«Дикари, одним словом», – фыркнул я про себя, пролетая храм.
Я снизился в небольшой лесок, прямо за храмом. Это даже не лес, а густой пролесок. Потому как этот лес был небольшим полукругом в радиусе двухсот метров. А за ним начинались засеянные поля, то ли оляди, то ли ещё каких злаков. Искать тут никого сильно не придётся, что очень хорошо. Градус моего настроения поднялся ещё чуть-чуть.
Немного полетал над деревьями, и даже слегка улыбнулся. Так как действующие лица уже все на месте. Это был десяток теневых убийц, эдаких «ниндзя» в черных одеяниях и с тряпками на лицах. Они стояли по бокам какого-то хмыря в сверкающих золотом пластинчатых доспехах и в рогатом шлеме на голове. Рядом с ним стоял человек в ярко-красной свободной сутане. Его лысая голова и ярко накрашенные черным глаза смотрелись просто несуразно.
Этот золотой самурай сидел на каком-то походном стуле и жестикулировал перед маленькой девочкой, что сидела перед ним на коленях, связанная. Я даже не стал подрубать анализатор, потому как почти подлетел на эту полянку.
– Она вас всех убьёт! – взвизгнула плачущая девочка лет четырнадцати.
У неё были черные распущенные волосы со стриженной чёлкой, ярко-красные глаза и серое платьице без рукавов. Для азиатской девочки она была очень красива. Вообще, экоры, хоть и похожи на китайцев, но я бы так не сказал. У них не такие выраженные азиатские глаза. Лица у всех относительно симпатичные. Нет той самой «припухлости с бодуна».
– Это мы ещё посмотрим, отродья сакрима! – рыкнул самурай и так ударил тяжёлой ладонью рыдающую девочку, что она отлетела на бок.
Мне такое положение дел не нравится. Я скинул хамелеон, находясь в десяти метрах от них, и хмуро глянул на этих уродов сквозь свои распущенные волосы. Эти придурки ошалело уставились на меня, а ниндзя достали из-за спины свои короткие изогнутые клинки.
– И не стыдно похищать и избивать ребёнка? Это мужской поступок, по-твоему? – процедил я этому хмырю в рогатом шлеме.
– Пошёл вон отсюда! Это дела клана Нойюгай! – прорычал самурай и выхватил из-за пояса широкую саблю.
– Сейчас ты перед ней встанешь на колени и попросишь прощения, – безапелляционно заявил я, скидывая капюшон и поправляя волосы назад.
– Сейчас мы тебя порубим на куски. Наглец! Ты знаешь с кем ты разговариваешь?! – рыкнул он и угрожающе сделал шаг, держа саблю двумя руками.
– Мне плевать. На колени! – проорал я и вдарил ментальной атакой.
По ниндзя с лысым монахом я вдарил параличом. А по самураю ‒ сильным внушением. Приказал обернуться и встать на колени. Главный хмырь, как марионетка, развернулся и упал на землю. Его шестёрки так и стояли в боевых позах, как восковые фигуры. Лысый монах замер с пофигизмом на лице и спрятанными в рукавах перед собой руками.
Я спокойно подошёл к девочке, сел на корточки и лёгким касанием лезвий воздуха разрубил верёвки вокруг неё. С правого уголка её рта стекала кровь, глаз затёк. Она взглянула на меня заплаканными глазами и ползком попятилась назад.
– Не бойся, Сайонг-ни. Я друг Эльсоны-кин, – мягко сказал я и, встав на одно колено, протянул ей руку.
Пару секунд она недоверчиво смотрела на меня, а потом робко протянула свою ладошку. Я аккуратно притянул её к себе, а во второй руке материализовал из инвентаря бутылёк регенерации, воздухом открыл крышку и магией воды вытянул немного содержимого. Направил девочке на повреждённые участки. Она слегка дёрнулась, но я сразу её успокоил:
– Не волнуйся. Это эликсир жизни. Ты же не хочешь, чтобы на таком красивом личике были страшные синяки?
Девочка тут же замотала головой. Её повреждения уже слегка засветились и за десять секунд исчезли без следа. Я закрыл бутылёк и отправил его в инвентарь. Нечего транжирить. После трёх лет «вахты» мои запасы уже показывают дно.
Я встал с колена и помог подняться девочке. Я успел рассмотреть её внимательнее и понял, что она не девочка, а молодая девушка. По фигуре ей, наверное, лет шестнадцать, и ростом она оказалась максимум на полголовы ниже меня.
