Шилка потопталась неподалёку, но, поняв, что здесь ждать нечего, вернулась ко входу в здание. Несколько раз дверь открывалась, впуская и выпуская людей, но щенку не удалось в эти моменты проникнуть внутрь. Зато один из вышедших бросил ей большой кусок от мясного пирожка. Там же у крыльца Шилка и заснула.
Утром она снова пропустила отъезд Большого-и-вкусного, банально проспав. Поняв это, Шилка бросилась догонять карету.
Лапы болели, живот крутило от непривычной еды накануне, но щенок торопливо двигался по дороге. Шилка боялась, что так и не догонит Большого-и-вкусного, ведь лошади бежали быстрее неё, а усталость и некоторая потеря сил из-за проблемной еды, тоже давали о себе знать.
***
- Ваша Светлость, карету починили, - сообщил подошедший слуга.
Де Граф торопливо, насколько позволяло княжеское достоинство, поднялся и вышел во двор. Поездка его раздражала. Раньше он с небольшим отрядом сопровождения доехал бы до столицы верхом дня за два, а сейчас вынужден больше половины недели трястись в карете, как какой-то старик. Целители рекомендовали ещё поберечь себя, но деятельная натура требовала активности. Около трёх месяцев назад в имение заехал де Вен с хорошей новостью - Её Величество сменила гнев на милость, и де Граф может вернуться в столицу.
О причине опалы лорд-защитник знал только, что она связана с его отцом. Но на все вопросы получал один ответ - "так лучше для всех". По совету бывшей невесты, леди де Фронте, он послал плюшевого медведя с просьбой о прощении. То, что Её Величество сразу отреагировала, только подтверждала уверенность - проблема в отце, а он просто попал под горячую руку, и требовался любой повод для возможности возвращения.
После отъезда де Вена приснился первый за много лет кошмар. Подробности в памяти не удержались, но осталось неприятное ощущение, будто рвут на части, и всепоглощающий ужас.
Де Граф сел в карету и настроился на долгую поездку. Карета проехала всего ничего и резко остановилась. Кучер на кого-то громко и витиевато ругался. Ему отвечали возмущённым тяфканьем. Не лаем взрослой собаки, а неумелыми попытками щенка звучать грозно.
- Что там такое? - князь выглянул из оконца.
- Да собака под колёса бросается, на даёт ехать, - пожаловался кучер и громко щёлкнул кнутом куда-то в сторону. Оттуда, возмущаясь, и, наверно, ругаясь на своём собачьем языке, выскочил виновник остановки. Нет, не просто собака, а щенок тагорского волкодава. Проигнорировав кучера, щенок целенаправленно подбежал к карете и попытался дотянуться до оконца.
- Отставить! - прикрикнул князь на кучера, собравшегося ударить щенка кнутом. Сам открыл дверцу и поднял виновника переполоха на руки. Точно, этот щенок из его псарни, на днях сам его, вернее, её, осматривал. Вон, и клеймо на бедре соответствует. Щенок, как и в прошлый раз, не противился осмотру, а, наоборот, кажется, радовался чему-то. Хвост крутился во все стороны, передавая движение и пушистой попе. За последние дни эта попа схуднула и покрылась пылью.
Де Граф осмотрел щенка внимательней. Нет, не похоже, что она приехала с кем-то. Слишком пыльная и явно голодная. Алихад, главный псарь князя, придерживался мнения, что правильная собака должна быть слегка голодной, но впалый живот найдёныша подсказывал, что щенок не ел нормально пару дней, как раз с отъезда де Графа из имения. И подушечки всех четырёх лап стёрты почти до крови.
В таверне и по пути никого из имения или просто знакомых, кто мог бы подвезти щенка, князь не видел. Маловероятно и то, что кто-то похитил дорогостоящего волкодава и поехал той же дорогой одновременно с владельцем, да ещё позволил покраже сбежать.
Де Граф послал курьера в имени выяснить, что там случилось, и как щенок смог убежать, а сам продолжил поездку.
- И как же тебя звать-то? - он посмотрел на развалившегося на полу кареты щенка. Он хоть и являлся владельцем питомника тагорских волкодавов, но не особо вникал в тонкости разведения и первоначального воспитания. И, тем более, не знал поимённо всех щенков из помёта.
