— Твой наряд привлекает слишком много внимания со стороны, — начал пояснять клон отстраненным тоном. — Лукас Тьерри — настоящий я имею в виду — не занимался развратом и с секретаршами своими романы не крутил. Это уже клон, заменяющий его, ввел новые правила. Видимо, запрограммирован на сексуальное влечение, как и я… до недавнего времени. Но пора всё вернуть обратно. Мне противно видеть…
Лукас замолчал, как будто подбирая слова, а я почувствовала, как в душе зарождается глубокая обида.
Ему, видите ли, противно видеть меня! Нахал! Грубиян!
Сжала губы в жесткую полоску и напряглась всем телом, сдерживая всплеск силы. Однако с журнального столика всё равно слетела пепельница и разбилась вдребезги на полу.
Кажется, я еще ни разу в жизни не испытывала настолько глубокого гнева. Даже мои разногласия с отцом носили иной характер. Что этот клон сделал со мной? Я же вообще собой не владею!!
Жутко захотелось отомстить, наказать, показать, насколько он неправ.
Внутри поднялась волна привычного бунта. Глаза сузились, ноздри стали хищно раздуваться.
Я резким движением расстегнула верхнюю пуговицу блузки, не сводя яростного взгляда с Лукаса, потом потянулась за второй, а он ошарашено приподнял брови.
— Что ты делаешь? — наконец прошептал парень, наблюдая, как пуговицы одна за другой освобождаются от петель. Показалась кружевная кромка белья, потом оголённый живот…
— Выполняю ваше задание, господин директор… — процедила сквозь зубы. — Всеми силами стараясь избавиться от одежды, которая вам столь не по нраву. Вы ведь этого хотели?
Лукас громко сглотнул и даже отшатнулся.
— Я не имел в виду сейчас! Завтра! Это можно сделать завтра…
— Ну что вы, господин Тьерри! Как же я могу так издеваться над вами и заставлять вас лицезреть мое недостойное одеяние целый день? Я ответственный секретарь, исполнительный и послушный. Делаю всё без промедления!
Блузка с шорохом полетела на пол, открыв взгляду парня белый кружевной бюстгалтер. Довольно прозрачный, между прочим…
— Прекрати, Тина… — голос клона сорвался до шепота. — Извини, если был резок и обидел, просто…
— Нет, что ты! — иронично прервала я его. — Ты был в своем праве, господин директор! Я же всего лишь секретарь…
Юбка тоже отправилась в полет, и я — дерзкая до невозможности — осталась в одном только белье.
Гнев добавил безрассудства, и я подумала о том, что когда-то обязательно воспользуюсь советом старика Робо и заставлю этого несносного парня оценить меня по достоинства…
Лукас стоял передо мной с шокированным лицом. Взгляд, как завороженный, скользил по моему телу, а кадык гулял туда и обратно, доказывая его волнение.
«Ну что, до сих пор тошнит???» — хотелось дерзко бросить мне, но в этот момент дверь в кабинет открылась, и кто-то ошарашенно замер на пороге…
Глава 26
Мария Тьерри
Лукас
Я смотрел на то, как Тина оголяется до белья, и не мог пошевелиться. Глаза жадно рассматривали каждый клочок обнаженной кожи, каждый изгиб совершенного тела, и в голову ударил жар.
Сумасшедшая! Дерзкая, безумная, совершенно непредсказуемая — она соблазняла меня очень профессионально. Но зачем ей я — какой-то там клон? Клон замаранный, использованный, который загнется через год-два, превратившись в развалину!
Это спортивный интерес? Мол, добьюсь своего, потому что всегда хочу выходить победительницей?
Глаза зоннёнки неистово горели вызовом и гневом. Ну да, я задеваю ее за живое своим отказом. Но только я не думал, что она будет такой настырной и что мне будет так непросто.
В животе начала пульсировать предательская тяжесть, а я не мог даже закрыть глаз. Хотелось ринуться к ней, схватить в охапку и обрушить на соблазнительницу всю мощь своей страсти…
Но только… как надолго меня хватит? Когда я вспомню об отвратительных экспериментах и побегу блевать в ванную комнату?
Сжал зубы покрепче и собрался проявить максимум суровости, но в этот момент кто-то бесцеремонно ввалился в кабинет и ошарашенно замер.
