Только успокоившись, я снова вскипел. Месячные, что ли, на подходе? Вроде нет…
Вызванная отельная горничная выслушала мою жалобу без тени удивления, вызвала ещё парочку горничных, втроём обмеряли меня везде, благо, хоть некоторые трусы мне всё же подошли, так что я бы не совсем голым. А потом уверили меня, что к утру следующего дня одежда подходящего размера будет меня ожидать.
Ну и ладно.
Когда они ушли, раздался телефонный звонок. Виолетта сняла трубку и стала слушать, время от времени вставляя «Да» или «Хорошо». Увидев меня рядом, зажала рукой микрофон и прошептала:
— Это представитель от двух родов спасённых.
— Чего хотят?
— Спрашивают, можем ли мы завтра утром встретиться, чтоб обсудить их благодарность нам?
Хм, благодарность? Благодарность — это хорошо!
— Назначай на обед! Мало ли, когда мне одежду привезут. Не в майке же на голый зад идти!
— Поняла. — вампирша кивнула, сняла руку с микрофона. — Конечно, мы обе не против. Давайте вместе пообедаем, выбор места за вами. Мы обязательно будем! Хорошо. Прекрасно! До встречи, херр Шмитт!
Положила трубку, глянула на меня.
— Предложил какой-то ресторан в городе, я такого не помню, так что не знаю, насколько приличный. Но вряд ли дыра. Сказал, что машина за нами заедет.
— Ну и отлично! — я повеселел. — Надо будет не завтракать, чтоб побольше съесть за обедом!
— Пф, Саша, сколько б ты ни съела, всё равно не вырастешь! Поздно уже!
— Да иди ты, Ви! А то сейчас кто-то договорится и останется без недельной порции вкусняшек! — я помахал рукой, в которую меня обычно кусала Виолетта.
— Так нечестно, Саша!
— А я мелкая, честность в меня не влезла, когда запихнуть пытались!
— Пффф… ха-ха-ха!
Утром горничные принесли одежду с обувью и, отводя глаза и сдерживая улыбки, сообщили, что другой подобной моего размера просто нет. Разве что на заказ шить, а это долго, не менее недели ждать. И сбежали.
Только рассмотрев, что они принесли, я понял их действия. Половина шмоток была их детского отдела магазина! Да, по размерам подходило, но на них аппликации были, вышивка и проклятые стразики! Ну и как мне на встречу с германцами идти, если я в джинсах с цветочками из стразиков, а на футболке розовые единороги и зелёные бегемотики⁈ Даже обувь оказалась такое же, босоножки без каблуков с камешками разных цветов, высокие кроссовки ядовитых розовых и зелёных цветов, полосатые шлёпки…
— Да чего ты переживаешь, Саша? — подошла ко мне Виолетта и погладила по голове, пока я с расстроенной миной смотрел на шмотки. — Всё очень красивое!
— Угу.
— Если тебе тринадцать лет! Ха-ха-ха!
— Смешно, да. Но что ты понимаешь в вещах тринадцатилетних, почти четырёхсотлетняя старушенция⁈
Теперь мы дулись друг на друга вдвоём.
Тем не менее, нам удалось подыскать более-менее подходящую одежду, которая не смотрелась слишком уж аляповато.
Ко времени, когда подошла машина, мы уже были полностью готовы. Виолетта была роскошна в чёрном платье и в чёрных же туфлях-лодочках. А вот мне пришлось чуть ли не под школьницу одеваться, что, правда, выглядело так естественно, что даже расстроило.
Приехавший шофёр и ухом не повёл, когда к нему сели красавица в платье и школьница в одежде с аппликациями и стразиками. Выскочил, галантно открыл двери для нас, а потом мягко довёз до нужного места.
— Как будем вести разговор? — спросила меня Виолетта, когда мы остановились на секунду перед входом.
— По обстоятельствам. –по-военному чётко обрисовал я. — Но в любом случае нам нужна безопасность. Оборотни не успокоятся, пока мы в Германской Империи, нам нужна какая-то защита от них. Начнём торговаться с четырёх Грандмагов, но меньше двух не соглашаемся! Пусть они сопровождают нас, пока мы тут.
— А ты хочешь ещё остаться?
— Конечно! — я удивленно посмотрел на вампиршу. — Граф тот мёртв, но у меня есть кое какие мысли на его счёт. Надо ещё раз посетить его замок, чтоб убедиться в правильности моих предположений.
— Хорошо. Идём, малышка. — Виолетта хмыкнула, посмотрев на меня сверху вниз.
— Ага, пошли, дылда!
Глава 16
Херр Шмитт оказался высоким квадратным мужчиной лет шестидесяти на вид. Он напоминал какого-то актёра, что часто мелькал в сериалах про заокеанских полицейских: ноги тонкие, но торс широкий и пузатый, а руки мощные, как ноги нормальных людей, но короткие. Лысая круглая голова с длинным носом дополняла образ.
При нашем с Виолеттой появлении он поднялся на ноги, неспешно так, без суеты, и расплылся в фальшивой улыбке.
— Фрау Блютигахюгель! Рад вас видеть! Много о вас слышал! — он осмотрел Виолетту с ног до головы, увиденное ему явно понравилось. — Ох, вы пришли с вашей… дочкой? Я не знал, что у вас есть дети.
Сейчас я ему втащу! Оторву его лысую голову и пойду ею играть в боулинг!
— Это… пфы… не дочка. — даже в лёгких сумерках ресторана было видно, что Виолетта покраснела от сдерживаемого смеха. — Моя госпожа — благородная Александра Меншикова.
— Ох, прошу прощения, фройляйн! Я был введён в заблуждение вашей… ммм… вашим молодёжным стилем одежды! — на секунду сделав изменяющееся лицо, Шмитт снова заулыбался.
— Я понимаю, херр Шмитт. — мне очень хотелось спросить «Можно вас называть просто „херр“?», но я сдержался. — Рада нашему знакомству!
— И я, и я. Присаживайтесь, прошу!
Мы чинно расселись за столом, я сразу же взял меню. И уставился в него, как баран на азбуку. Ничего не понятно! Названы вроде по-немецки, так что прочитать я могу, но что такое «Волчий хвост натюрель»? Это вообще как? Настоящий волчий хвост? Или от оборотня? Или это просто куриный хребет с волосами от морковки соломкой, а называется хвостом для антуража?
Так я сидел минут пять, пялясь в меню с подходящей случаю миной, но обратиться к Виолетте или Шмитту гордость не позволяла. Тогда просто заказал десять самых дорогих блюд и чёрный чай, единственное наименование во всей книжице, что я понял.
Пока готовили и несли еду, немец развлекал нас разговорами о свежих новостях, но ничего серьёзного. Так, германский писатель выдал новую книгу, которая просто потрясающая, в берлинский зоопарк привезли трёх панд, они очень забавные, а лето в этом году удивительно жаркое, как бы глупости о глобальном потеплении оказались не глупостями.
Наконец, нам принесли еду, и я испытал шок. Порции были крошечные! Тарелки нормальные, а на них по паре ложек еды. Блин, салат «Наслаждение», заказанный мной, оказался кубиком с гранями где-то в сантиметр, поверх которого лежала веточка петрушки. Наслаждайтесь! И пусть никто не встанет из-за стола голодным!
Ну ладно, Шмитт, сам виноват! Если бы я был сытый, то стал бы очень покладистым. А так я голодный и злой! Надо было в нормальный ресторан вести, где всякие бургеры и котлеты размером с тазик подают, а не в эту дыру!
— Прекрасная готовка! Мммм! Какая палитра вкуса! — Виолетта отрезала крошечный кусочек от чего-то, напоминающего дохлого воробья в грязи, положила себе в рот и закатила глаза в экстазе.
— Да, тут прекрасная кухня! — покивал германец. — А как вам здешняя еда, фройляйн Меншикова?
— Она превзошла все мои ожидания!- честно ответил я.
Вот уж действительно, хрен я когда так плохо ел. Пара блюд вообще напоминала кисель из соплей, еле в себя запихнул — не пропадать же зря.
Германец одобрительно покивал, удовлетворённый моим ответом.
Когда всё было съедено, и мы приступили к чаю, Шмитт решил, что пора переходить к делу.
— Фройляйн Меншикова, фройляйн Блютигахюгель, давайте поговорим о благодарности, которую наши семьи, Коль и Шмитт, могут вам оказать. — активно шевеля пальцами сложенных на столе рук, начал Шмитт.
— Вы уже предоставили нам прекрасный номер в отличной гостинице. — я улыбнулся, кидая первый камешек.
— О, это просто небольшой жест, чтоб вам было комфортно! Это даже не благодарность! Вы вытащили наших детей из тюрьмы, где они находились больше трёх лет, а это стоит намного больше. Если бы мы ограничились только номером, то вся Германия считала бы нас скрягами и неблагодарными. — уверил нас толстяк.
