— Занятно, — я задумался.
В принципе, логично. Откуда бы каким-то дикарям знать о Хранителях? Тем более, Джарид говорил, что у них были помощники. Уж не элементалей ли он имел в виду?
— Давай пока не будем спешить с выводами, посмотрим, что тут и как, — сказал я, поднимаясь с корточек. — Мне в Иссиле комфортно, даже сил будто бы прибавилось.
— Потому и прибавилось, — буркнул Вольт. — Вдруг эти дикари держат элементалей в темницах и насильно откачивают энергию?
— Это ты вспомнил своё убежище в Каньоне Барабаша? — я сел на кровать и растёр лицо ладонями. Вроде бы выспался в самолёте, но эта жара утомила меня. Хорошо хоть внутри купола не такое пекло.
— Мою энергию использовали, чтобы держать меня же в заточении, — кивнул Вольт. — И она же поддерживала Каньон.
— То есть ты считаешь, что этот купол поддерживается таким же образом, — подытожил я сказанное питомцем. — Версию принимаю. Будем действовать осторожно, пока не поймём, что здесь происходит на самом деле.
Два часа пролетели незаметно. Я всё же задремал, а Вольт меня охранял. Сквозь сон я слышал голос Пожарской, которая ломилась ко мне в спальню. После рычания Вольта всё стихло.
Когда вернулся Джарид в сопровождении всё тех же туземцев, мы все уже были готовы к встрече с вождём. Но наш провожатый сумел удивить нас — вслед за ним на этаже появилась дюжина девушек с подносами.
— Обед для спасителя и его спутников, — сказал Джарид, расплывшись в улыбке. — Юрий, познакомься с моей дочерью. Это Джамисса.
Он указал на одну из девушек. Все они были высокими, с коротко подстриженными волосами и белозубыми улыбками. Но у дочери Джарида на шее висело ожерелье из крупных синих камней, похожих на лазуриты из моего мира.
— Рад знакомству, — сказал я с улыбкой.
— Вы очень красивый, — ответила Джамисса, улыбнувшись ещё шире, чем до этого.
За моей спиной громко фыркнула Пожарская, а Вольт сказал, что местные самочки красивые, но опасные. В последнем я не сомневался, учитывая, что каждый житель этого города с детства гулял по Каньону, а потом ещё и изгонял демона из своего тела.
— Можно мне вас потрогать? — спросила Джамисса, протянув руку в мою сторону. — Вы такой интересный и белокожий.
— В наших краях такое считается неприличным, — сказал я, отрицательно качнув головой. Вот ещё не хватало, чтобы незнакомые девицы меня руками хватали, словно я зверушка в контактном зоопарке.
— Простите мою дочь, она выражает искреннее восхищение, — Джарид щёлкнул пальцами, и девицы бодренько зашагали в центр гостиной.
Одна из них нажала что-то на стене, и из пола вырос длинный стол, а за ним и стулья. В который раз я поразился — технологии тут впечатляют.
— А можно узнать, из какого материала этот стол? — спросил я, проведя пальцем по каменной столешнице. — И сами здания? Это ведь два разных камня?
— Не камня, — Джарид отрицательно мотнул головой. — В этом мире нет аналогов, но и камнем назвать его нельзя. Если только существует жидкий камень.
— Нет аналогов в этом мире, — повторил я, сделав упор на последних двух словах. — И как много у вас этого материала, которому нет аналогов?
— Да сколько угодно, — недоумённо проговорил Джарид, будто я спрашиваю какую-то глупость. — Можешь взять, сколько сможешь унести, если тебе нужно.
— Вы его как-то создаёте или что? — уточнил я, не до конца понимая происходящее.
— Зачем создавать, если он просто лежит? — Джарид недоумённо посмотрел на меня. — Идёшь к вратам, берёшь материал, выходишь из врат, строишь что нужно.
— А энергия? Вот эти голубые лучи, они откуда? — я уже сам напоминал себе неуча, который заявился на лекцию по матану и спрашивает, что такое дроби.
— Просишь помощника зарядить, — наш проводник указал на Вольта. — После заряда ни один Хранитель не пробьёт. А если на его пути поставить, то от мира отрежет. Наш купол же такой, ты видел его, Юрий.