Где-то с четверть часа князь перебирал собачьи клички, но щенок ни на одну не отреагировал. В её возрасте уже все отзывались на своё имя, даже если специально не обучали.
- Ладно, придумаю что-нибудь, - де Граф сдался. Однако, найдёныш подняла голову и завиляла хвостом.
- Что я такого сказал? - удивился мужчина. - Ладно? - он повторил слово-паразит, прицепившееся от Её Величества. Щенок продолжил активно вилять хвостом.
- Хм... Ладно? Лада? Точно, Лада, - де Граф потрепал радостного щенка по голове. - Знаю, таких имён у нас никогда не было, но, раз тебе нравится, будешь Ладой
***
Де Вен подошёл к окну и поглядел вниз во двор. Со дня на день в замок должен приехать лорд-защитник, и князь с нетерпением ждал его прибытия, реагируя на все подозрительные звуки. На этот раз его терпение было вознаграждено. Во двор въехала карета с гербом де Графов на дверцах. Слуга споро подбежал к ней, опустил подножку и открыл дверцу.
Но, вместо князя из кареты, игнорируя подножку и угодливого слугу, выскочила собака. Не удержавшись, она почти ударилась мордой о брусчатку, но быстро выровнялась и побежала обследовать двор. Де Вену показалось, что, несмотря на размеры, собака весьма молода. Возможно даже щенок тагорского волкодава. Их как раз род де Графов разводит. Вслед за собакой из кареты, опираясь на трость, не торопясь вышел и сам де Граф. Крис проследил, как он скрылся в замке, и сам вернулся к работе. Пусть отдохнёт с пути, наговориться успеют.
Вечером они вдвоём прогуливались по замковому парку. Де Вен не ошибся - лорд-защитник действительно привёз с собой щенка тагорского волкодава, и тот радостно бегал по траве.
- На подарок? - спросил Крис, указывая на щенка. Де Граф отрицательно качнул головой и, с обычной серьёзностью, ответил.
- Нет. Даже не думал. К тому же Её Величество как-то обмолвилась, что, без согласия одариваемого, живых дарить нельзя, если подарок не формальный.
- И зачем тогда? Она же слишком мала для службы, а воспитывать здесь некому. Сам ведь будешь постоянно занят.
- А что делать? - де Граф вздохнул. - Она сбежала из особняка и два дня догоняла карету. Верну назад, так, уверен, опять сбежит. И, кто знает, сможет ли снова меня найти, не сгинет где.
Они прошли ещё немного. За время смуты парк запустили, но садовник последние полгода не сидел, сложа руки, и смог оставить и естественную дикость растительности, и привнести ухоженность. Сейчас, ещё сильнее, чем раньше, крохотный парк казался частью леса.
- Добрый вечер, - де Граф вежливо приветствовал Императора, вышедшую к ним из-за поворота. Девушка тоже прогуливалась перед ужином.
- Добрый вечер, господин де Граф, - ответила он. - Хорошо, что вы уже в состоянии вернуться к работе. Но, прошу, держите вашу собаку подальше от меня.
Щенок, увидя нового человека, разговаривающего с хозяином, подбежал ближе. Но встал в шаге от князя, чуть опустил голову и оскалился. Шерсть на загривке, вдоль позвоночника и на крестце поднялась, из пасти раздалось злое рычание. Медленно, на негнущихся лапах, щенок отступил под защиту князя, продолжая скалиться.
- Как скажете, Ваше Величество, - де Граф ногой задвинул щенка ещё дальше себе за спину.
- И как это понимать? - строго спросил Ладу, когда Её Величество ушла. Собака без капли смущения села на дорожку, отвернувшись в сторону.
- Странно, - заметил де Вен. - Её Величество любит животных, особенно мохнатых. Кроме мышелова, разумеется.
- Вот и я не понимаю, - де Граф вздохнул. - Наверно, всё же не простила, и сильно злиться, а Лада почувствовала.
***
На покрывале, расстеленном на лугу возле неглубокой речки, сидело трое мужчин. Лошади паслись неподалёку, чуть дальше в траве носился основательно подросший щенок тагорского волкодава. Обычный пикник скучающих дворян, когда охотиться лень, а сидеть по домам надоело. Только разговоры велись далеко не праздные.
