Начали уходить, крадучись между барханами, словно тени. Луна, ранее такая яркая, теперь казалась бледной, словно испуганной после ослепительного сияния лучей прорыва.
Но удача отвернулась от нас.
Когда пробирались сквозь цепочку стражников, случилось худшее.
С Амата слетело действие эликсира скрытности, и, как следовало ожидать в таких случаях, в самый неподходящий момент.
Три ближайших стража заметили Жимина. Их усики затрепетали в унисон. Я увидел, как по хитиновым пластинам пробежали синие разряды. Эти твари могли использовать магию?
Хотя да, в бестиарии говорилось, что некоторые из стражников на это способны.
— Шустрее! — прошипел я, но было уже поздно.
Один из монстров резко вскинул передние лапы, и воздух перед нами искривился. Волна невидимой силы ударила, сбивая с ног. Песок взметнулся вверх, ослепляя, а я почувствовал, как что-то твёрдое врезается мне в грудь, вышибая воздух.
Роман отреагировал первым. Его фаерболы, яркие, как солнечные вспышки, взорвались в центре строя муравьидов. На мгновение всё погрузилось в ослепительное пламя, и я увидел, как твари отпрянули, но повреждений не получили.
— Вперёд! — крикнул я, создавая твёрдый настил из спрессованного песка.
Мы рванули, но муравьиды не отставали.
Я пытался создавать ловушки: зыбучие пески — твари просто перешагивали их, будто не замечая; каменные шипы — рассыпались в пыль при приближении муравьидов; песчаные волны — рассеивались без следа.
Сложно применять магию к тварям, невосприимчивым к ней.
Мои фокусы не работали.
Роман задержался, стреляя фаерболами. Взрывы ослепили муравьидов, но ненадолго. Монстры уже восстанавливали строй, их фасеточные глаза сверкали холодной яростью.
Я укреплял песок перед нами, делая его твёрдым для быстрого бега, а потом снова размягчал его. Пробовал осыпать дюны, чтобы замедлить погоню. Но большая часть муравьидов прорвалась, их лапы цеплялись за склоны словно крючья, неумолимо сокращая расстояние между нами.
Когда подбежали к временному лагерю, товарищи уже ждали. Ещё бы, шуму мы наделали немало.
Сергей стоял с клинком наготове, его глаза сузились, уловив наше приближение. Надя подняла руки, готовясь создать защитный купол, а Лиза, всё ещё бледная, сидела на песке.
— Что случилось⁈ — крикнул Сергей.
Но ответа не потребовалось.
Следом из-за бархана выползли десятки стражников. Их хитиновые панцири сверкали в лунном свете, а жвала щёлкали, словно предвкушая кровавую жатву.
— Собирайтесь! Уходим! — крикнул я, вгоняя саблю в ближайшего муравьида.
Клинок со скрежетом прошёл сквозь хитиновый панцирь, и кровь брызнула на песок.
— Лиза, ты как⁈ — крикнул я, оглядываясь.
— Нормально, — девушка попыталась встать на ноги, но тут же свалилась на землю. Её лицо было бледным, а пальцы дрожали. Минская была ещё слишком слаба.
Амат и Митя оказались почти бесполезны: один без воды в пустыне, второй без макров для ружья.
— Берите Лизу! Тащите её!
Парни поснимали с себя ремни, связали их особым образом, закинули на плечи и посадили между собой девушку, при этом у обоих руки остались свободными для оружия. Амат взял топор, а Митя винтовку с пристёгнутым штыком.
Я достал из сумки эликсир выносливости, густой, кроваво-красный, в маленьком пузырьке.
— По глотку — и вперёд!
Жидкость обожгла горло, но уже через секунду по жилам разошлось тепло, словно кто-то влил в меня расплавленную сталь. Мускулы напряглись, дыхание выровнялось, и мир вокруг словно замедлился.
— Бежим! — рявкнул Роман, развернувшись и швырнув в тварей шаровую молнию.
Она вспыхнула ярко, осветив на мгновение всю пустыню. Но тьма сомкнулась вновь.
Мы рванули вперёд что было мочи.
Позади слышался скрежет хитина, щелчки жвал, шелест песка под сотнями лап. Муравьиды не отставали.
Мы уходили. Поначалу хорошо работала моя тактика с осыпанием песка с вершины барханов, обрушавших лавину на преследователей. Твари спотыкались, их лапы увязали в рыхлой массе, но это лишь ненадолго замедляло их.
