"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Буланов Константин Николаевич

— Это уже лучше, чем ничего, — обрадовано улыбнулся Павлов, внутренне довольно потирая ручки. — Но я предлагаю углубить и расширить вашу мысль! Я также передам вам полсотни И-153 с пилотами из 169-го ИАПа 23-ей смешанной авиадивизии, переподчинённую мне со вчерашнего дня, а вы со своей стороны добавите к тем 33 «Ишачкам» ещё 50 штук И-16. Так сказать, сменяем баш на баш.

— А вам, товарищ Павлов, палец в рот не клади, по локоть откусите, — усмехнувшись в усы, предупреждающе покачал пальцем Сталин всё так же и стоящий рядом со столом.

— Наговариваете вы на меня, товарищ Сталин, — отыгрывая роль наглого, но совестливого просителя, смутился Дмитрий Григорьевич. Разве что ножкой при этом не принялся шаркать по ковровой дорожке. — Я ведь ещё даже жевать не начал. Куда там до откусывания. Это с моей стороны… так, озвучивание вслух самых минимальных просьб и связанных с ними рацпредложений.

— Минимальных, говорите? — всё так же, не скрывая улыбки, хмыкнул Иосиф Виссарионович. — А если говорить не о минимальных?

— В таком случае я бы предложил товарищу Жигареву принять в полки ПВО Москвы все мои оставшиеся истребители И-153, которых насчитывается около двухсот, не считая таковых машин штурмовых полков, выдав мне взамен все свои И-16 и Як-1, — не стал сдерживаться генерал армии, коли ему дали разрешение хотя бы озвучить просьбу.

— А не слишком ли это будет нагло с вашей стороны? — принявшись внимательно рассматривать «пожёванную» фигуру визитёра, уточнил переставший улыбаться хозяин кабинета.

— На самом деле это будет наиболее обдуманно с моей стороны, товарищ Сталин, — чувствуя, как начинает активно потеть во всех местах разом, тем не менее, продолжил гнуть свою линию Павлов.

— Обоснуйте! — кинув в ответ всего одно слово, Иосиф Виссарионович вновь вернулся на своё кресло и, присев, приготовился слушать, словно прилежный ученик.

— Обосновываю, — тут же подобрался Дмитрий Григорьевич. — Ладно ещё ЛаГГ-3 — не сильно манёвренный по сравнению с Як-1, как о том мне говорили некоторые лётчики, но хорошо вооружённый, он представляется неплохим охотником на бомбардировщики на малых и средних высотах. Потому ему действительно прямой путь именно на эту роль. С МиГ-3 тоже всё понятно — сложный в освоении пилотами, но добротный высотный истребитель-перехватчик, которому хорошо бы вернуть прежнее, усиленное, вооружение, чтобы легче бить бомбардировщики с дальними разведчиками на больших высотах. Тут никаких вопросов вообще нет! Оба типа самолётов находятся на своём законном месте, пребывая в полках ПВО! Но я ума не приложу для чего вам здесь, в тылу, более слабо вооруженные И-16 с Як-1, которым самое место исключительно на передовой — в драке против немецких истребителей за контроль над небом. Это же… нелогично, — после непродолжительных размышлений, подобрал он наиболее необидное слово. — У вас ведь сейчас, с учётом полка «Чаек», в системе ПВО Москвы образовывается натуральный зоопарк из совершенно разных машин аж 5 моделей, которые замучаешься обслуживать да снабжать запчастями с топливом как раз по причине их слишком большого «ассортимента». Не проще ли всё это дело привести к единому виду, сделав ставку всего на пару моделей истребителей? Заодно при этом передав фронту те истребители, которые лучше прочих подходят для боя против истребителей противника!

— Ваши слова, конечно, имеют свою долю правды, — взял слово Жигарев, поскольку кто ещё кроме него мог бы апеллировать Павлову в этот момент. — Столь немалое разнообразие машин действительно не способствует повышению боеспособности всего корпуса ПВО, как единого целого. Но даже если теоретически предположить, что мы сможем осуществить обмен ваших И-153 на интересующие вас машины, что вы мне прикажете делать с этими «Чайками»? Вы же сами только что утверждали, что те не способны догнать новейшие немецкие бомбардировщики! И в этом плане я с вами полностью солидарен! Но именно такие немцы и станут посылать на Москву!

— Так передайте их сразу на заводы для переделки в штурмовики, а сами примите вместо них новые истребители, да начинайте гонять на них пилотов, пока мы там, на передовой, выигрываем вам время для активных тренировочных полётов! — посмотрев на генерал-лейтенанта авиации, словно на неразумного ребёнка, принялся пояснять тому свою мысль генерал армии. Что, конечно же, не добавляло ему любви со стороны авиатора.

