Но главное было сделано — сила бурлила в моей руке, готовая вырваться наружу в любую секунду, и глаз Они активирован.
Проверка выносливости. База: 3 (+1 выносливость, +5 жилы ангела, −3 ошейник). Бонус: −4 эпическое заклинание. Бросок: 4. Требование: 2. Успех.
Проверка восприятия. База: 16 (+5 виденье уязвимости, +3 элита, −3 ошейник, +4 восприятие, +4 эпическое заклинание, +2 магия Крови, +1 магия Души). Бонус: −13 (-4 эпик, −3 естественная броня, −3 ловкость, +1 легкое ранение, −4 выносливость). Бросок: 3. Требование: 3. Потрясающе!
— В сторону! — крикнул я, наводя заклинание.
Дважды повторять не пришлось, напарник резво ушел с линии огня. С помощью демонического артефакта даже в моем обрезанном интерфейсе показался наконец видимый кружок попадания. Чертовски здоровый и это учитывая значительное усиление восприятия. Но Вольха сделал мне одолжение, прыгнув вперед, и я, наконец, активировал плетение.
Хлопок от огненной вспышки, выплюнувшей вперед огонек, слился со щелчком пальцев, а тварь прямо в полете развернуло и отшвырнуло чуть в сторону. Большая часть ее левого бока была разорвана в клочья, и теперь было прекрасно видно, что это все-таки человек, пусть и очень сильно измененный морфизмом. По крайней мере, кишки и органы торчали наружу, как у совершенно обычного эльфа. Да и кровь зеленая шла.
— Как? — взревел Вольха, зажимая рану, — как это возможно? Что за хрен?
— Поигрались и хватит, — усмехнулся я, — пора отправляться на тот свет.
— Почему нет, — оскалился оборотень, движение его было слишком быстрым и смазанным, так что единственное, что я успел сделать — это прикрыться обеими руками. Но враг и не думал атаковать. Вместо этого он поднес ко рту стеклянный пузырек, без донышка. Поняв, что в сосуде пусто, наверное, разбился во время драки, Вольха начал шарить по карманам. И когда достал еще один полностью черный, я понял, что сделать ничего не успеваю. Подхватив с пола меч, я бросился вперед, но огромная стальная булава меня опередила. Хруст ломаемой кости слился с протяжным выдохом, и, оглянувшись, я увидел Илью. Настоящего.
— Так, — пробормотал я, оглядываясь, — либо меня неплохо приложили по голове, либо в глазах двоится, либо ты настоящий. Очень на последнее надеюсь.
— Да, брат, — серьезно согласился воевода, входя в спальню, — теперь я вижу, что и ты настоящий. А это, что за тварь?
— Оно тобой притворялось, — прохрипел Владимир с кровати, Илья откинул полог, и я понял, что обвинять правителя в трусости или малодушии не стоило. На князе буквально живого места не было. — И судя, по всему, Добрыней тоже. Свяжи его да допроси с пристрастием.
— Понятно, — кивнул богатырь, — каких только мороков враги на нас не насылают. Теперь еще и это, — ловкими движениями он завернул руки противника за спину, а потом, не долго думая, оторвал от кровати кованую завитушку и загнул ее на запястьях Вольхи вместо кандалов или веревки, — некогда мне разговоры разговаривать. Бежать надо, князь. Враги совсем близко. Внешнюю стену уже пробили. Дружина вся во внутреннем дворе сражается.
— Бежать? — усмехнулся Гавр, перевязывая поврежденную кисть лоскутом из балдахина.
— Да, — настаивал Илья, — жизнь князя первостепенна. Потом под его знамена можно будет и ополчение собрать…
— Это все понятно, да только зачем? — острозубо улыбнулся король на все руки. — Ежель ваш враг не знает, как выглядит его собственный лазутчик, — он кивнул в сторону поверженного оборотня. — То почему бы тому, в кого он превращался, не добраться до лидера противника и не покончить со всем этим бедламом одним ударом? Так сказать — клин клином вышибить.
— А ты соображаешь, хрен голубоглазый! — сквозь боль улыбнулся Владимир. — С короной и наложницами перетопчешься, а вот скакуна я тебе дарую. За спасение.
— Превелико благодарен…
— Я дружину не оставлю, — твердо сказал богатырь и посмотрел на меня.
А следом ко мне повернулись просветлевший лицом князь и ухмыляющийся Гавр.
— Ну нет… Вашу мать! Нет!
