— Теперь начинается настоящая игра, — сказал Локи пустому воздуху. — И я с нетерпением жду, как она закончится.
Он исчез, оставив на горной тропе только тёмные пятна крови и эхо злого смеха.
А Виктор шёл на север, и в его глазах горел холодный огонь мести. Охота началась.
Следующие месяцы Виктор потратил на изучение своей добычи. Боги Асгарда не были беззащитными — каждый из них обладал огромной силой и опытом сражений, накопленным за тысячелетия. Но у них был один недостаток — они не ожидали нападения от того, кого считали инструментом.
Первой жертвой стал Хёд, слепой бог. Виктор выследил его в лесу, где тот охотился с помощью обострённых чувств. Битва была короткой — слепота, которая давала Хёду преимущество против обычных противников, оказалась фатальной слабостью против того, кто сражался не только мечом, но и магией льда.
Кровь второго бога добавилась к коллекции Виктора. И снова он услышал голос Кристины, чуть более ясный, чуть более сильный.
«Продолжай… ещё нужно… много крови…»
Потом был Вали, бог мести. Ирония ситуации не ускользнула от Виктора — бог мести, убитый ради мести. Вали сражался яростно, но ярость была плохим советчиком против холодной, расчётливой злобы Стража Севера.
Третий флакон. Третья порция божественной крови.
Хермод, бог-посланник, пал следующим. Его скорость не спасла от ледяной ловушки, которую Виктор расставил на горной тропе. Замёрзший в глыбе льда, он не смог уклониться от последнего удара.
С каждой новой жертвой сила Виктора росла. Божественная кровь, текущая в его жилах, делала его быстрее, сильнее, опаснее. Ледяная пустыня за его спиной тоже менялась — теперь она не просто убивала всё живое, но и искажала саму реальность, создавая места, где законы природы переставали работать.
Асгард наконец осознал угрозу. Один отправил всё больше сыновей на поиски убийцы, но результат был всегда одним. Виктор выслеживал их, изучал их слабости, а затем наносил удар — быстрый, точный, смертельный.
Форсети, бог справедливости, умер от яда, который Виктор нанёс на лезвие меча. Яд, созданный из сока растений, выросших в его ледяной пустыне, оказался смертельным даже для божественной плоти.
Браги, бог поэзии, пал в поединке слов и клинков. Его красноречие не спасло от Кровопийцы, прошедшей сквозь горло в самый разгар величественной речи.
Один за другим дети Одина умирали от руки того, кого Всеотец когда-то создал своим орудием. И с каждой смертью Виктор становился всё более опасным противником.
Но главной целью по-прежнему оставался Локи. Тот, кто украл сердце Кристины. Тот, кто разрушил единственное счастье в проклятой жизни Виктора.
И однажды, через два года охоты, когда коллекция божественной крови насчитывала уже дюжину флаконов, Виктор наконец нашёл его.
Локи ждал на вершине горы, где северное сияние танцевало в небе, окрашивая снег в зелёные и синие тона. Он стоял спиной к приближающемуся Виктору, любуясь видом.
— Наконец-то, — сказал бог обмана, не оборачиваясь. — Я начинал думать, что ты никогда меня не найдёшь.
— Ты ждал меня? — Виктор остановился в нескольких шагах, держа меч наготове.
— Конечно ждал. — Локи повернулся, и на его лице играла знакомая насмешливая улыбка. — Ты ведь делаешь именно то, что я планировал с самого начала.
— Что ты имеешь в виду?
— О, мой дорогой Страж Севера, — Локи рассмеялся. — Ты правда думал, что всё происходит случайно? Встреча с Кристиной, ваша любовь, её превращение в статую, твоя охота на богов? Всё это — части одного большого плана.
Ярость вспыхнула в груди Виктора, растапливая лёд.
— Объясняйся. Сейчас же.
— Видишь ли, — Локи начал медленно ходить по краю обрыва, — мне нужен был способ уничтожить Асгард изнутри. Но боги слишком сильны, чтобы я мог справиться с ними в одиночку. Мне нужен был союзник. Кто-то достаточно могущественный, чтобы убивать богов, и достаточно мотивированный, чтобы это делать.
— И ты выбрал меня.
— Не выбрал. Создал. — Глаза Локи заблестели злорадством. — Кто, по-твоему, подсказал Одину идею с проклятием? Кто направил твои шаги к Кристине? Кто устроил так, что вы полюбили друг друга?
