Мужчина проводил меня до дома Клары, мы сдали мальчишек в руки их матери, заметно посвежевшей с того дня, как она узнала об очередной беременности. После он дождался, пока мы с Вероникой закроем за собой дверь нашего дома, и ушел.
– А я все видела! – закричала дочка, когда мы остались одни.
– Подсматривала? – Я шутливо уперла руки в бока.
Вероника едва сдерживала улыбку, смеющимся взглядом дырявя потолок.
Обсуждать с дочерью наши с Робертом отношения было еще рано. Наверное, слишком рано, я и сама еще толком не понимала, что между нами. Ну признались друг другу, и что? Он предлагал проводить больше времени вместе. Это еще ничего не значит!
Ночь прошла как в тумане. Я бродила по дому, потом зарылась в одеяло, но, не сумев заснуть, снова встала и пошла пить успокаивающий чай. Через открытую форточку со стороны реки доносилась музыка и смех, праздник продолжался, но рисковал вот-вот закончиться. Чистое небо заволокли густые тучи, воздух сделался холодным и сырым. Где-то вдалеке черноту озарила молния, а следом раздался оглушающий грохот грома, и на землю упали первые капли дождя. Порыв ветра рванул занавеску, и едва я успела закрыть окно, как с неба обрушился ливневый поток. Я могла только посочувствовать тем, кто сейчас на берегу с визгом поспешно собирает пледы и подушки и уносит ноги по домам.
Новый день не порадовал солнечной погодой. Дождь, казалось, не заканчивался с ночи, он продолжал заливать двор, и с ливневки на крыше вниз срывался шумный водопад. Поморщившись, я окинула взглядом глубокие лужи перед домом и вернулась на кухню, где уже был почти готов завтрак. Поскольку практически все продукты вчера использовали для праздничного «стола», в шкафах оказалось пусто. Я сумела набрать муки для клецок, сварила их, а теперь они обжаривались на сковороде до золотистой корочки.
Входная дверь распахнулась, в дом ворвались звуки дождя и холод, а через мгновение на кухне стоял Роберт. Мокрый, как искупавшийся в реке кот, с корзинкой в руках, ненадежно прикрытой отрезом ткани.
– Я торопился, но все равно промок.
– И забыл разуться, – упрекнула я его, указав на ботинки, на которых налипли комья глины.
– Демоны! – шепотом выругался Роберт, возвращаясь в гостиную.
Я закатила глаза. Теперь пол стал еще грязнее, мог бы просто разуться на кухне! С удивлением я поняла, что новенький – да уже старенький! – сосед не спешит назад. Тут раздалось пыхтение, звякнуло ведро, и на кухне появился сначала зад Роберта, а после и он сам с тряпкой в руках.
Вернулась к клецкам, хихикая под нос. Отбирать у мужчины возможность побыть уборщицей я и не думала. Да, уборкой должны заниматься исключительно женщины, но пол-то кто запачкал?
– А что это вы тут делаете? – Сонная Вероника хлопала глазами, стоя на только что вымытом участке пола.
Роберт тщательно прополоскал тряпку в ведре и по второму кругу принялся отмывать отпечатки ботинок.
Дочка спешно забралась на стул, поджала под себя ноги, чтобы не мешать «уборщику». Я поставила перед ней тарелку, а свою порцию решила отдать Роберту. Аппетита не было, да и он заслужил горячий завтрак.
– В корзинке мясо, оставшееся со вчерашнего вечера, – вернув ведро с тряпкой в баню, сказал Роберт. – То, что успел спасти Гаскон от дождя. Ливень начался внезапно, многие закуски пали смертью храбрых, но чашку с мясом парень смог сберечь.
Только я потянулась к корзине, чтобы достать мясо и разогреть в печи, как дом содрогнулся. В прямом смысле слова – дом задрожал! Занавески колыхались, старые половицы протяжно заскрипели, но почти сразу все стихло, а с улицы донеслось ругательство, до боли знакомым голосом:
– Впусти в дом, ведьма!
Ладони похолодели, лицо залила краска от злости.
– Папа пришел? – пискнула Вероника, хватаясь ручками за край стола. – Ты его впустишь, мам?