Держась за руки, мы повернулись к самураю с обалдевшей харей, и я спросил девушку:
– Сайонг. Ты хочешь, чтобы он перед тобой извинился?
Девушка неуверенно кивнула. А я сказу же обратился к самураю, слегка снимая ментальный контроль:
– Ты все понял? Тебе нужно извиниться, дебила кусок!
– Мой к-клан тебя найдёт! Шавка Х-хоучкан!
– Что ж вы все такие настырные-то… – пробормотал я и отпустил руку девушки. Подошёл к этому самураю, надкусил себе палец и влил несколько миллионов нанитов.
Они тут же впитались в его язык и через десять секунд грубо присосались к его ЦНС. Без Алиры или Каспера я не могу тонко управлять нанитами. Поэтому приходится использовать ещё и ментальное воздействие. Чтобы вражины не дрыгались.
– Сейчас. Я. Спрошу ещё раз. Но после вот этого, – сказал я и щёлкнул пальцами.
Совершенно ничего нового. Только приходится ещё держать его ментальным параличом. Иначе будет орать, как будто ему пятки режут. Прождав по традиции двадцать четыре секунды, я сделал повторный щелчок перед его носом. И задал вопрос ошалелому самураю, который вертел головой с покатившимися слезами:
– Ещё одна попытка. Ты. Всё. Понял?
И опять отпустил паралич почти полностью. Этот идиот пал ниц и стал молить:
– Сайонг-ни. Нет. Сайонг-кин! Простите меня! Я клянусь ‒ больше такого не повторится! Умоляю! Не надо больше! Я сделаю всё, что попросите! Прошу вас, пожалуйста! Мой клан больше никогда не будет вам досаждать! Умоляю…
Дальнейшие его эмоциональные бормотания с ударами рогатым шлемом о землю я уже не слушал, а обратился к девушке:
– Ты принимаешь его извинения, Сайонг?
Она ошалело смотрела на меня и на этого самурая, у которого шлем слетел с головы, и он уже бился лбом о землю.
– Д-да… Я принимаю, – пролепетала она тонким голосочком.
А я повернулся к самураю и рыкнул:
– Спать!
После этого все, кто находился на поляне, упали мешками на землю. Прижав ладонь к губам самурая, я за десять секунд выкачал нанитов обратно. Ибо нечего разбазаривать добро, которое пока не генерируется.
Встав с колена, я открыл портал прямо в дом Елены. Только пришлось вложить в это пять тысяч маны. Потому что мне было дико лень лететь на перевес с девушкой. Девушка от моих фокусов превратилась в статую, как будто по ней тоже вдарили параличом. Поэтому я взял её под руку и слегка потянул к окну. Когда мы вошли в портал вдвоём, он тут же за нами закрылся.
Мы оказались в моей комнате ‒ открыть его сюда было легче всего. Ни говоря ни слова, я повёл девушку в гостиную. Она на ватных ногах следовала за мной, но когда начала оглядываться, поняла, что дом ей очень знаком. В гостиной сидела её наставница и, сложив ладони перед лицом, с закрытыми глазами молилась, бормоча какие-то слова.
– Мойджун-сен?! – взвизгнула девушка и кинулась к наставнице.
– С-сайонг… Я так рада… – сказала наставница в объятьях девушки и тут же расплакалась.
А я, хорошенько зевнув, отправился к себе в комнату. Мне с самого утра не дали поспать. Сначала Лена со своей работой, а потом, когда я только задремал, прибежала эта наставница.
Поэтому, я пошёл досыпать! Тёмную вашу мать.
Глава 2
– Рокаин! Теперь ты поиграешь со мной в шашки?! – заканючила Монада у меня над ухом и своими маленькими ладошками начала теребить за плечо.
– Монада… Дай поспать… – простонал я и отвернулся на другой бок к спинке дивана.
– Ты же обещал… – услышал я хныкающий голос за спиной, и мне пришлось досадно разлепить веки.
Лениво развернулся и привстал с дивана. Напротив меня находились Монада и горящий камин. Маленькая девочка смотрела на меня, как маленький котёнок, жалостливыми глазами цвета океана. В такой ситуации просто невозможно отказать. Тем более я и правда обещал. Поэтому я погладил волосы девочки и, улыбнувшись, сказал:
