— Не снижать ход! Полный вперёд! — проорал, чувствуя волну адреналина. Мы были совсем близко.
Вновь прозвучали выстрелы. Но теперь уже высокая надстройка защитила моих парней. Весь ущерб принял на себя корабль. А ещё одного залпа гремлины сделать не успевали. Я не намерен был им позволить.
— Ну что, народ, покажем богам как дерутся настоящие воины? — проорал я, получив вой одобрения.
По жилам прошлась волна невероятной мощи от активированного «Всплеска силы», а затем я взял разбег, оттолкнулся от борта. В сознании вскипел адреналин. Время словно бы замедлилось, позволяя растянуть миг, разглядеть вражеское судно в точности. Я отметил словно бы застывшие фигуры тёмных рыцарей, ведьм, укутанных в переливающиеся магией ткани. Палуба была полна готовых драться врагов. Что же, я был этому только рад.
Минуло мгновение, и вот уже моя туша обрушилась на судно неприятелей, вместе с ударной волной. «Топот» произвёл настоящее опустошение. Каракку словно подбросило в небо, вместе с экипажем. Так что враги повалились плашмя. У «Аламара» не было слабаков. Его бойцы тут же зашевелились, поднимаясь, но на краткий миг, на несколько мгновений, они стали беззащитны. И мы этим воспользовались.
Я услышал шум крыльев, краем зрения увидел, как следом прыгнули мои бойцы. Но не стал отвлекаться на других, а дал волю инстинктам и весёлому безумию. Секира замелькала в моих руках.
Удар и лезвие прошивало сталь доспехов, рассекая грудь. Копыто обрушилось на тело, припечатывая ещё живого врага к палубе, позволяя оружию обрести свободу, а крови бурным поток пролиться из раны. Но я этого уже не вижу, взмахивая секирой вновь, снося голову рыцаря. Лёгкий, почти небрежный тычок и изломанное тело ведьмы отлетает в сторону. Широкий взмах и ещё одна чародейка распадается на две половины. Кровь из её тела обагряет стоявших позади.
Рядом когтями впились в плоть гарпии. Хускарлы, анубы, эйнхерии шли, точно зубья пилы, вгрызаясь в неприятелей. За мгновения на доски палубы пролились реки крови. Но время прошло, и враг пришёл в себя. Новый удар секиры встретил на своём пути щит. Не то чтобы это спасло рыцаря. Пинок копытом заставил его пошатнуться, открывшись, а там и рухнуть с пробитой головой. Но этот случай стал одним из многих моментом вспыхнувшего сопротивления. Воины Аламара поднялись на ноги и дали бой. Причём такой, что сразу заставили считаться с собой. Я заметил, как мёртвым рухнул хускарл, как получили раны хирдманыи тут же решил переменить тактику.
— Строй! Создать строй! — рявкнул во всю мощь глотки.
И одновременно с этим создал ментальный канал связи с Кирель, запрашивая огоньку. И тот не заставил себя ждать. Едва мои бойцы смогли уплотнить порядки, на бешеный натиск врага ответив крепостью строя, как позади показалась огненная птица. Даже со своего места я почувствовал дуновение теплого воздуха. Неприятели, опомнившись, разразились криками паники, редкими заклинаниями, но это всё уже не помогло. Потому что феникс нанёс свой удар. С его крыльев сорвалась огненная волна, ударившая точно в порядки противника. Вой заживо горящих людей потряс воздух, даже я почувствовал обжигающее пекло и едкий запах гари. И воспользовался моментом в полной мере.
— Вперёд, сокрушим их! — рявкнул, устремляясь на прорыв.
В моё тело вонзилась сталь, по сознанию ударила боль, но эти чувства лишь подстегнули. Всей тушей я обрушился на порядки неприятеля, сбив первый ряд. А затем активировал «рассекающий удар».
Широкий взмах секиры рассёк и отбросил всех, кто был впереди. Порядки неприятеля дрогнули. В образовавшуюся прореху бросились мои воины, давя, сминая, расширяя брешь. Стрелы и заклинания эльфов ещё сильней склонили чашу весов. Однако именно в этот момент враг сделал свой ход.
В круговерти боя я не успел заметить, когда на корме вражеского судна показался высокий, закованный в тёмную броню воин. Но вот следующий его шаг пропустить уже просто не смог. А всё потому, что тёмный рыцарь схватил какую-то бочку и с диким звериным воем метнул её в сторону «Лани».