Я перехватила ошарашенный взгляд Роберта. Глазами попросила его ничего не спрашивать, а сама думала, как спокойно выпроводить Савара, пока дом окончательно не сошел с ума. И как потом объяснить Роберту, почему мое скромное жилище вдруг начало защищаться. Печати защиты, оставленные Гердой, сработали на отлично. Вот только не вовремя. Лучше бы Савар сумел зайти в дом, я бы здесь с ним постаралась разобраться, а теперь проблем целых две.
– Он… пришел не просто поговорить? – хрипло выдохнул Роберт.
Я едва не заскулила. Он понял, понял! Твою ж!..
– Я узнаю, зачем он приехал, и вернусь, – бросила через плечо, направляясь к выходу.
За спиной раздались шаги Роберта, а Вероника тихонько заплакала. Наверное, испугалась поведения дома, а не злого рыка отца. Впрочем, скорее всего, все-таки второе.
Уже потянув дверь на себя, я глубоко вдохнула, успокаиваясь. Испуг почти сразу заглушился злостью, да и опасаться мне нечего – Савар не сумеет даже на крыльцо подняться, дом не позволит.
– Привез мои вещи? – холодным тоном спросила я, резко распахнув дверь. Роберт тенью замер чуть в стороне, готовый в любой момент прийти мне на помощь.
Бывший муж стоял у самого крыльца, безуспешно пытаясь ступить хотя бы на первую ступеньку. Дом, видимо, неслабо его шарахнул в первый раз, потому что с Савара ручьем стекала вода с грязью. Двор размыло, и в одну из луж угораздило упасть незваного гостя.
Пылающий яростью взгляд пронзил меня насквозь. За воротами стояла крытая повозка, но сомневаюсь, что внутри были мои вещи.
– Тварь ты, Алена! Я тебя отпустил, даже позволил не платить за все, что для тебя делал, а ты вздумала меня проклясть?!
– Я не могла тебя проклясть, у меня нет таких навыков.
– А дом сам сгорел?!
– Сгорел дом? То есть вещи ты не привез?
– А работа? Меня поперли отовсюду! Хочешь сказать, что я, лучший плотник Бирцана, внезапно стал никому не нужен по воле Создателя?! Немедленно возвращай все как было!
Я подавила злорадный смешок. Стыдно признать, но отчаяние, которое я видела на лице бывшего мужа, сладким пением отразилось в сердце, и с души будто груз упал. Герда даже после смерти не оставила меня. Я была благодарна ей за то проклятие, которым она одарила Савара на случай, если он вздумает меня прогнать. Не уверена, что бабушка и правда оставила отложенное проклятие, но вдруг? Все-таки есть справедливость в этом мире!
– Герда, – фыркнула я, скрестив руки на груди.
Савар поморщился:
– Что – Герда?
– Она прокляла тебя, не я. Ты ведь с ней договаривался? Если сумеешь найти некромантов, которые когда-то существовали, то сумеешь передоговориться с моей зловредной бабулькой.
– Издеваешься?!
– Ничуть. Более того, я очень рада, что ты приехал и осчастливил меня новостью, что твоя жизнь пошла по…
– Ведьма! Я тебя со свету сживу! – Визг Савара наверняка разнесся бы по всей деревне, если бы не шум дождя. Непрекращающийся ливень спас меня от необходимости объясняться перед соседями.
– Становись в очередь, – вот уже в который раз предложила я очередному своему врагу. И мрачно подумала, что врагов стало как-то слишком уж много.
– То есть по-хорошему ты проклятие не снимешь?
– Да нет никакого проклятия, Савар! Уж точно не от меня! Мы и думать о тебе забыли, представляешь? Вот так, восемь лет совместной жизни забыли за несколько дней. Хреновый из тебя был отец, муж и любовник. Понимаешь? Возвращайся домой, а дорогу сюда забудь.
Я изо всех сил хлопнула дверью, и дом отозвался мимолетным гулом. Савар кричал что-то еще, но вскоре ушел. Я так и стояла у двери, прижавшись лбом к прохладной деревянной поверхности. Роберт молчал, а я не знала, как объяснить ему все то, что он услышал.
– Он уехал. – Мужчина задернул занавеску на окне и положил руку на мое плечо. – Ты в порядке?
– Я объясню все позже, – прошептала хрипло, выпрямляясь. Взгляд прятала, не хотелось смотреть в глаза Роберту.
– Что именно? Я ничего не спрашивал, и ты не должна ничего говорить, пока сама не захочешь.
Я вскинула голову, неверяще взглянула в обеспокоенное лицо мужчины.
