– Надеюсь, тебе здесь понравится, – сказал Хэмонд, когда мы остались в комнате одни. – Это были покои моей матери. После её смерти здесь никто не жил.
Я была тронута этим жестом – предложить мне комнаты, которые когда-то принадлежали его матери, было проявлением особого доверия.
– Здесь очень красиво, – искренне ответила я. – Спасибо, что выбрал для меня эти покои.
Хэмонд посмотрел на меня долгим взглядом, в котором читалось что-то большее, чем простая вежливость или даже дружеское расположение.
– Я хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома, Элизабет, – тихо сказал он. – Это теперь и твой дом тоже.
Комнаты моих дочерей, расположенные в восточном крыле, были не менее хороши. Лорен досталась спальня в синих и серебристых тонах, со встроенным оружейным шкафом – деталь, которую она оценила по достоинству. Амели обосновалась в комнате, оформленной в зелёных тонах, с отдельным кабинетом, где она могла заниматься своими алхимическими экспериментами.
После осмотра дома мы собрались на обед в столовой. Стол, накрытый на шестерых (Говард присоединился к нам по настоянию Хэмонда), ломился от блюд: тушёный фазан с яблоками, запечённая форель, множество овощных блюд и свежая выпечка. Вино – лёгкое белое из виноградников южных провинций – прекрасно дополняло трапезу.
– Я распорядился пригласить портниху на завтра, – сообщил Хэмонд, когда с основными блюдами было покончено, и слуги подали десерт – фруктовый пирог с ванильным кремом. – Она одна из лучших в столице, работает на многих придворных дам. Нам понадобятся новые наряды для выхода в свет, особенно для приёма в честь Осеннего Равноденствия.
– Прекрасная идея, – кивнула я. – Наши гардеробы требуют обновления.
– А я бы хотела сегодня прогуляться по городу, – неожиданно заявила Амели. – Я совсем не устала с дороги, а день ещё только в разгаре. Было бы жаль провести его взаперти, когда вокруг столько интересного.
– Полностью поддерживаю, – подхватила Лорен, отправляя в рот кусочек пирога. – Столица Сольтерры! Я столько о ней слышала. Хочу увидеть хотя бы главную площадь и знаменитые сады.
Я обеспокоенно покачала головой:
– Не уверена, что это хорошая идея. Мы только прибыли, совсем не знаем города…
– Я мог бы сопроводить лейн, – неожиданно предложил Роберт, который до этого почти не участвовал в общем разговоре. – Я хорошо знаю столицу и могу показать им наиболее интересные места.
Это предложение застало меня врасплох. Роберт, который ещё недавно с таким скепсисом относился к нам с дочерьми, теперь сам вызывался стать их проводником по столице?
– Это было бы замечательно! – обрадовалась Амели, сияя улыбкой. – Не правда ли, Лорен?
Моя старшая дочь выглядела менее воодушевлённой перспективой провести время в обществе Роберта, но и она кивнула:
– Если лейр Роберт не против потратить своё время на экскурсию для нас…
– Будет только приятно разделить ваше изумление видами нашей прекрасной столицы, – ответил Роберт с учтивой полуулыбкой.
Я всё ещё колебалась, но Хэмонд положил свою руку на мою и мягко сказал:
– Ничего страшного не произойдёт, если они немного прогуляются. Роберт действительно хорошо знает город, а улицы сейчас полны народа – в праздничные дни столица никогда не спит.
– Я тоже пойду с ними, – вдруг произнёс Говард, отрываясь от своей тарелки. – Прослежу за лейнами, если позволите.
Это предложение несколько успокоило меня. Говарду я доверяла безоговорочно – старый капитан был предан нашей семье и обладал острым глазом, замечая опасность задолго до того, как она становилась очевидной.
– Ну хорошо, – наконец сдалась я. – Но будьте осторожны и вернитесь до наступления темноты. Городские улицы могут быть опасны даже в праздничные дни.
– Обещаем! – хором ответили мои дочери, и я не могла не улыбнуться их воодушевлению.
После обеда Лорен и Амели отправились переодеваться для прогулки, а Роберт и Говард ушли проверить лошадей и отдать распоряжения касательно предстоящей экскурсии. Мы с Хэмондом остались в столовой вдвоём.
