"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Павлов Вел
— Это страховка, — продиктовал он сухо. — Не от той двери, о которой стоит спрашивать сейчас. Узнаете, когда понадобится, — а я приложу все силы, чтобы не понадобилось. Возьмите.
— Вы даёте воровке ключ. Уже второй.
— Первый был условием. Этот — не условие. — Он подвинул ключ на палец ближе. — Совпадение профессий случайно.
Айра взяла. Бронза была тёплой — нагрелась от его ладони. Ключ лёг в руку так, будто там и жил. Пальцы у неё были холодные, и разницу она чувствовала всей кожей.
— Что утром? — Уходить с ключом молча было выше её сил, а спрашивать о ключе — ниже её правил.
— Утром вы спите. — Он глянул на серое окно и поправился с точностью, которая у него означала заботу: — Сколько получится. Потом деканат, скучное поручение — оно вам обещано, и оно настоящее. К архиву не подходите теперь уже честно: ни днём, ни ночью. К северному крылу — тоже. Найдут без вас. Ищущим по списку хуже всего даётся то, чего в списке нет.
— А вы?
Вопрос вышел не по чину, и оба это услышали. Ректор ответил не сразу — но и паузы не взял: просто посмотрел на стол, на разложенную по нему ночь, на погасшую лампу, которую заметил, кажется, только теперь.
— А я буду делать вид, что эта ночь прошла по плану. Это несложно: она прошла по плану.
Ручка уже поддалась, когда её достало в спину:
— Адептка. Спасибо за работу.
Не «явку засчитал». Айра вышла, не обернувшись: с лицом она уже не справлялась, а собирать его подарки два раза за ночь было бы наглостью.
Дисциплина спала в полоске света под дверью — пришлось переступать. Она не шелохнулась. Хоть кто-то нёс службу правильно: во сне и не приходя в сознание.
Бумажный квадратик она развернула уже за своей дверью, при огарке. Одно слово, написанное его рукой — не той, которой он подписывал бумаги, а другой, торопливее и проще:
«Доверие. И. Д.»
Ни должности, ни печати, ни устава. Два инициала, которыми человек, прячущий её всю зиму, перестал прятаться сам.
Этой бумажкой, попади она в чужие руки, его валили с должности вернее любой негодности.
Адалис Кер за такой повод меня бы убила. Пусть встаёт в очередь.
Айра спрятала ключ и записку в нагрудный карман — туда, где уже жила гнутая шпилька. В том кармане понемногу собиралось всё настоящее, что у неё было.
Этот даже выторговывать не пришлось. Если так пойдёт, придётся выйти в честные люди — исключительно из чувства противоречия.
За окном серело. Где-то наверху, под кровлей северного крыла, дожидалась фонарей чужая обжитая зима: лежанка ногами к выходу, миска у тёплого кирпича, две монеты правды в тайнике — и свежий след от стены в темноту, который никто не строил. К полудню всё это станет актом, акт уедет в столицу, и наверху будут долго искать человека, которого никогда не было, — по следам, которые никогда не врали.
Два дня, может, три — украденные у самой зимы.
Фора пошла. И начну я с человека, который умеет не записывать.
Глава 29. Открыто
Глава 29. Открыто
Проснулась Айра оттого, что не могла вдохнуть.
С ней это уже случалось — ещё осенью, в этой же кровати, тем же способом. Способ лежал у неё на груди, весил полтора пуда и дышал сам — глубоко, сыто, за них двоих сразу.
— Слезь, — велела Айра остаткам воздуха.
Способ не слез. Способ устраивался: потоптался, повернулся и лёг окончательно — так, как ложатся не на человека, а на отвоёванную территорию.
Кот вернулся.
Всё, что следовало знать об этом утре, она узнала, не вставая — да и попробовала бы она встать. При людях со списками Кот стирал себя из всего, включая воздух: последние дни он существовал урывками, по углам — тенью при её ночных делах. А теперь лежал у неё на груди среди бела дня, всей невозможной тушей. Кот больше не прятался — значит, списки уехали. Комиссия отбыла со своим актом, и где-то по зимнему тракту катилась в столицу её собственная ночная работа: лежанка, миска, две монеты правды.
Колокола в академии были. Кот был точнее.
