"Фантастика 2025-147". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шахрай Юлия

– Ты не лучше нас. Ты тоже… поглотитель. Разница лишь в том, что ты ещё веришь, что борешься.

Они сошлись. И это был самый тяжёлый бой для парня. Бой не против сущности, а против возможной версии самого себя. Той, которой он мог бы стать, если бы отдался жажде силы. Если бы поддался этому артефакту. Удары сливались в шквал. Пространство искривлялось. Копьё Святого буквально визжало, глуша мысли, костяной меч дёргался, вырываясь наружу из собственного пространства. Иллюзия давила со всех сторон. И тогда он выкрикнул:

– Я знаю, кто я. И ты – не я!

В этот момент его собственное ядро вспыхнуло золотым пламенем. Сила, идущая от его собственного скелета, изменённого костью Падшего Бога, сплелась с волей и разумом – и разорвала иллюзию на клочья.

Андрей очнулся, стоя на коленях, с занесённым над головой копьём. Перед ним виднелся оплавленный след на земле, оставленный взрывом силы. Костяной меч снова лежал на ткани. Безмолвный. И на этот раз – покорный. Он медленно убрал его обратно в хранилище. И прошептал:

– Спасибо за урок. Но я – не ты. И не стану.

После того, как всё стихло – и боль, и пульсирующая дрожь в пальцах, и даже эхо от голосов иллюзий – Андрей долго сидел, прислонившись к каменной стене тренировочной площадки. Копьё Святого было воткнуто рядом, костяной меч снова хранился в хранилище, но даже сейчас, в полной тишине, он ощущал послевкусие боя.

Образы фантомов были слишком реальны. Слишком живые. Он видел лицо того монаха, юного, с тонкой цепочкой на запястье и рубиновой татуировкой на шее. Он помнил, как женщина с когтями двигалась, будто была тенью, как издавала странные звуки, похожие на вздохи сквозь воду. И особенно он запомнил свою собственную проекцию, ту, что стояла в центре храма и смотрела на него глазами без дна.

Эти враги не были случайными иллюзиями. Это были отголоски душ, когда-то убитых либо на алтаре, где кость, ставшая его основой, поглощала сущности, либо уже ставшая артефактом в его руках. А значит – это были воины. Стратеги. Маги. Бойцы, чьё мастерство было реально. И если меч запомнил их, значит… И он мог это сделать.

Устало вздохнув, Андрей поднялся, зачерпнул воды из бурдюка и, умывшись, сел в позу медитации. Перед ним располагалась глиняная табличка, в которую он вставил одну из своих пустых печатей памяти, редких артефактов, позволяющих фиксировать мысленные образы и сохранять структуры визуализаций. Потом он зажёг рядом три свечи – символы трёх стихий. Духа, Тела и Воли. А затем начал вызывать в памяти одного фантома за другим.

И первым был тот самый монах в боевых бусах. Он появился первым – босой, с выбритой головой и чётками, что звенели в такт его ударам. Его боевое искусство было основано на вибрации звука, и Андрей вспоминал, как тот наносил невидимые удары, проходящие сквозь плоть, будто звук бил изнутри.

– Мантра… Прорыва… – Глухо прошептал Андрей, занося в печать. Он воспроизвёл образ движений, позы атаки, особенности звукового поля.

Следом появилась женщина с когтями. Её движения были вязкими, как у подводного хищника. Она атаковала извивами и резкими всплесками тени, будто существовала в двух слоях реальности.

– Иллюзия Тени. – Андрей записал особенности амплитуд её движений, траектории резких разворотов, даже темп дыхания, что она держала на спаде напряжения – всё это он вплетал в рисунок печати.

Потом появился гигант с демонической маской. Этот был силовым бойцом, с массивным клинком, каждое движение которого было подкреплено демонической энергией. Он бил не только мечом, но и аурой давления.

– Техника Удара Плоти и Тени. – Пометил для себя Андрей, фиксируя структуру в памяти. Он даже создал вспомогательную печать для симуляции веса и сопротивления удара.

Последней шла собственная иллюзия. И это для парня было труднее всего. Смотреть на себя, но не быть собой. Он долго молчал, прежде чем начертил символ этой проекции в центре таблицы.

– Путь Искажения. Я… Как враг… – Он не просто воссоздал движения. Он воссоздал мышление, приёмы, тактику. Это было неприятно. Почти противно. Но он знал – если когда-нибудь ему встретится кто-то, кто попытается использовать его стиль против него, – он должен быть готов.

