Бомбы на чёрном порохе показали себя как какашки, потому что взрывной мощи не хватает, чтобы нормально раскидать бронзовые осколки. Да, бронза — это хреновый вариант, если хочешь делать нечто, что должно разрываться на осколки, но мы решили эту проблему добавлением избыточного количества олова — при содержании в сплаве олова около 30%, отлитый шар разбивается в мелкие щепы даже от слабого удара молоточком. Осколки разлетаются, но чёрный порох не может придать им ультимативной убойной мощи, как это легко сделал бы тротил или гексоген. Но чего нет, того нет, поэтому надеюсь на то, что хлоратный порох встанет за кафедру и скажет своё веское слово.
— Настало ли время для приключений? — спросил я у Леви.
— Почти, повелитель, — ответил тот. — Разведчики ещё не доложили о готовности.
— Сообщи мне сразу же, как всё будет готово, — сказал я. — Я буду в своей технической лаборатории, решать проблемы, которые не могут решить мои слабоумные ремесленники.
Надо лично ручками пощупать концепцию пушки Армстронга и разобраться, почему именно у моих ребят ничего не получается…
/16 февраля 2028 года, сатрапия Сузиана, г. Душанбе/
М-да.
Двое суток потратил на эту работу и результат — пшик.
Этого времени мне хватило, чтобы понять ошибочность материалов, переданных Горенко. Опрессовка относительно тонкой стальной трубы, на которой, как делать нехрен, вырезаны нарезы, ничего не давала, потому что эти хреновины исправно разрывались от хлоратного пороха, хоть и годились к применению с порохом чёрным. Но чёрный порох меня не устраивает, потому что я замешал хлоратный порох с небольшим количеством парафина и это дерьмо перестало произвольно детонировать. Нет, на самом деле, подбор пропорций пороха и парафина отнял у меня двенадцать с лишним часов, потому что, при избыточном содержании парафин, это дерьмо вообще переставало взрываться, а при недостаточном вновь начинало взрываться самостоятельно. В итоге, я добавил серу и выработал оптимальный состав хлоратного пороха, отлично детонирующего даже от мушкетных капсюлей.
Можно было рассмотреть применение этого пороха и в мушкетах, но что-то подсказывает мне, что я разорюсь на мушкетах, потому что хлоратный порох очень хреново влияет на сталь, прямо очень хреново. Если с пушечными стволами проблему можно решить сменными стволами, пушек всегда будет немного, то вот регулярно менять стволы мушкетов многотысячной армии — это удовольствие для отдельных извращенцев, в число которых я не вхожу.
Но открытие неплохого артиллерийского пороха никак не продвинуло меня в деле создания нормальной пушки.
— Похоже, пришло время для бэк ту зе рутс…
/19 февраля 2028 года, сатрапия Сузиана, г. Душанбе/
Из технической лаборатории раздавался частый стук пневматического молота и очень громкая музыка.
— Повелитель! — приветствовал своего хозяина вошедший в лабораторию Леви.
Но увиденное заставило его недоуменно отступить на шаг.
Лич, голый по пояс, мотал головой в такт громкой музыке и обстукивал некую стальную заготовку на пневматическом молоте.
— Леви! — произнёс лич, не сводя глаз со сминаемой заготовки. — Докладывай!
— Разведчики прибыли на место! — прокричал тот. — Портал проверили, всё работает!
Повелитель отключил музыку, но продолжил обрабатывать заготовку.
— Ждём твоей команды, — закончил Леви.
— Я почти закончил, ждите, — ответил лич. — Начинай подтягивать войска к Фивам, но ждите моего сигнала.
Леви кивнул, после чего огляделся. В технической лаборатории лича редко что-то происходит, потому что он редко тут работает — основной его интерес фокусируется на исследовании живых и неживых, а технологии он, обычно, поручает мастерам.
Его внимание сразу же привлекло орудие, стоящее на большой металлической платформе. Оно отличалось от стандартных полевых орудий тем, что было изготовлено из стали, причём ствол выглядел как раздвижная подзорная труба, найденная и присвоенная Леви в одном из домов на Земле.
