После Эслан поставил бутылку на стол передо мной и вышел с кухни, следом послышался хлопок входной двери. Я было потянулась к вину, но отдёрнула руку. Друг полностью прав, сдаться проще всего. Сдаться и просто ждать, когда Меченый Король доберётся до меня, а потом смотреть на гибель мира, приговорённого из-за моей слабости. Я должна бороться, если не ради себя, то ради огромного количества неповинных существ. А там, может, и мне улыбнётся удача. Вдруг всё же я смогу победить и найти способ вернуться домой? Потому что, увы, не верила я в слова Эслана, что наша встреча с Каем имеет какой-то смысл. Если только очередное испытание на прочность. В любом случае, надеюсь, он будет счастлив со своей Илнетой.
КАЙЛЕН
Плеть со свистом разрезает воздух, и новый удар обжигает истерзанную спину. Больно. Перед глазами стелется пелена, по вискам стекает пот. И самое ужасное, это только начало «чудесного» вечера.
Отбросив оружие пыток в сторону, Марас нагибается и, схватив меня за волосы, вынуждает поднять голову. Несколько мгновений пристально всматривается в моё лицо.
— Ну почему ты так упрям? — вопрошает мой мучитель. — Почему никак не покоришься мне?
Ничего не отвечаю. Впрочем, он уже и не ждёт. Понял, что я молчу всегда, при любых обстоятельствах. И это его злит, но сделать он ничего не может.
— На кровать, — командует эромаец, — в коленно-локтевую.
Ему нет нужды произносить команды, мы оба знаем, что по своей воле я ни за что не подчинюсь, но выбора у меня нет, так как моё тело мне не принадлежит. Марионетка на магических ниточках.
Встаю в ненавистную унизительную позу. Слышу какую-то возню за спиной. Пытаюсь отрешиться от внешнего мира. Это происходит не со мной. Вскоре чувствую лапы ублюдка на своём теле, он то гладит, то шлёпает и даже вполне натурально пытается возбудить. Бесполезно. Меня с души воротит от происходящего, тошнит от Мараса, не возбуждает насилие и уж тем более секс с мужчиной. Главное — абстрагироваться. Не закричать и постараться, чтобы не стошнило, а то было как-то раз. Этот упырь был в ярости.
— Какой же ты красивый, — шепчет перевозбуждённый урод. — Такой сладкий и желанный!
Прикрываю глаза, зная, что произойдёт в следующее мгновение. С силой сжимаю зубы так, что клыки вспарывают нижнюю губу. Мерзко так, что лучше сдохнуть. Зажмуриваюсь, сдерживая постыдные слёзы. Не увидит этот подонок их никогда. В этот момент, как и в любой аналогичный ему, мечтаю лишь об одном — смерти. Потому что нет сил больше жить в этой грязи и бесчестии. Давно не чувствую себя человеком или мужчиной, просто существо. И я от этого устал. И в этот момент тело прошивает уже не особо сильная боль проникновения, а к горлу подкатывает ком тошноты…
Распахнув глаза, обвожу взглядом помещение, не сразу понимая, где нахожусь. Комната Илнеты. Я у своей невесты. А всё это жутко реалистичный кошмар-воспоминание. Кажется, я до сих пор ощущаю запахи проклятой мной спальни-пыточной, а тело ноет от фантомной боли. Надо успокоиться. Это сон, просто поганый сон. Только с чего вдруг приснилось такое? Я уже пару месяцев таких кошмаров не видел.
Нет, к сожалению, я ничего не забыл. Такое забыть невозможно. Просто в душе лелеял надежду, что со временем воспоминания поблекнут, перестанут причинять такую боль. И я смогу постепенно отпустить остатки этого ужаса, осознать себя снова человеком и мужчиной, которому есть, ради чего и кого жить не только головой, но и сердцем, душой. А пока временно мне как-то удавалось блокировать эти кошмары.
Чуть успокоив бешено колотящееся сердце и сбитое дыхание, с удивлением осознал, что мир по-прежнему видится каким-то нереальным, словно подёрнутым дымкой. Будто я в стельку пьян. И если бы не жуткий сон, я бы, наверное, поддался желанию снова улечься и спать. Не уж, мало ли, опять приснится что подобное.
