«Например, силу паутины и силу тумана?»
«Не только. Мы не знаем природы вашей силы. То, чего не понимаешь, иногда внушает страх. А в тот ужасный период, когда тут воцарилась смута, люди в полной мере проявили то дурное, что в них было. Я не солгала, сказав, что нас отпугнули ваши пороки, но… Это действительно была не единственная причина. Дело не в том, что мы испугались вашего превосходства, просто... Не зная природы вашей силы, мы стали бояться наделять вас своей. Иная из6раниица, соединив свою собственную силу с магией паутины, обретала огромное могущество. Она не всегда использовала его разумно, а её аранха далеко не всегда могла её остановить…»
«То есть из6ранница попросту выходила из повиновения».
«Мы не требуем повиновения. Но мы хотим быть в согласии со своими избранниками. Вы, люди, часто действуете, напрочь отметая доводы разума. Иногда мы вообще не можем понять, чем вы руководствуетесь».
«Не можете или не хотите?»
«Нам это трудно, – помолчав, призналась Фиола. – В какой-то момент мы устали от людей и отвернулись. Теперь я пытаюсь понять тебя, дитя человека, и, хотя ты меня раздражаешь, ты мне интересна. Вы, люди, очень загадочные существа. Вы все очень разные. Мы, аранхи, гораздо больше походим друг на друга. Среди нас тоже есть более сильные и более слабые, но сила каждой из нас остаётся почти неизменной в течение всей жизни, просто у некоторых из-за бесплодия развивается пророческий дар. Вы в гораздо большей степени способны совершенствоваться. Прикасаясь к твоему сознанию, я чувствую: ты можешь больше, чем те6е кажется».
«Без вашей помощи я не смогла бы даже защититься от Маттар…»
«Ты была слишком усталой. Ты многое можешь и без нашей помощи. Да, ты избранница своей аранхи и многим ей обязана, но по сути она лишь разбудила дремлющую в тебе силу. Вы, люди, учитесь магии так же, как учитесь ходить. Сначала ребёнка поддерживают, водят за руку. Потом он начинает шагать самостоятельно. Сперва медленно и неуверенно, потом всё быстрей и быстрей. Проходит немного времени – и он уже бегает. 3а тобой уже не угонишься, дитя человека. Ты гораздо сильней, чем тебе кажется».
Гвен раздобыл Ариэне ветку арилла, и она спрятала её в надёжном месте. Теперь, когда обстановка всё больше и больше накалялась, она уже всерьёз подумывала о побеге, но она знала, что не сможет воспользоваться ариллом так, как тогда в лесном посёлке. Она не успеет напустить здесь столько тумана, чтобы заволокло весь Сад. 3а ней следили. Ей даже не позволяли завешивать окна. Заметив в её комнате туман, охранники тут же к ней ворвутся. В отличие от жителей лесного посёлка эти воины знают, что от неё можно ждать всего. Они не растеряются. Люди Галиана могут сразу же её убить, а потом скажут, что колдунья вызывала демонов тумана и оставалось лишь одно – обезвредить её пока не поздно. Если бы её охрана состояла только из таких, как Гвен!
Когда Ариэну привели в Судебную Палату второй раз, она оцепенела от изумления. На помосте для свидетелей стояли Соин, Тирин и Нисса. Тирин угрюмо смотрел в пол, его подруга походила на затравленного зверька, который не знает, куда бежать, зато Соин был преисполнен такого достоинства, что, казалось, сейчас лопнет. В какой-нибудь другой ситуации его напыщенный вид насмешил бы Ариэну, но сейчас ей было не до смеха. Она поняла, в чём дело, ещё до того, как судья обратился к собравшимся.
Не далее, как позавчера, законопослушный гражданин Соин, сын Тамена, явился в коллегию судей, чтобы внести ясность в одну историю двухлетней давности. В Ур-Маттape до сих пор вспоминали, как богиня неожиданно впала в ярость и едва не 6росилась на посетителей Пещерного Храма. Естественно, Соина пригласили на заседание открытого суда. А заодно заставили явиться Ниссу и Тирина, на которых он указал, как на свидетелей.
– Я ещё тогда догадывался, кто стал причиной гнева Маттар, – сказал Соин, когда ему дали слово. – Но я не был уверен. Теперь же, после того, что мы узнали об этой девушке, всякие сомнения отпадают. Мои друзья могут подтвердить мои слова.