Я разглядел женщину среднего возраста — худощавую броскую, стильную, и сердце пропустило удар…
— Мама… — шепнули губы сами по себе, а я едва удержал себя от порыва броситься к ней навстречу…
Кажется… эта женщина очень много для меня значит. Кажется, мы не виделись тысячу лет…
Но ведь она не моя мать!!!
— Лукас… — голос Марии Тьерри был наполнен изумлением, но через пару мгновений она… начала смеяться. — О Боже, сынок, ты же никогда не любил блондинок после разрыва с Эмили, а тут вдруг… Неужели освободился от своей обиды?
После упоминания имени некой Эмили в памяти вспыхнул туманный образ светловолосой девчонки в деловом костюме. Да, была такая — стервозная и наглая, как оказалось впоследствии…
Тина при виде незнакомки покраснела до кончиков ушей, но потом вздёрнула подбородок, невозмутимо поздоровалась и начала неторопливо одеваться.
Вот это выдержка! Я не удержал едва заметной улыбки.
— Времена меняются, мама… — проговорил на автомате и почувствовал себя так, словно разговаривал с ней всю жизнь. — Проходи…
Женщина вопросительно приподняла бровь, всматриваясь в мое лицо слишком пристально. Подошла ближе, грациозно опустилась в кресло, не сводя с меня глаз.
Я слегка стушевался под ее взглядом и поспешно нажал кнопку связи на столе. Послышался мелодичный женский голос:
— Да, господин директор!
— Пожалуйста, Валенна, принесите мне кофе, чашку зеленого чая и пирожное «нежное утро». Спасибо!
— Слушаюсь, — произнесла девушка неуверенно, но потом поспешно добавила:
— Простите, господин директор, но я не Валенна. Меня зовут Анита. Валенна уволилась больше трех лет назад…
Я замер, запоздало осознав, что сглупил. Сердце аритмично дернулось. Откуда взялась вообще это Валенна в моей голове? В списках сотрудников, которые мы вчера изучали с Тиной, никого подобного там не было. Но я точно помнил ее. Невысокая шатенка с невыразительным лицом — она занималась исключительно удовлетворением нужд моего желудка. Непыльная работа, но требующая ответственности и аккуратности. Ведь мои проблемы с желудком не позволяли есть всё подряд…
Стоп! Глупец! Это ведь не мои воспоминания! Я не истинный Лукас Тьерри, а лишь его копия. Но почему его сознание так ярко раскрывается во мне? Этот кабинет, эта компания заставляют чувствовать себя… дома.
— Сынок, ты в порядке? — голос матери… точнее, Марии Тьерри (мне надо напоминать себе, что я — не прототип) прозвучал обеспокоенно.
Вздрогнул, но поспешно взял себя в руки. Со всех сторон на меня сыпались сплошные сюрпризы: то Тина и ее соблазнительный вызов, то эта острая ассоциация себя с настоящим Лукасом…
А еще мать, которая заставила меня затосковать о чем-то…
— Дорогой, — она встала с кресла и подошла ко мне вплотную. Краем глаза я наблюдал за Тиной. Девушка уже оделась и напряженно прислушивалась к разговору. Мария тоже вспомнила о присутствии посторонней и обернулась к ней.
— Милочка, выйдите пока. Мне нужно пообщаться со своим сыном…
Зоннёнка дернулась, на лице отразилось легкое недовольство, но она поняла, что выбора нет, и, коротко кивнув, покинула кабинет.
Мать снова обернулась ко мне, потом мягко коснулась плеча и, заглядывая в глаза с какой-то непонятной надеждой, прошептала:
— Ты сегодня… не такой, как обычно.
Я заледенел, напряженно придумывая, как выкрутиться. Надо же, как я попал! Только близкий человек мог заметить разницу между мной и прототипом, и Мария Тьерри надумала прийти именно сегодня, когда я еще не освоился.
— Это всё из-за этой девушки, да? — мать неожиданно высказала предположение, за которое я тут же ухватился. — Она что-то для тебя значит?
Я кивнул, опуская глаза. А ведь ни капли не соврал…
— У вас это серьезно? — в голосе Марии появились неожиданно радостные нотки. — О Боже, неужели свершилось?