Когда образы были зафиксированы, Андрей запечатал каждую структуру отдельной символической формулой, вложив в каждую по капле своей крови. Это не просто тренировочные цели. Это настоящие симуляции, и если он захочет, сможет вызывать их внутри замкнутых печатей реальности.

По сути, теперь у него был целый набор фантомов, созданных на основе реальных воинов. Изученных, проанализированных и готовых к повторной встрече. Он создал нечто среднее между иллюзорной тренировкой и магической практикой, позволяющее проверять тактику и боевые приёмы в условиях приближённых к реальности, с настраиваемыми параметрами силы и устойчивости фантомов. Теперь у него была собственная школа теней. И каждый из этих фантомов станет его спарринг-партнёром, помощником в изучении и улучшении своих техник.

Огненные линии, выведенные на земле, сплелись в круг. Медленные, холодные ветры спустились с утёсов, когда Андрей закончил последние штрихи и вложил в центр печать с символом: “Я как враг”. Каменная площадка, выровненная им ещё несколько дней назад, казалась достаточно надёжной для первого вызова. Рядом, чуть в стороне, в воздухе парил костяной меч, будто прислушивался. Словно уже знал, кто сейчас появится. Андрей вдохнул и влил в печать немного своей силы, активируя схему.

Земля дрогнула. Воздух уплотнился. Из воздуха, как будто сквозь толщу воды, начала выталкиваться фигура, покрытая дымкой. Полупрозрачная. Затем ставшая более чёткой. Затем – живая, как зеркало, на которое больше не наложено искажений. Перед Андреем стоял он сам. С тем же лицом. Тем же плащом. Теми же движениями. Но с холодной, расчётливой злостью в глазах, будто в отражении живёт другой – тот, кто никогда не прощал, кто убивал первым.

– Ну что же… – Тихо прошептал Андрей. – Посмотрим, как бы я дрался против самого себя.

Первый бой: “Путь Искажения”. Фантом двинулся первым. Молниеносно. Прыжок – в сторону, одновременно с этим в воздух уходит плетение энергетической струи, едва не сбившее Андрея с ног. Почти рефлекторно он заблокировал удар, отражая силу в землю. Волна пыли.

– Он действительно… Дерётся, как я. – Произнёс Андрей вслух, уклоняясь от удара ноги и контратакуя. Но фантом парировал точно так же, как сделал бы он сам.

Пара раундов ушли на проверку рефлексов. Но с каждой секундой иллюзия училась. Иллюзия адаптировалась. Третий удар копьём был перехвачен тем же самым приёмом, что Андрей применил однажды на турнире в Обители Пяти Пиков Бессмертных. Это было немного… Пугающе.

В общем… Эта своеобразная дуэль затянулась почти на целый час. Пока, в один момент, Андрей сам не остановился. Ведь он понял, что в бою с собой нельзя просто побеждать. Надо меняться. Нужно выходить за рамки своих привычных действий. И тогда он сбросил технику, отказался от “идеальных форм”, и начал двигаться на интуиции. Неровно, но… более живо.

Фантом не успел перестроиться. Пронзающий удар снизу… Импульс в грудь… Рывок. Копьё сработало не как оружие, а как рассеиватель плетения. И поражённая этим ударом иллюзия рассыпалась на огненные искры и исчезла. Андрей стоял, тяжело дыша.

– Я не идеален. Но в этом и моя сила. – Глухо произнёс он, вытирая выступивший пот со лба. И, хотя он и устал, но понял главное. Ведь можно таким образом учиться, и становиться более эффективным.

Этим вечером, при свете костра, он взял артефакт костяного меча, положил его в центр ещё одной круговой схемы – и начал вплетать в неё фантомные образы. Костяной меч, питаясь душами, был связан с элементами памяти. Он сам хранил десятки, если не сотни теней убитых. И теперь, соединяя печати памяти с этим мечом, Андрей создавал нечто большее.

Полноценную иллюзорную арену. Он начал с системы фиксации реальности – особых печатей, создающих эффект, будто бой происходит в закрытом мире. Затем – плетения времени. Внутри арены ощущения сражения замедлялись, а значит – можно было точнее отслеживать свои движения, ошибки, ритм. Потом – памятные образы, каждый из которых был загружен в структуру через схему из артефактной плиты и след артефакта. Ядро управления он встроил в рукоять меча. И теперь, при активации, меч сам запускал нужный сценарий боя.