону. — Никос пожевал губу и задумчиво добавил. — После десятки в характеристике появится возможность измерять по карте пройденное расстояние. Тебе бы, по-хорошему, не меньше двухсот километров пройти, чтобы выйти где-нибудь у орков. И еще где-то в два раза больше, чтобы дотопать до твоей родины. Но это уже навряд ли получится.
Фестус наблюдал за всеми этими разговорами молча, но я видел, что, помимо наших безумных разговоров, с каждой минутой он все больше сдает от жары. Как бы его тепловой удар не хватил… Я молча протянул ему руку, поднял его с пола и обнял.
— Спасибо, друг. Я никогда не забуду, что ты для меня сделал. И постараюсь вернуться за тобой. Если Каменные Сердца начнут тебя допрашивать — не парься, рассказывай все, что про меня знаешь, кроме заклинания. Хотя… если совсем плохо будет — можешь и про заклинание рассказать. Это уже не важно. Если я выживу внизу, то все это будет уже совсем не важно…
Фестус хмуро кивнул и в ответ стиснул меня в объятьях:
— Возвращайся. Обязательно. И задай жару этой шушере. Когда-нибудь ты станешь великим магом, дружище…
Он печально махнул рукой нам на прощание и пошел наверх. Я же повернулся к гномам:
— Кстати, вы что-то говорили про помощь в дорогу?
Никос расхохотался:
— Почему-то я не сомневался, что ты обязательно запомнишь эту фразу! — Он кашлянул в бороду, все еще улыбаясь. — Да, стыдно отпускать тебя в такое приключение одного, так что… хоть чем-то поможем. Поможем, Хримсон?
Второй гном, все это время молчавший, кивнул и протянул мне руку:
— Ты хороший человек, Грег. Было честью знать тебя. — Задержав рукопожатие, он хриплым голосом продолжил. — Добровольно передаю этому человеку заклинания «Слияние с Тенью» и «Зыбучие Пески», пусть Великая Система будет мне свидетелем. — После чего, глядя в мои удивленные глаза, заржал как конь, и разжал руку. — Две новые стихии тебе в копилку, дружище. Не самые полезные заклинания, но тут уж извини — остальное в откате.
Я лишь благодарно кивнул, не в силах подобрать слов. Наконец, выдавил:
— Это… очень дорогой подарок. Спасибо, Хримсон.
Я уже было открыл рот, чтобы сказать что-то еще, как позабытый Никос подкрался сзади, положил мне руку на плечо и пробасил:
— А я добровольно передаю этому человеку заклинания «Благословление Воды» и «Защита от Огня», и пусть Великая Система будет мне свидетелем. — И, глядя на мое совершенно ошарашенное лицо, тоже засмеялся. — А ты что, думал, что мы тебе просто еды в дорогу дадим?
* * *
Еды мне в дорогу тоже дали, пусть и немного — все, что оставалось в сумках, выгребли подчистую. Я же в ответ скинул им всю свою добычу за сегодня, тянувшую на добрые пять-шесть золотых. Пусть это и не равноценная плата за все, что они сделали, но хоть что-то… Да и вниз тащить десятки килограмм камней и тушек саламандр смысла не имело. На самом деле, даже еда была не обязательна — она все равно закончится в первый же день, а дальше придется охотиться на саламандр и питаться ими. Так что можно было считать, что вопрос еды чересчур остро не стоял.
С водой вопрос был решен благодаря «Ледяной стреле». Как и с охлаждением — даже с учетом сопротивляемости усталость от жары все же копилась, но сосульки-стрелы немного помогали. А там, глядишь, и сопротивление подрастет, и заклинание эволюционирует до чего-нибудь, что способно охлаждать получше. Надеюсь.
Со сном обстояло куда хуже — есть, конечно, «Компенсация сна», но долго на ней не протянешь, придется искать относительно безопасные местечки и выкручиваться, дремать в полглаза, постоянно ожидая нападения.
А самое печальное — я не не смогу прямо сейчас спуститься на десятый или одиннадцатый уровень. Они мне пока просто не по силам — ни по сопротивляемости огню, ни по силе монстров. Надо хотя бы какое-то время побыть на девятом, и, как только освоюсь, сразу топать дальше. Нет, я не боялся, что кто-то из Каменных Сердец сюда спустится или отправит за мной шахтеров — первые если бы могли, то сразу же спустились, а среди вторых на девятый уровень заглядывала только команда Никоса с Хримсоном, которые, я уверен, будут тянуть время по максимуму при получении соответствующего приказа. А даже если спустятся — потопчутся у входа, после чего вернутся и разведут руками — мол, не нашли, а если думаете, что справитесь лучше, то пробуйте сами.
Да, вероятность такого варианта мы тоже обсуждали. Как и множества других. Заодно гномы меня нагрузили множеством советов — как себя вести, какие монстры водятся ниже, что с ними делать и какие опасности могут встретиться помимо них… Аж голова трещит от попыток все это не забыть. Всю мудрость и опыт многих месяцев работы они пытались вместить в пару часов, пока я не сдался и не запросил пощады.
И теперь я впервые вступил на девятый слой этого демонова подземелья. Пусть не на своих условиях. Пусть впереди меня ждет столько опасностей, что даже мое неугомонное шило в заднице относится к этой авантюре с опаской. Пусть. Мое имя — Грегори Канторес, мой меч наточен, мой дух несгибаем! Улыбнувшись от пафоса собственных мыслей, я добавил шепотом:
—..а мой девиз — «Хрен с ним, прорвемся».
И с этими словами сделал шаг вперед.
Ярослав Кожедуб
Сказания пыльных миров. Том 2. Гладиатор
Глава 1
— И… рраз! И… два! И… три! — Невразумительно хрюкнув от напряжения, я изо всех сил навалился плечом на огромный валун, в результате чего тот нехотя сдвинулся еще на пару сантиметров и практически полностью закрыл вход в мое временное обиталище. Я облегченно вздохнул и уселся на пол, привалившись к камню спиной. Очень удачный камешек, очень удачное место. Уже который день я ночевал здесь и закрывал вход в небольшой тупичок лабиринта этим камнем на время сна. Душновато, конечно — щели для воздуха я оставил, но на десятом уровне это уже не особо помогало. В любом случае, это гораздо лучше, чем было на девятом — там я спал редкими урывками и вполглаза, а все остальное время держался на заклинании компенсации сна.
Неизбежные галлюцинации от частого использования компенсации приходилось терпеть — к счастью, по мере привычки (и повышения ранга заклинания), они становились более слабыми и узнаваемыми. Да и опасными не были. Ну, катается за тобой шар с отпечатанной на нем кровавой пятерней — и что ж теперь? Главное, что бесшумно катается и молчит. Я с ним даже как-то свыкся помаленьку и иногда вполголоса вел с ним беседы — жалуясь на жизнь, гадая, что сейчас происходит наверху, или пытаясь составить более четкие планы на будущее. Нет, я не безумец, но определенный туман в голове от жары, недосыпа и страха присутствовал…
На девятом я провел пять дней и, как только стал спокойно выдерживать температуру на десятом — тут же спустился, причем используя не главный, центральный спуск, а вторичный — аж в шести километрах от центрального. Его я искал целенаправленно — начиная с седьмого слоя шахты, центральный спуск становился не единственным, но вторичные особо не искали и на картах их почти не было, так что пришлось заниматься поисками самостоятельно. Учитывая, что спуск — самое логичное место для засады, использовать центральный после того, как я дал врагам пять дней на подготовку, было бы самым тупым поступком в моей жизни. Возможно, что и последним.