– Не волнуйся так, – мягко сказал он, заметив мой обеспокоенный взгляд, устремлённый вслед уходящим дочерям. – Роберт, несмотря на свою иногда колючую манеру, очень ответственный молодой человек. Он не допустит, чтобы с твоими дочерьми случилось что-то плохое.
– Я знаю, – вздохнула я. – Просто ты еще плохо знаешь моих дочерей, а здесь в новом, незнакомом месте…
– Понимаю, – кивнул Хэмонд. – Но поверь, Роберт действительно хорошо знает столицу. Он служил в королевской гвардии несколько лет и изучил здесь каждый закоулок. К тому же, с Говардом, который, как я успел заметить, является выдающимся воином, твоим дочерям ничего не угрожает.
– Ты прав. Нужно просто… перестать вести себя как наседка. Лорен и Амели уже не дети, они взрослые девушки, способные постоять за себя.
– Именно так, – Хэмонд улыбнулся в ответ. – А теперь, пока они готовятся к прогулке, я хотел бы показать тебе ещё кое-что. Пойдём?
Он повёл меня обратно в библиотеку, где в дальнем углу, за высоким книжным шкафом, обнаружилась неприметная дверь.
– Тайный ход? – улыбнулась я, вспомнив все те романтические истории, которые читала в юности.
– Не совсем, – с лёгким смешком ответил Хэмонд. – Просто небольшая личная комната, которую мой дед оборудовал для своих… особых интересов.
Он отпер дверь старинным ключом и распахнул её передо мной. Внутри оказалась небольшая, но уютная комната с круглым столом посередине и несколькими креслами вокруг него. Стены были увешаны морскими картами и изображениями кораблей разных эпох. В застеклённых шкафах хранились модели парусников, выполненные с удивительной тщательностью, а на полках стояли навигационные приборы, компасы и секстанты.
– Мой дед был страстным поклонником морских путешествий, – пояснил Хэмонд, проследив за моим удивлённым взглядом. – Сам он никогда не был моряком – фамильное дело не оставляло времени для длительных морских экспедиций. Но он коллекционировал всё, что связано с морем, и часто проводил здесь вечера в обществе старых капитанов, слушая их истории.
– Как интересно, – я подошла ближе к одной из витрин, разглядывая изящную модель трёхмачтового фрегата. – И ты унаследовал эту страсть?
– В некоторой степени, – кивнул Хэмонд. – Я люблю море и путешествия, хотя моя страсть к торговле, пожалуй, сильнее. Но эта комната… она всегда была для меня особенным местом. Здесь я чувствую связь с предками, с историей нашего рода.
Я понимающе кивнула. В Лавении у моей семьи тоже были такие особенные места – комнаты или уголки замка, хранившие память о прошлых поколениях, их страстях и увлечениях.
– Спасибо, что показал мне это, – искренне сказала я. – Такие личные, семейные места много говорят о людях, которые их создали.
Хэмонд улыбнулся, и в его глазах промелькнуло что-то тёплое, почти нежное.
– Я хочу, чтобы ты знала все уголки этого дома, – сказал он тихо. – Все его секреты и истории. Чтобы ты действительно почувствовала его своим.
Мы вернулись в библиотеку, аккуратно закрыв за собой потайную дверь, и продолжили осмотр дома. К тому времени, как мы закончили экскурсию, Лорен и Амели, переодевшиеся в более простые, но элегантные наряды для городской прогулки, уже ждали нас в холле вместе с Робертом и Говардом.
– Мы готовы, – объявила Амели, чьи глаза сияли от предвкушения. – Лейр Роберт обещал показать нам главную площадь, храм Воздержания и, если успеем, ботанический сад.
– Только будьте осторожны, – напутствовала я их. – И помните: вернуться до темноты.
– Не волнуйтесь, госпожа, – заверил меня Говард, едва заметно поклонившись. – Я прослежу, чтобы с девочками ничего не случилось.
Глава 9
Когда они ушли, в доме вдруг стало непривычно тихо. Я поймала себя на мысли, что уже привыкла к постоянному присутствию дочерей рядом, к их голосам и смеху, наполняющим пространство вокруг.