«Друзья» однако, не спешили ничего подтверждать. Тирин, глядя себе под ноги, бормотал, что ни в чём не уверен, а Нисса просто расплакалась. Ариэне было их очень жалко. И ещё она не могла понять, почему Соин так поступил. Да, она не понравилась ему с самого начала. Так же, как и он ей. Но разве это причина, чтобы желать человеку смерти?
– Тирин, сын Матэна, и Нисса, дочь Амилара, – снова обратился к свидетелям судья Аттэй, – подтверждаете ли вы, что 6огиня была разгневана присутствием в её храме этой девушки?
– Ваше молчание наводит на определённые подозрения, – заговорил судья, так и не дождавшись ответа. – Возможно, Маттар почувствовала зло, исходящее от вас. Возможно, не Ариэна, дочь Астарана, а кто-то из вас двоих стал причиной гнева богини…
– Нет! – закричала Нисса. – Нет, господин! Этого не может быть! Мы всегда чтили Маттар. И я, и Тирин.
– Моя невеста точно ни при чём, – побледнев, как полотно, сказал Тирин. – Тут можно подозревать кого угодно, только не её.
– Наверное, подозревать можно любого из вас.
– Господин, там были ещё двое, – робко возразил Тирин. – В этой шестёрке посетителей была ещё пожилая пара, которую я совершенно не запомнил. Я не знаю, на кого разгневалась Маттар. Мне ли судить о том, почему богиня ведёт себя так или иначе?
– Богиню могло разгневать лишь присутствие того, кто служит силам зла, – промолвил судья. – Придётся вам всем пройти проверку. Каждый из вас будет отведён в рощу Маттар и предстанет перед богиней. Она всех видит насквозь – и злодеев, и тех, кто их покрывает, потворствуя злу.
Нисса разрыдалась ещё сильней. Этот проклятый судья хорошо знал своё дело. Кто посмеет сказать, что он запугивает свидетелей? Он всего лишь предлагает им предстать перед богиней – мудрой и справедливой. А тому, кто ни в чём не виноват, и бояться нечего.
– Оставьте их в покое! – крикнула Ариэна. – Богине не за что на них гневаться. Эти двое – не колдуны, не злоумышленники и не предатели.
Сделав упор на последнем слове, она посмотрела на Соина долгим презрительным взглядом. Как ни странно, этот подлый ублюдок всё же не разучился краснеть.
– Конечно, богиня разгневалась на меня…
– Я показала ей язык, – добавила Ариэна после небольшой паузы.
В зале раздались смешки, и судья, нахмурившись, постучал молотком по медному диску.
– А девчонка неплохо держится, – донеслось до Ариэны.
Она заметила, что кое-кто из присутствующих поглядывает на неё с явным одо6рением.
– Я не понимаю, зачем снова вытащили на свет эту историю, – сказал глава Цеха Ювелиров Сандамин. – Все недавно видели, как Маттар пощадила эту девушку…
– Пощадила или не пожелала пачкаться о слугу Гиамары – это ещё вопрос, – возразил аранхит Афелен. – Толкователи говорят, что 6огиня в гневе. Вспомните, два года назад, когда эта девушка появилась в Ур-Маттаре, в городе появился и железный демон. Это 6ыло вскоре после того, как богиня впала в ярость, увидев её в своём храме. Слишком много странных совпадений. Она, даже будучи пленницей, умудряется баламутить народ…
– Она ещё почти ре6ёнок! – крикнул кто-то. – Неужели зрелые мужи боятся какой-то девчонки? Да не проще ли отослать её обратно в ту дыру, откуда она приехала?
– Совет Ур-Дамея и слышать об этом не хочет, – подал голос аранхит Каллан, глава коллегии учредителей. – Там считают, что эта девушка принесла им уже достаточно бед. Дитя она только с виду. Демон может вселиться в кого угодно, и они часто вселяются в тех, кто способен ввести в заблуждение своим невинным видом. В родном уре её давно уже боятся. Особенно после того, как её похитил марулл. Разве тот, кого похитил демон смерти, может вернуться человеком?
– Но она прошла проверку! У неё живая кровь.
Ариэна искала глазами Махона и Дельвара, но их в зале не было. Потом она узнала, почему. А пока ей хотелось, чтобы это представление поскорее закончилось. От громких споров, которые продолжались больше двух часов, у неё разболелась голова.