Глава 34
— Мне нужно, по крайней мере, несколько часов, чтобы восстановить силы! Да и заклятье я только что использовал.
— Больше получаса мы не продержимся, — с сожалением вздохнул Илья, — зелья, настойки мази, оружие. Бери все что нужно.
— Он уже и так взял, — слабо усмехнулся Владимир. — Не так ли? Я прекрасно помню этот меч, он был в сокровищнице.
— У вас там крысы завелись, — пожал я плечами, прислонившись спиной к стене, — считайте, что просто взял мзду за устранение грызунов. А то они вынести могли куда больше.
— Выверни карманы, сними пояс, а все остальное можешь оставить себе, — строго сказал князь, — мне еще город восстанавливать. А взамен станешь моим воеводой.
— Вот счастье-то привалило, спасибо. И на кой черт мне это надо? Я и так корячусь, как могу, а если еще и на тебя работать. Нет уж, извинения прошу. Я вольная птица, даже несмотря на ошейник. И кстати о птичках, жар-птиц я нашел и перебил. Некоторых взял в плен. Так что пожалуй вещи из сокровищницы себе оставлю.
— Зря ты так, — сказал Илья, выглядывая из узкого окна, бойницы, — должность воеводы это не только почет, но и возможности. Власть.
— Предпочту свободу. А если власть понадобится, то просто возьму ее силой. Тут земель без правителя полным полно. Сейчас вот место князя Полоцка освободится… А если бы мы не подоспели, то и на троне Новыша свободно было.
— Пожалуй, с такими замашками ко мне в гости даже не просись, — хмыкнул Гавр. — Кстати, ни у кого совершенно случайно не завалялось зелья исцеления, которое поможет мне пару пальцев отрастить?
— Не знаю, из какой ты земли, — сказал с хмурым пренебрежением Илья, — но у нас тут сказок не бывает. Рану затянуть еще может быть. Но так, чтобы целые пальцы… еще скажи руки и ноги. Если вы твердо решили идти на врага, то я пойду оборону держать.
— Нельзя, — вовремя остановил я уже стоящего на пороге богатыря, — пусть мне ваша идея ни черта не нравится, но именно под твоей личиной этот гад намеревался Владимира прикончить. А значит, тебя живым видеть не должны. Да и этого, — кивнул я в сторону валяющегося на полу Вольха, — стоило бы прикончить.
— Нет, в начале допросить, — отрезал слабым, но твердым голосом князь, — я должен знать, кто на нас такую напасть наслал.
— Надеюсь, если он будет врать про то, что это все богатыри и Святогор, ты на это не поведешься? — с ухмылкой спросил я у правителя, опрокидывая второй бутылек со здоровьем. Если бы не так вовремя устроенный Гавром перекус — организм уже ждало бы полное истощение. Так что нужно отдать должное опытному вояке. — И еще кое-что, переться в стан противника в одиночку я не собираюсь. Раз ты это предложил, то тебе со мной и идти.
— Ладно, прогуляемся, — он зубами сорвал пробку и жадно выпил содержимое. — Фу, гадость какая! Мочой, что ли, её разбавляете?
— Сам просил, — напомнил я ему.
— Это правильно, — кивнул Илья, — одному тебе сейчас идти не стоит. Но и на счет вражины… Они всех моих доносчиков еще вчера перебили. Где их князь, я понятия не имею. Ставка то вон она, невооруженным взглядом видна. Да только шатров там многовато. В каком именно правитель, не угадаешь.
— В третьем с правого края, что дальше от нас, — с кислой миной заявил Гавр прихлёбывающий следующее зелье. — Чего уставились? Святогор мне подсказывает. Ну, и не только он… Как вы здесь вообще без интерфейса живете, ума не приложу. Каменный век…
— Они просто недостаточно сильно верят в нашего бога. Вот он их еще и не благословил, — заметил я, чувствуя, как раны покрываются тонкой корочкой. Эссенция, выжатая из трав и поглощенная мной, связывала разодранные ткани. Мелкие царапины просто стягивались, глубокие или рваные — заполнялись густым желеобразным веществом. — Если только он посчитает их достойными, тогда…
— Как у вас все сложно, — хмыкнул самоназванный король, — нет, чтобы с рождения принять интерфейс и не мучиться. — С этими словами он начал разматывать пропитанную кровью тряпку, и я с удивлением увидел, что на месте отрубленных пальцев появились небольшие бугорки.