Я не стал ничего отвечать, просто кивнул и принялся за еду. Выставлять себя совсем уж идиотом не хотелось, но эти туземцы считают, что у нас там за барьером просто так валяются материалы для борьбы с Хранителями что ли? И чего бы мы тогда сюда попёрлись, если у нас такой жидкий камень есть?
Но всё же я не удержался. Ну никак я не мог не спросить про зарядку материала. Особенно, когда Вольт сидит рядом и недовольно стучит хвостом по моей ноге.
Вообще, появилась у меня идея оградить Каньон на моих землях этими жидкими камнями и посмотреть, что будет. Уверен, что если отрезать Хранителей от Каньона, то либо он перестанет тянуть энергию из этого мира, либо вообще закроется.
— А вы можете рассказать подробнее про то, как заряжать жидкий камень? — спросил я после недолгого молчания.
— Могу, — кивнул Джарид, взяв в руки пиалу с холодным напитком, похожим на фруктовый отвар. — Но вы ничего не предложили взамен, это тяготит меня. Вождь ожидает равного обмена.
— Ну тут я могу помочь, — самодовольно заявил Меркулов. — Уверен, что вы такого ещё не видели.
Всё это время он не снимал свой рюкзак, а сейчас взял и достал из него что-то вроде шкатулки. Такие делали для мощных артефактов, чтобы защитить от излучения энергии. У Ксении была точно такая же, экранированная, шкатулка. Правда хранила она там драгоценности, а не боевые артефакты… наверное.
— Вот здесь — то, что станет достойной платой за любую помощь, — Меркулов поставил шкатулку на стол и начал открывать её.
Мы с Вольтом даже дышать перестали, почувствовав знакомую энергию. Я-то поначалу решил, что там третья часть элементаля, но нет. Это оказался другой элементаль — тот самый, с которым Вольт сражался сто лет назад и чуть не погиб.
— Это? — Джарид посмотрел на сферу, сотканную из воздуха, и цокнул языком. — Зачем нам огрызок элементаля, когда у нас есть настоящие и сильные?
— Что⁈ — в голос спросили мы с Ксенией и Александром.
— Я же сказал тебе, Юрий, что твой помощник может зарядить жидкий камень, почему ты так удивлён? — лицо Джарида снова выражало недоумение. — Хранители боролись против элементалей, потому что те способны заряжать жидкий камень и открывать двери в другие миры. Разве ты не знаешь историю этой борьбы?
— Не в таких подробностях, — медленно сказал я, осмысливая услышанное.
— Тогда расспроси своего элементаля, — наш проводник расплылся в улыбке, от которой у меня уже начало сводить скулы. Я бы ни за что не смог так часто и много улыбаться. — Твой элементаль — сильнейший в этом мире, а ты — единственный, кто связан душой и телом с элементалем, это подтвердили остальные. Ваши судьбы и ваши энергии переплетены так сильно, что один без другого уже не выживет.
Я снова замолчал. Во-первых, мне было приятно посмотреть на перекосившееся лицо Меркулова, дар которого назвали огрызком. Во-вторых, новые подробности вражды между элементалями и Хранителями требовали, чтобы их хорошенько обдумывали. Ну и в-третьих, — мне действительно нечего предложить в обмен.
После довольно вкусного ужина, во время которого больше никто ничего не говорил, мы наконец отправились на встречу с вождём. При этом туземцы ненавязчиво оттеснили от меня Ксению и остальных друзей, зато дочку Джарида зачем-то взяли с собой, причём шагала она рядом со мной, почти вплотную. На этот раз пешком мы дошли только до выхода из небоскрёба, а дальше распределились по платформам и поплыли над землёй.
Через несколько минут мы уже были у центральной башни, в которою нас и повели туземцы. Внутри башня почти не отличалась от небоскрёба — светящиеся панели, гладкие белые стены и полы, по которым пробегали голубоватые искорки. Разве что потолки отличались — тут потолка вообще не было видно, только уходящие ввысь стены.
Наши платформы начали медленно подниматься и замерли только когда достигли самого верха башни. А потом они аккуратно приземлились на левой стороне, и мы наконец спустились на устойчивый пол. Нет, само катание на платформе было интересным, но, когда я перестал видеть землю, внутри что-то ёкнуло.
