– Связь очевидна. Вы же помните, друг мой, что Лучи города направлены строго на четыре стороны света? Это и есть неполная роза ветров!
– И что нам это дает?
– Не знаю, – затуманился демон. – Подождите, я сейчас…
С этими словами он истаял в ночном воздухе, но спустя несколько минут снова появился, держа в лапах два больших свитка, свернутых в трубку.
– Карты Виндора и Аматы, – пояснил он, раскатывая свитки на полу.
Мы уселись перед картами.
– Я вот что думаю, – проговорил Артфаал. – Допустим, Ридриг Первый использовал силу бездны на благо государства. Но как, если этот источник сам по себе способен нести лишь энергию разрушения?
– Да, – согласился я, – он мог применить бездну лишь в качестве оружия.
– Или орудия угрозы врагам! – подтвердил демон. – И тут мы возвращаемся к четырехлучевой звезде города. Почему именно она?
– Лучи на что-то указывают? – предположил я.
– Или что-то связывают. Или служат артефактом, накапливающим силу. Или все вместе…
Лорд Феррли прошелся по карте Аматы. Занес лапу над маленькой звездочкой, изображавшей Виндор.
– А если так? – устрашающего вида коготь, показавшийся из мягкой подушечки, прикоснулся к бумаге и провел идеально ровную линию вверх от Северного луча столицы.
– Аллирил. Самая середина. Дальше центр Золотой цепи и Холодный океан.
Такая же черта устремилась от Южного луча вниз:
– Южный континент. Пустыня призраков. Санма. Океан слез.
Немного полюбовавшись на свою работу, Артфаал сделал еще две царапины:
– Запад. Паргания, небольшой хвостик Орочьего гнезда, дальше – океан. Восток. Журжень, океан.
Окончательно испортив карту, демон уселся посреди Галатона, уложив хвост на Журжень, и призадумался.
– И так понятно, что расположено в разных частях света, – сказал я.
– В разных частях света относительно Виндора, – поправил лорд Феррли. – А скажите мне, герцог, вам эта вот часть Пустыни призраков ни о чем не напоминает?
Я всмотрелся в глубокую бороздку, оставленную когтем Артфаала:
– Возможно, на этой линии находится затан Айшет. Хотя, конечно, так навскидку трудно сказать…
– Девица ни при чем. Еще что? – фыркнул демон.
– А южнее на нас напал Песчаный бог.
– Наконец-то!
– Тогда выходит… – я проследил за царапиной, тянущейся на север.
– Ничего не выходит. Можно лишь предполагать, – перебил лорд Феррли. – Мы же не знаем, в каком месте Аллирила появился Зеленый огонь.
– Хорошо. Предположим, что Северный луч все же указывает на расположение прорыва в бездну. Как и Южный… Нет, не получается. Расстояния разные, видите? Аллирил все же гораздо ближе, чем Пустыня призраков.
– Это как раз ни о чем не говорит, – азартно почесывая за ухом, откликнулся Артфаал. Думаю, бездна – источник настолько сильный, что точность расстояния роли не играет. Здесь главное – направление.
– Хорошо. Тогда что с западом и востоком?
– Тут можно лишь догадываться. Но отсутствие нападения богов бездны в этих направлениях еще не говорит об отсутствии прорывов междумирья.
– Как и об их наличии, – пожал я плечами.
Мы ступили на почву догадок, предположений и допущений – слишком зыбкую и ненадежную для того, чтобы можно было возвести на ней здание стройной теории.
– И все же, возьмем за гипотезу то, что лучи указывают направление прорывов, – мурлыкнул лорд Феррли. – Тогда получается…
– Опять ничего не получается, – хмыкнул я. – Дитя глубин ведь тоже сущность бездны? А она напала на нас вот здесь, в океане Слез. Как это согласуется с вашей гипотезой?
– Напрямую! – ликующе мяукнул Артфаал. – Спасибо, герцог! Как я мог забыть Дитя глубин?
Он прочертил когтем новую линию.
– Вот, извольте полюбоваться. Точно на юго-западе от Виндора, западнее Клыков смерти. Ведь тут оно напало?
– Ну… примерно.
– Значит, все же роза ветров… – бормотал демон, линуя карту. – Что ж, с Астентумом не поспоришь… это, друг вы мой, общепризнанный авторитет в области магической науки… итак, смотрите, что получается.