Наши огневики работали в унисон. Молчанов один за другим пускал в монстров огненные шары, второй добивал. Только с пятого или шестого удара удавалось убить тварь. Больше половины попаданий тратилось на то, чтобы пробить антимагическую защиту монстров.
Но и после этого, хотя пламя выжигало хитин, муравьиды шли напролом, словно не чувствуя боли.
Сейчас скрытность была не так важна, как скорость, поэтому мы шумели от души. А яркие вспышки взрывов виднелись на многие километры вокруг.
Надя то и дело прикрывала нас от магических атак тварей воздушным щитом. А когда их не было, закручивала одно торнадо за другим. Песок, поднятый в вихрь, ослеплял преследователей. Песчаные частицы врезались в фасеточные глаза муравьидов, заставляя сбиваться с пути.
Я уже начал думать, что мы сможем уйти, но, забравшись на очередной бархан, застыл в ужасе.
За нами, насколько хватало глаз, двигались сотни стражников. Их хитиновые панцири ярко блестели в лунном свете и во вспышках от взрывов.
Твари не просто преследовали нас. Они начали окружать, заходя с флангов, словно опытные охотники, загоняющие добычу.
— На таком расстоянии фаерболы уже не работают! — сквозь зубы процедил Сергей, отчаянно размахивая клинком. — Твари уворачиваются, а их защита от магии восстанавливается!
— Оползни хоть немного их тормозят, но убить не могут! — добавил я, чувствуя, как песок под пальцами дрожит в ответ на мою магию.
— Мы не убежим, их слишком много! — Роман хрипло выдохнул, его лицо было покрыто каплями пота.
— Уйдём, — уверенно сказал я и хлопнул его по плечу, — вот увидишь, уйдём.
Взобравшись на следующий бархан, понял, что полукольцо преследователей сужается.
— Забираемся на следующий высокий бархан и принимаем там бой! — скомандовал я, указывая на песчаную гору впереди.
Мы полезли вверх, отбиваясь из последних сил.
Надя, шатаясь, создавала порывы ветра, сносящие муравьидов вниз.
Амат и Митя, таща Лизу, ругались сквозь стиснутые зубы.
— Иди ровнее, что ты как пьяный шатаешься! — кричал Митя.
— Сам пьяный! — огрызался другой.
Сергей и Роман отстреливались огненными залпами, но твари уже подбирались слишком близко.
И когда показалось, что нас вот-вот настигнут, раздался дружный ружейный залп.
Грохот оглушил пустыню.
Я поднял голову: на гребне бархана стояли наши солдаты во главе с ефрейтором Василием.
— Вы тут такое светошумовое представление устроили, — крикнул он, перезаряжая винтовку, — что я решил поспешить на помощь!
— Ну молодец! — я обнял солдата. — Умеешь удивлять.
— Вы тоже, ваше благородие, — Василий расплылся в улыбке. — Кому расскажу, не поверят же. Это же надо, маги первых уровней от охранников-муравьидов ушли, и небось как минимум десяток положили.
— Больше, — хвастливо вмешался Амат.
— Лагерь близко? — спросила с надеждой в голосе Надя.
— До укреплений меньше двух километров! — Василий махнул рукой в сторону. — Надо поспешать, пока они не перекрыли путь!
Мы рванули вперёд, но оглянувшись, я увидел новые группы монстров, выходящие на перехват.
Наш отряд с трудом пробивался к лагерю, дважды пришлось останавливаться, чтобы отбить яростные атаки муравьидов. С каждой минутой их натиск слабел, и когда на горизонте занялась алая заря, казалось, твари вовсе потеряли к нам интерес.
— Чёрт возьми, они отступают! — выкрикнул Роман, вытирая пот со лба.
— Рано радоваться, — мрачно пробурчал Амат, — смотрите!
В первых лучах солнца мы увидели, как песок вокруг буквально шевелится. Сотни пустынных тараканов медленно и пока ещё сонно выползали из своих нор, принимая эстафету преследования. Надо спешить.
Когда добрались до лагеря, перед нами предстала впечатляющая картина. Солдаты за ночь укрепили оборону.
Перед земляным валом, усиленным каменными глыбами, появился ров, заполненный чёрной маслянистой жидкостью.
