Вечером того же дня, опять же на малоизвестном канале, прошло короткое сообщение с составом помогающих совету персон. И все дружно присели на хвосты. Кое-кого узнали сразу, еще в первый день, но часть оставалась малоизвестной, пока кто-то очень заботливая не вывернула шкурку наружу. Все поголовно помогающие оказались связаны с богатейшими семьями Галаданы, причем за этими семьями закрепилась слава почитателей банков центральных систем.
Утром вышла новость уже по основным каналам, что не все матриархи белые и пушистые, Эрмискаре вообще стали приписывать чуть ли не постройку заводов в других системах за счет денег Галаданы. Добрались даже до матриарха Ургоны, мол, слишком уж быстро научные разработки колонии оказывались в распоряжении всех систем Империи.
Еще и кто-то выбросил в сеть чуть ли не полный список имперок на Галадане, с адресами и именами. И не важно, что некоторые из них живут на планете лет по двадцать и больше. Отдельно прошлись катком по всем начинаниям матриарха Низери, припомнили и потерю колонии на М-7.
Вечером по всем каналам показывали только детские мультики. Связь со столицей пропала до утра, к обеду скучный выпуск новостей, словно нигде ничего не происходит.
Следующий вечер, наконец, принес то, чего так долго ждала Лориэль. Очередная «полномочный представитель» выступила перед камерами и объявила, что начинаются масштабные проверки по деятельности «преуспевающего мастера Лориэль». Что такое «преуспевающая» и как это вообще относится к самой Лориэль, что за проверки и по какой деятельности девица не ответила, на все вопросы отвечала строго:
— Мы во всем разберемся с особой тщательностью!
Через две минуты позвонила Искра:
— Иви, это чего за хуйня была? Я ни слова не поняла!
— Они меня посадят, — спокойно ответила Лориэль, выходя из дома.
— То есть, прям вот так посадят?! Они там в конец еб… ой! А ты одна?
— Да.
— За тобой прилететь? Помощь какая нужна?
— Я все продумала.
— Так… Ладно… — прорычала Искра.
— Только не выдумывай ничего.
— А чего, на хвосте сидеть? Нет уж. Береги себя. И оставь мой номер кому-нибудь, чтобы могли связаться в любой момент. И сама не молчи, да?
— Прорвемся.
— Давайте только без героических смертей, мастер, хорошо? Мы еще не всех моих внучек обмыли!
А на следующий день перед домом остановилась машина. Лориэль даже опешила. Юриэль спокойно выгружала чемоданы.
— Очень рада видеть! — сказала Лориэль.
— Ты же не будешь против, если я тут поживу какое-то время?
— Вовсе нет. А «какое-то» это сколько?
— Пока с тебя все обвинения не снимут.
Дети очень обрадовались доброй тетеньке, тем более им привезли вкусных подарков. Матушка была рада еще больше, она по отношению к Юриэль испытывала очень теплые чувства и безумно уважала за светлую голову. Вернее, она так говорила. На самом деле матушка радовалась, что в доме появился хоть кто-то способный повлиять на Лориэль.
— Профессор рвет и мечет. Говорит, с твоим арестом начнется крах Галаданы, а уж если тебя посмеют осудить — слов просто нет! — Юриэль покачала головой.
Вечерком они устроились на заднем дворе, чтобы посоветоваться.
— Если захотят — найдут повод, — сказала Лориэль.
— Тут мало захотеть. Ты сейчас что-то вроде яркого боевого знамени, все захотят тебя перетащить на свою сторону, — Юри закатила глазки. — Другие постараются закопать поглубже, чтобы ты не досталась другим. С одной стороны это плохо, а с другой гарантия, что с тобой ничего не случится. Ты им важна как живой пример.
— Очень боюсь, что они начнут на вас всех отыгрываться.
— Тут не беспокойся. Гадостей может и наделают, но мы выправим. Фили и Жанни я уже сказала, чтобы сразу домой, если чего.
— А чего это ты моими девками командуешь? — Лориэль толкнула Юри в бок.
— Потому что я не их большая мать и от меня они помощь примут без обид. Да, кстати про обиды. Твою чудную мордашку не перекосит, если помощь придет… ну, скажем так, из неожиданного места?