Северо-западная линия, как и западная, проходила через Парганию, Орочье гнездо и Холодный океан, северо-восточная подобно северной – через Аллирил и Золотую цепь. Юго-восточная пересекала Восточный Эмират, Андастан и терялась в Теплом океане. Я недоверчиво рассматривал полоски, поделившие мир на равные секторы.
– Но больше нигде прорывов не случалось.
– Пока не случалось, – поправил лорд Феррли. – Но давайте обратимся к мифологии народов Аматы. Общеизвестно, что орочьи шаманы в древности использовали в боевой магии силу бездны. Собственно говоря, это единственное, что мы знаем о бездне. Следовательно, один из прорывов обязательно должен находиться в Орочьем гнезде. Допустим, здесь, – острый коготь нарисовал на северо-западной линии большую точку. – Далее. Гномы. У них есть легенда о Вьюге недр, и даже род заклинающих ее. И если Зеленый огонь вспыхнул на севере от Виндора, то Вьюга недр, скорее всего, находится на северо-востоке, – демон замолчал и задумался.
– А дальше?
– Дальше сложно сказать. В парганских сказках я ничего такого не припоминаю. Журжень – страна загадочная, их мифология представляет собою не просто сказки и легенды, а очень сложные истории. Скорее, это иносказания, зашифрованные послания. Я не настолько хорошо разбираюсь в культуре Журжени, чтобы суметь их истолковать. Но не забывайте об удивительных способностях журженьских мудрецов. Быть может, они черпают энергию бездны? Восточный Эмират и Андастан… странные силы некромантов, не бездна ли тому виной?
– Вспомнил! Хамар говорил, что его семья родом из Андастана, – воскликнул я, – и у них есть древняя легенда о Песчаном боге.
– Да-да, в Андастане тоже имеется пустыня… Вот видите, герцог, все сходится. Значит, осталось два направления, о которых нам ничего неизвестно. А шесть из восьми определено. Неплохая выборка, как вы считаете?
– Ну ладно, хорошо… но почему тогда Виндор имеет форму четырехлучевой звезды, а не розы ветров?
– Может быть, Ридриг собирался пристроить еще четыре луча позже. Но не успел или передумал, ограничившись лишь малыми воротами. Или решил, что достаточно будет указать на четыре самых мощных места силы. А возможно, звезда что-то символизирует…
– Что, например?
– Не знаю. Надо подумать.
– А еще непонятно, зачем вообще Ридригу нужно было весь этот огород городить? Каким образом он использовал бездну?
– Если Виндор – самое мощное место силы, то возможно, с его помощью можно управлять остальными прорывами междумирья? Это все объясняет.
– То есть, Ридриг создал идеальное оружие? Виндор связан с другими вратами в бездну. Допустим, существует какое-то заклинание или магическое действие, способное открывать и закрывать врата, находящиеся в других странах. Тогда Галатон мог бы господствовать в Амате.
– Или уничтожить ее, да и себя заодно, – погрустнел демон. – Насколько я понимаю, Ридриг Первый так и не воспользовался своим изобретением. Видимо, понял, насколько оно опасно. У любой магии есть откат, обратная тяга. Кому как не вам знать это, герцог.
Обратная тяга… давно я не испытывал этого ощущения. Вернее, теперь не обращал на него внимания. В последних поединках я использовал способности изначального. А они предупреждали об атаке надежнее, чем зуд в позвоночнике. Но как действовала обратная тяга в магическом построении Ридрига Первого?
– Люди-мотыльки, сущности бездны – откат после уничтожения Аллирила?
– Скорее, откатом можно назвать проснувшиеся в Вериллии огромные силы бездны, уничтожившие половину столицы. Это совпадает по времени. А мотыльки – реакция на постепенное пробуждение Зеленого огня, крошечные намеки на грядущую катастрофу.
– Отлично. Значит, в любой момент Виндор может рухнуть окончательно…
– Слишком оптимистичное заявление, дорогой герцог. Четырехлучевая звезда – огромный артефакт. Она одновременно управляет всеми окнами в бездну и накапливает поступающую от них силу. Очевидно, Ридриг запечатал главные врата с помощью магии, тем самым защитив Виндор и его жителей. А открытие Вериллия скорее всего заключалось лишь в том, что он умудрился снять или нарушить защиту. Теперь представьте, что может произойти, если откроется сразу несколько окон?