Сердце кольнуло дурное предчувствие, а уже через миг так и не остановленная бойка приземлилась на носовой надстройке и тут же взорвалась, выбросив в сторону ударную волну, пламя и град осколков.
В поле зрения запестрела россыпь сообщений о потерях, но оценить их я просто не успел. Потому что был наказан за отвлечение на поле боя. В моё горло вонзилось копьё, ещё один клинок вошёл в печень. Очки здоровье стремительно канули вниз. Всё, что я успел сделать, так это бросить под ноги сражавшимся горсть гранат.
…
Очнулся я на палубе «Лани», в одних трусах. И вот сразу понял, что дело запахло керосином. На это намекал явственный запах гари, палёной плоти, неистовые крики сражавшихся. Стоило же раскрыть глаза и подняться на копыта, как картина стала куда более понятной, но всё ещё не слишком хорошей.
«Лань», на которой я сделал точку возрождения, пребывала не в самом лучшем состоянии. Паруса и снасти чадили, стон дерева чётко подсказывал, что кораблю досталось очень сильно. Особенно большая разруха виделась на носу, а вернее том, что от него осталось. Если ранее там была надстройка, то теперь лишь ошмётки от неё, среди которых виднелись тела разной целостности.
Благо, мёртвыми и ранеными уже занимались. Я отметил суету феечек, эльфийских магов, анубов и волхвов. Было понятно, что пусть нам и досталось, но последствия этого исправлялись. Вот только вставал вопрос, на сколько ещё хватит сил моих «медиков»? Ведь поток раненых и мёртвых воинов не прекращался, стабильно приносимый с «Полей сражений». И к слову о них.
Сражения на вражеских судах по-прежнему кипели, но с разной степенью успешности. На той из каракк, что двигалась в хвосте, схватка явно склонялась в нашу сторону. Главным образом из-за того, что её брали на абордаж команда «Удачи» и «Селестии». Викинги и зверолюди давили с двух сторон, в то время как с третьей били фениксы и эльфийские маги на пегасах. Там неприятель был обречён. В то время как в сражении флагманов всё было уже не столь здорово. Уж не знаю, что происходило в те минуты, пока меня не было в этом мире, но продвинуться моим парням в битве всё никак не удавалось. Неприятель сражался с яростью обречённого, устилая палубу трупами,на удар отвечая ударом. И всего нескольких секунд наблюдения по карте мне оказалось достаточно чтобы понять — если не вмешаться, не внести переменную, все мои парни в той мясорубке и кончатся. Ну что же, такие задачи я как раз и любил.
Взяв с место в галоп, я уже на бегу подхватил бесхозную алебарду. Пробежался по искорёженным, смятым доскам, достиг того, что когда-то было баком, на миг замер, прикидывая путь. А затем подбежал к краю и что есть силы оттолкнулся.
Уж чего-чего, а дурной мощи во мне было много. Я пролетел метров шесть, не меньше, приземлившись именно там, где и хотел — на корму вражеского судна.
Там меня уже встретили и отнюдь не свои. Какой-то оруженосец бросился в бой, отведя меч для колющего удара. Но был встречен копытом в грудь. Отчего улетел метров на пять, врезавшись уже в противоположный борт. Он ещё попытался подняться, но оказался вбит в палубу алебардой. А затем ещё живое тело было подхвачено и брошено точно в толпу на нижней палубе.
Короткий ментальный приказ, и вот уже я прыгнул следом. Копыта опустились прямо на неудачливого рыцаря. И его товарищам это совсем не понравилось. Меня,не удержавшего равновесие, уже захотели насадить на мечи, но осуществить это желание врагам не удалось. Потому что именно в этот момент из моря выметнулся морской змей, тараном вонзившийся в толпу неприятелей. А вместе с ним на палубу выпрыгнули нереиды, тут же присоединившиеся к веселью.
— Зашибу! — заорал в приступе дикого веселья.
Моя лапища обхватила ногу одного из рыцарей, подняла охнувшее тело в воздух и тут же применила в деле. Взмах и облачённый в тяжелый доспех воин вонзился в ряды товарищей. Ещё один взмах и покрасневшее от крови тело расшвыривает сразу двоих. Третий и у меня в лапе внезапно остаётся только нога. Рядом слышался крик оруженосца, чью плоть разгрызал морской змей. Другие сбивались хвостом моего ручного чудища, насаживались на копья и когти нереид. Враг оказался зажат по центру судна, между двух бортов.