Виктор молчал, переваривая услышанное.
— Даже её превращение в статую было необходимо, — продолжал Локи. — Без достаточной мотивации ты бы никогда не начал охоту на богов. Но потеря возлюбленной… это заставило тебя стать тем убийцей, который мне нужен.
— Ты сукин сын, — прошептал Виктор.
— Возможно. Но эффективный сукин сын. — Локи остановился и повернулся лицом к Виктору. — А теперь пришло время завершить план. Ты убьёшь меня, как убил остальных. Получишь мою кровь, мою силу. А потом отправишься в Асгард и уничтожишь Одина.
— Почему ты хочешь умереть?
— Потому что смерть — не конец для такого, как я. — Локи улыбнулся. — Я вернусь. Но когда это произойдёт, старый порядок будет разрушен, а я стану правителем нового мира.
Виктор поднял меч, но затем остановился.
— А сердце Кристины? Где оно?
— О, оно в безопасности. В моей личной сокровищнице в Асгарде. — Локи указал на небо. — Убей меня, возьми мою силу, и ты сможешь туда попасть. Убей Одина, и ты получишь достаточно власти, чтобы воскресить свою возлюбленную.
— А если ты лжёшь?
— Тогда ты всё равно получишь месть за те годы страданий, которые я тебе причинил. — Локи развёл руками. — В любом случае ты ничего не теряешь.
Виктор долго смотрел на бога обмана, взвешивая варианты. Потом медленно кивнул.
— Хорошо. Но знай — если ты обманул меня насчёт сердца, я найду способ заставить тебя страдать даже после смерти.
— О, я на это рассчитываю, — засмеялся Локи. — Это сделает игру ещё интереснее.
Он раскинул руки, приглашая удар.
Виктор не заставил себя ждать. Кровопийца прошла сквозь грудь Локи так же легко, как сквозь воду. Бог обмана улыбнулся в последний раз, прежде чем упасть на снег.
— Увидимся… в аду… — прохрипел он и затих.
Виктор собрал кровь Локи — она была не золотистой, как у других богов, а тёмно-красной, почти чёрной. И когда он выпил несколько капель, сила, вошедшая в него, была иной. Не чистой божественной мощью, а чем-то более тёмным, более опасным.
Теперь он знал, как попасть в Асгард. Теперь у него была сила, способная бросить вызов самому Всеотцу.
Охота на богов подходила к концу. Но главная битва ещё только начиналась.
* * *
Радужный мост Биврёст простирался перед Виктором как дорога из застывшего света. Семицветная арка соединяла Мидгард с Асгардом, переливаясь всеми оттенками северного сияния. Обычно по этому мосту могли пройти только боги или те, кого боги призывали к себе. Но кровь дюжины богов, текущая в жилах Виктора, давала ему право на проход.
Хеймдалль, страж моста, встретил его у входа. Бог с золотыми глазами, который мог видеть на тысячи миль во все стороны, стоял в полном боевом облачении. Его меч Хофуд сиял, готовый рассечь любого, кто осмелится пройти без разрешения.
— Стой, Виктор из Мидгарда, — прогремел голос Хеймдалля. — Знаю, зачем ты пришёл. Не пропущу убийцу в священный Асгард.
— Убийцу? — Виктор остановился в нескольких шагах от стража. — Я всего лишь исполняю волю твоего господина. Один создал меня оружием. Теперь пожинает плоды.
— Ты убил Бальдра, — в голосе Хеймдалля звучала скорбь. — Самого светлого из асов. За это нет прощения.
— Бальдр встал у меня на пути. Как и ты сейчас.
Виктор выхватил Кровопийцу. Древний клинок, напитанный кровью богов, пылал тёмным огнём. По лезвию бежали руны, которых не было на нём раньше — символы силы, начертанные самой смертью.
— Тогда мы сразимся, — Хеймдалль поднял свой меч. — И я докажу, что некоторые вещи священны.
Битва началась без предупреждения.
Хеймдалль атаковал первым, его клинок рассёк воздух со свистом. Удар был настолько быстрым, что обычный смертный даже не успел бы его увидеть. Но Виктор уже не был смертным. Он отклонился в сторону, пропустив клинок мимо головы, и нанёс ответный удар.