— Ты же знаешь, как я не люблю загадки.
— Я сейчас говорю про центральные системы. И это уже факт. Повлиять на профессора я уже не могу.
— Погоди! Причем тут Гамодара?!
— Я точно знаю, что она отправила сообщение в имперский ученый совет. А там плюс-минус сотни три таких же… профессоров.
— И чего за сообщение, позволю себе поинтересоваться?
— Понятия не имею. «Юри, окажите максимальное содействие мастеру, пока я со всем разберусь!».
— Она, надеюсь, понимает, что Галадана будет не слишком рада империи?
Юриэль сложила ладошки и посмотрела на Лориэль. Напустив на лицо строгое выражение, она тихо сказала:
— А вот тут, уважаемый мастер, и вступаете в дело вы. Обсудим наше будущее.
— Юри, ты хоть понимаешь, куда вы с профессором лезете?
— Моя дорогая и милая Лориэль! — Юриэль очаровательно улыбнулась. — Это наш огромный плюс. Все недооценивают профессора Гамодару.
Еще больше недооценили новую начальницу оперативной службы завода. Имя у нее было странным, Буарсома. Похоже, ее матушка, не зная, как назвать дочь, собрала имя из нескольких и поучилось что-то непереводимое на язык праматерей. Сама же Буарсома была такой же непереводимой. Проверяющие столкнулись с ее непрошибаемой тупостью сразу.
— Не положено! — орала Буарсома, когда ей подсовывали очередной документ.
— Почему?! Что на этот раз?! — возмущались проверяющие.
— Вот тут печать должна быть!
Ставили печать, приносили. Не хватало запятой. Или точки. Или слова. Кричать на опершу было бесполезно, она только надувала щеки, выпучивала глаза и еще громче кричала:
— Не положено!
Лориэль даже вызвали в оперативную службу, где проверяющие с горой документов на руках просили посодействовать.
— Вы хотите, чтобы я уговорила сотрудницу при исполнении нарушить протокол?! — удивлялась Лориэль, едва скрывая улыбку.
— Ни в коем случае, но может…
— Не положено! — донеслось из кабинета.
Все архивы завода оказались под надежной защитой. На планете не было силы, способной сдвинуть с места начальницу отдела. Проверяющие просто не рассчитывали увидеть на документах маленькую строку, которую все это время от них старательно прятала предыдущая начальница оперативной службы. Получить на руки документы, в которых присутствует маленькая строка «Допуск разрешается только с разрешения имперского совета по науке» никто со стороны не мог. Заводские разводили руками — у кого есть допуск, те еще при Симарре подписали все документы о неразглашении.
— Не положено! — так и доносилось из кабинета каждый раз, пока комиссия, так и не найдя никаких нарушений, убралась с завода.
— Они этого так просто не оставят, — сказала хозяйка Фондара на собрании в своем кабинете. — Имперские миллиарды притягивают.
— Так нам же бояться нечего, — Зара устало потерла лоб.
— Получив допуск, они смогут заблокировать счета с имперскими деньгами. Им это нужнее, чем правда в наших отчетах, — сказала Лориэль.
— Ну, Лори… — Зара вздохнула. — Значит, теперь возьмутся за тебя.
— Поживем — увидим.
— Они же тебе с военной статьей все допуски похерят! — Зара зло фыркнула. — Уродки…
Вечером на коммуникатор позвонила дознавательница. Вежливая, спокойная. Попросила послезавтра прибыть для разговора в управление военных примарил.
— Я так понимаю, что из управления уже не выйду? — спросила Лориэль.
— Постановление на руках, мастер. Подписано старшим судебным исполнителем, все официально. Выслала вам.
— Ясно. Благодарю.
В час ночи дома заорал вдруг терминал, Лориэль поспешила спуститься вниз, хотя было поздно, почти все проснулись. Только Вера с малышней крепко спали.
Мастер Тиранэль была зла на весь свет:
— Лори, ты куда пропала?! Ни с кем связаться не могу!
— Тоже самое, мастер. Ни с кем.
— Мне тут баб пришлось тормошить, чтобы по спецсвязи найти тебя хоть на пару минут. Вообще не понимаю, какого хера происходит!