Лафет орудия был оборудован двумя резиновыми колёсами, а ещё имел изогнутый щиток, предназначенный для защиты расчёта от вражеских пуль — что-то такое Леви видел в фильмах о Великой Отечественной войне.
Казна орудия была сквозной, в ней, как догадался Леви, не хватало какой-то детали. Но он уже понял, что это будет нечто вроде «сорокапятки», как в фильмах, то есть заряжаться пушка будет с казны.
Лич, тем временем, перехватил заготовку клещами и понёс её к сверлильному станку, сделал там три отверстия, после чего пошёл к ленточному шлифовальному станку.
Действия его были скупы на движения, работал он чётко и выверенно, будто всю жизнь посвятил ремеслу металлообработчика.
— Эврика, твою мать!!! — внезапно воскликнул лич, после того, как перестал обрабатывать деталь. — Смотри сюда, Леви!
Он подошёл к орудию и с торжественным видом вставил деталь в казну. Далее он вставил шесть болтов и ещё одну деталь, после чего тщательно всё закрутил.
— Вот теперь отлично, — произнёс лич, начав дёргать рычаг на детали вверх и вниз. — Помоги мне выкатить этого монстра на улицу!
Леви взялся за лафет слева и покатил пушку через открытые двустворчатые врата, ведущие во внутренний двор технической лаборатории повелителя.
Он любит давать разные сложные названия зданиям, в которых работает сам или работают его немёртвые. Недавно он «порадовал» всех новым названием — учредил некую «зону консервации ксенотехнологий», а до этого учредил «отдел по теологическим вопросам», где уже работает какой-то пастор с группой непонятных людей.
— Сейчас нас либо взорвёт нахуй, либо одарит вундервафлей, какая и не снилась Алоизычу! — провозгласил повелитель и вставил в открытую казну сначала нечто, похожее на снаряд, а затем и некий медный цилиндр. — А, капсюль чуть не забыл! Леви, отойди на пару метров, а то может порвать в клочья!
Лич вставил в отверстие на казне медный стаканчик толщиной в мизинец, после чего закрыл это отверстие неким устройством, размещённым в салазках.
— Стреляю! — воскликнул повелитель и дёрнул за некую верёвку.
До отошедшего Леви донеслось шипение, после чего сильно громыхнуло.
В четырёхметровой толщины глиняную стену, армированную толстыми брёвнами в три слоя, врезался снаряд, а орудие отъехало на полметра.
— Неплохо! Неплохо! — довольно выкрикнул лич. — Леви, как тебе такое⁈
— Выглядит работоспособно, повелитель, — сдержанно ответил тот.
— Мы ещё не сдохли от стальных осколков, а это значит, что надо пробовать ещё! — лич улыбался безумной улыбкой.
/20 февраля 2028 года, фема Никомедия, г. Фивы/
— Зачем ты привёл своё войско к моему городу, лич? — с нескрываемой ненавистью спросил Флавий Макроний.
— Я слышал, что ты алчный, бесчестный, гомосек и педофил, — произнёс я. — Но никто не говорил мне, что ты ещё и тупой. Ты что, не понял, зачем обычно приводят войска к чужим городам?
— У меня договорённости с соседними фемами и сатрапом Сузианы, — заявил стратиг Макроний. — Ты переступил запретную черту, ты зарвался. Тебе придётся дорого заплатить за это.
— Относись к взятию твоего города как к уже состоявшемуся факту, — улыбнулся я ему. — Когда твои вестники, те из них, кто сможет прорваться через облавы, прибудут к адресатам, я уже буду ужинать в твоём дворце.
— С твоей мерзотностью может посоперничать только твоё самомнение, гнилой труп! — процедил сквозь зубы стратиг. — Я не желаю тратить своё время на общение с покойником! Хочешь завладеть Фивами — попробуй их взять!
— Так я и собирался молча взять их, — усмехнулся я. — Но ты, зачем-то, вызвал меня на эти бессодержательные переговоры. Возвращайся в свой дворец, я разрешаю побыть тебе стратигом ещё пару десятков минут.