— Вот так вот просто? — аж фыркнул в ответ начальник Главного управления ВВС КА. — Взять и сменять их на новые самолёты? Может, вы мне ещё мне подскажете, где мне эти самые самолёты взять, не обирая при этом прочие воюющие полки?

— Конечно, подскажу, — с некоторым недоверием и даже недоумением посмотрев на своего собеседника, утвердительно кивнул головой Дмитрий Григорьевич. Всё же он надеялся, что тот в курсе всего на «своей кухне». Особенно после того, как Жигарев продемонстрировал отличные познания в возможностях полков ПВО столицы. — Просто странно, что вы сами не в курсе наличия сотен готовых истребителей, без дела простаивающих на складах наших авиационных заводов.

Вот тоже! Сказать, что ситуация с заводскими заделами самолётов выглядела странной, значило сильно преуменьшить. Это выглядело более чем странно! В то время, когда после начала войны и первых потерь на фронте наблюдалась нехватка истребителей, не менее четырёх сотен новеньких, с иголочки, ЛаГГ-3, Як-1 и МиГ-3 забивали своими «телесами» все места стоянок авиастроительных заводов, будучи никем не востребованными. Четыре сотни!

И такая ситуация, как в своё время прознал пенсионер Григорьев, длилась две первые недели войны, пока кто-то, наконец, не очухался и не принялся срочно раскидывать эти самолёты по наиболее пострадавшим истребительным полкам. Правда, к тому времени уже стало слишком поздно «штопать образовавшиеся прорехи» и потому все эти самолёты в итоге гибли эскадрилья за эскадрильей в бесплотных попытках отбить небо у Люфтваффе.

Зато сейчас те знания из будущего более чем пригодились «обновлённому» Павлову для ведения торга. Хотя и подставил он тем самым Павла Фёдоровича очень неслабо.

— О каких именно самолётах идёт речь? — пока генерал-лейтенант авиации пучил на командующего Западного фронта глаза, озвучил повисший в воздухе вопрос сам Сталин.

— Когда на прошлой неделе по моему указанию кто-то из ВВС ЗОВО занялся изучением этого вопроса с целью повышения боевой эффективности авиадивизий округа, то до меня в итоге донесли информацию, что свыше двух сотен ЛаГГ-3, под сотню МиГ-3 и чуть менее ста Як-1 ждут не дождутся, когда их куда-нибудь заберут с заводов, — пожав плечами, выдал Павлов. — Я бы направил соответствующий запрос в Главное управление ВВС по этому поводу, но тут мой самолёт сбили немцы, а после всё вовсе понеслось галопом. Так что резко стало не до них. Зато, если никто пока ещё не подсуетился, у нас имеется отличная возможность получить для защитников Москвы под три сотни МиГ-3 и ЛаГГ-3. А наряду с моим предложением по переводу пилотов, полагаю, это полностью решит проблему наличия пилотов и современных истребителей для них. Причём не только у меня на фронте, но и в ПВО столицы.

— Проверьте эту информацию, товарищ Жигарев. И если она полностью подтвердится, изыщите в рамках своего управления возможность удовлетворить запрос командующего Западного фронта, — специально сделал Сталин намёк на должность «просителя». Мол, не хрен собачий к ним с просьбой заявился, а «должная величина», право имеющая. Тем более что явился тот с информацией о первой немалой победе. А это было «жирным плюсом к карме». — Но это чуть позже. Сейчас же я бы желал услышать от товарища Павлова информацию об общем положении на его фронте. Не одна же только авиация весь 1-й день войны там воевала. Так?

— Конечно, нет, товарищ Сталин. Наземные сражения у нас также имели место быть в немалых количествах. Но все они несли масштаб местного значения. Не то что на уровне корпусов, на уровне полков столкновения двух армий ещё не случилось. У меня с собой имеются ряд рапортов командиров наших приграничных частей, которые специально оставались близ наших укрепрайонов, чтобы точно зафиксировать время и сам факт нанесения немцами артударов по нашей территории, — вновь принявшись рыться в своём побитом портфеле, Дмитрий Григорьевич выудил на всеобщее обозрение очередную пачку документов. — Также авиационные разведчики сделали несколько вылетов в район Осовецкого, Гродненского, Замбрувского и Брестского УР-ов, а также ряда погранзастав и городков пограничников, чтобы зафиксировать нанесённый им урон. И, как выразился кто-то из штабных командиров, там везде сейчас сплошной лунный ландшафт, столь велико поверхность оказалась изрыта воронками от подрыва тяжёлых снарядов. Прошу! — с этими словами он положил на стол означенные фотографии.