Судя по плеску воды, доносящемуся из-за двери, Илнета в душе. Жаль, сейчас бы не мешало освежиться, но ладно. Кое-как одевшись, бреду к кухне. Предметы перед глазами периодически теряют свою чёткость. Да что за напасть такая? Добравшись до кухни, включаю воду и сую голову под ледяную струю. Холод немного приводит в чувство, освежает, проясняя мысли. Заставляя вспоминать, что могло способствовать такому странному состоянию.
После того, как с радостными объятиями от встречи было покончено, Илнета предложила пойти к ней, так как её родители уехали к дальним родственникам. Причин отказываться я не видел. Пусть мои родные и не показывались на глаза, но мне на нервы давила атмосфера непонятной враждебности по отношению к любимой, которой в родном доме пропитался воздух.
Дома у невесты нас уже ждал заранее накрытый стол. Есть не хотелось, но дабы не обижать Илнету, я всё же запихнул в себя салат и уделил время вкусному вину. Всё время девушка рассказывала, каким ударом для неё стало моё пленение.
Когда бокал опустел, стремление поговорить сменилось совершенно иным желанием. Всё моё существо требовало быть ближе к любимой. Мир заволокло туманом вожделения, и всё остальное просто утратило значение. Только жажда близости. До полной потери сил. Смутно маячили воспоминания, что вроде как на пике усталости я отключился, после мы снова что-то ели, запивая вином, и по-новой в омут порока.
Несомненно, свою порцию удовольствия от соития я получил. Оно было тягуче-сладким, пряным, как специи. И вместе с тем я с изумлением осознал, что знал и более яркие чувства в постели, но при этом я не терял настолько голову. Не забывался в похоти на… Стоп? А сколько я тут времени? Прислушавшись к себе, понял: более суток. Бездна! Более суток! Да что со мной? И сейчас, если бы не кошмар, вряд ли бы я вырвался из этого порочного морока.
Внутри тихо и жалобно скулил зверь, словно мы только что из жестокого сражения. Он казался мне слабым, измотанным и подавленным. Странно это. По-хорошему, надо бы перекинуться. Дать второй ипостаси прийти в себя. Но не делать же это на кухне Илнеты?
— Кай, а ты чего встал? — послышался голос девушки. — Ночь же ещё. Пойдём в постель.
С этими словами Илнета подошла ко мне и обвила шею нежными руками, даря чувственный поцелуй. Внутри снова потянуло желанием, реальность чуть подёрнулась дымкой, а скулёж зверя перешёл в жалобный вой. Это немного отрезвило и заставило отстраниться.
— Выспался, — улыбнулся я любимой. — Не могу больше спать.
— Да? — пробормотала Илнета. — И что нам делать в такую рань?
— Пообщаться при помощи слов, например? — пожал я плечами. — Разнообразия ради.
Лицо девушки закаменело, а мне захотелось себе врезать. Да откуда вылезла эта неуместная язвительность? Почему последнее время я совсем не держу себя в руках? Сначала постоянно обижал грубыми и несдержанными фразами Эллу, теперь перешёл на Илнету. Мысль о землянке болезненным спазмом отозвалась в груди, не стоит думать о ней.
— Прости, — покаялся я. — Ну так что, составишь мне компанию за очень ранним завтраком?
— Хорошо, — кивнула девушка.
Я повернулся в поисках еды, а девушка отошла к навесному шкафчику и извлекла оттуда бутылку вина, увидев которую, невольно скривился. Алкоголя не хотелось совершенно.
— Я бы предпочёл чай или сок, — заметил я осторожно.
Илнета замерла, на милом личике мне почудилась тень недовольства и раздражения, но мягкая улыбка, посланная мне, убедила в ошибочности моих наблюдений.
— Чай так чай, — произнесла моя милая.
Минут за пять сообразили нехитрый завтрак, за которым я постарался завязать диалог. Мне хотелось знать всё, чем жила девушка эти полтора года, но она почему-то не горела желанием посвящать меня в это. На все мои вопросы она отговаривалась общими фразами, быстро переходя на веселые, но малозначимые истории из жизни. Под мелодичный голос Илнеты тревожность немного рассеялась, а окружающий мир стал казаться ярче. Да что я, на самом деле? Всё же прекрасно! Я вернулся домой, рядом родные и возлюбленная, жизнь налаживается. А значит, надо брать от неё по максимуму!