— Доложить ничего не хочешь? — спросила Айра, отвоевав себе вдох. — Мог бы и словами, как люди.
Кот перетёк на сундук Тай — пост у двери пустовал третьи сутки, а пустующих постов он не признавал — и занялся лапой. Служба кончилась. Отдыхал он ещё основательнее, чем служил.
В столовой она поняла, что проспала не утро, а пол-истории.
Гул стоял такой, что ложки тонули в нём. Академия узнала про жильца — и переваривала его всей столовой, всеми тремя факультетами, с добавкой. Айра взяла перловку с грибами, села с краю и стала слушать, как слушала всё: не поворачивая головы.
— …беглый маг, точно говорю. Жил под самой крышей, питался голубями…
— Голубей пересчитывали? — мрачно спросили рядом. Спросила Ним. У Ним с этого утра было дело всей жизни, и по лицу её было видно, что голуби — только начало.
— …да какой маг! Призрак это. Только особый. Который ест.
Стол притих. Версия была свежая и задевала основы.
— Призраки не едят, — возразил второкурсник с перевязанным пальцем, тоном человека, лично проверявшего.
— А этот ел! Потому и скрывался. Свои бы не поняли.
Айра работала ложкой и держала лицо скучным. Получалось так себе: собственная слава, рассказанная чужими ртами, оказалась блюдом, к которому она не знала, как подступиться. Хотелось добавки и убежать одновременно.
У жильца появилось прошлое, три причины скрываться, одна несчастная любовь и долг в столичном игорном доме. Ставки — Айра прошла мимо стола старших и не смогла не услышать — принимались на то, вернётся ли он к весне, и отдельной строкой: был ли он вообще.
Тот же вопрос задаю себе каждое утро. Ставку делать не буду — у меня преимущество.
У дверей её поймал Юст.
С Юстом случилось страшное. Он шёл так, будто у него из-под ног выбили землю, и глаза — как у ограбленного.
— С тобой всё в порядке?
— Нет, — честно ответил Юст. — Со мной соглашаются.
— Что?
— Все. С самого утра. — Он оглянулся, будто соглашающиеся могли подслушивать. — Я говорю: я же говорил, что в академии кто-то живёт. И мне отвечают: да, Юст, ты говорил. Ты был прав, Юст. — В голосе его стояла настоящая мука. — Я к этому не готовился. Я готовился доказывать. У меня доводов на два года вперёд, понимаешь? На два года! Куда мне их теперь?
— Прибереги. Вдруг разразногласишься.
— Думаешь? — В глазах у него затеплилась надежда.
— Уверена. Такое согласие долго не живёт.
Юст воспрял и сообщил обычным своим заговорщицким сипом:
— Кстати. Старик-то на обыск явился. Голый который. Мне двое из стражи рассказали, оба тряслись. Прошёл сквозь стену, осмотрел лежанку поверх голов и вынес заключение.
— Какое?
— «В моё время беглецы жили опрятнее и куда более скрытно». — Юст развёл руками. — И ушёл. Стража час спорила, вносить ли в протокол.
Опрятнее. Более скрытно. Тоже мне. Попробовал бы сам сложить что-то достойное за пару часов!
Оценку своей лучшей за зиму работы Айра снесла молча, как и положено мастеру: щедрая душа поймёт, скупая позавидует.
Про ворота она услышала на выходе, от подавальщицы: страж наотрез отказался признавать самый факт жильца — через ворота не входил, значит, не жил. «А кто жил, — проскрипел он, если верить пересказу, — тот пусть выйдет и войдёт как положено». Возчики у ворот на всякий случай прослушали это стоя.
Скучное поручение в деканат — обещанное, настоящее — заняло четверть часа и оказалось лучшим, что ректор для неё придумывал: отнести пакет из двери в дверь и не быть по дороге ни убитой, ни завербованной, ни превращённой в тефтель — это не труд. Это отпуск.
На обратном пути, в галерее, навстречу попался Кеонис — со стопкой деканских бумаг, вежливый, аккуратный, чуть бережнее обычного несущий самого себя. Он уступил дорогу первым и наклонил голову. Айра кивнула и прошла, глядя сквозь, как учили — как теперь учили их обоих.
Похожие книги на ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)", Павлов Вел
Павлов Вел читать все книги автора по порядку
Павлов Вел - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.