Тем более, что больше никакой агрессии или враждебности она не проявляла. И я знал, что это не потому, что я оставил её почти без сил. У магов такого ранга всегда есть в запасе какие-то трюки.
Особенно, когда они находятся на своей территории.
Уверен, что в этой комнате помимо черепов-безделушек, найдутся и настоящие боевые артефакты, которые она бы могла пустить в ход.
Но не стала.
Вместо этого Октавия неожиданно предложила:
— Макс, ты удивил меня. И это мягко сказано! Мне даже немного неудобно, что я пригласила тебя в гости так, — она замялась, — так настойчиво. Но я готова отплатить тебе экскурсией по моему музею! Не только ты собираешь старинные знания, уверена, что я тоже смогу тебя удивить. Все экспонаты там связаны с некромантами или даже непосредственно с Рихтерами.
Она говорила так воодушевлённо, словно хвасталась и в то же время ждала от меня похвалы.
Что ж, попасть в её музей изначально было одной из моих целей.
Так что я не видел смысла отказываться от такого предложения.
Тем более что торопиться нам было некуда. По настроению Октавии я видел, что она как и я, теперь настроена на долгий разговор.
И я уже даже не был уверен, у кого из нас накопилось больше вопросов.
— С удовольствием взгляну на то, что ты собирала долгие годы. Уверен, это впечатляющая коллекция, — слегка польстил я ей, — только ты уверена, что нижнее бельё — подходящая форма для прогулки по музею?
Октавия мгновенно покраснела как помидор и, кажется, только сейчас вспомнила, что на мне одни трусы, а она всё ещё в образе БДСМ-госпожи.
Она снова непроизвольно опустила взгляд вниз, к моему паху, и покраснела ещё больше. Казалось ещё чуть-чуть, и из ушей красотки Сципион повалит настоящий пар.
Но всё-таки она взяла себя в руки и попыталась принять самый что ни на есть невозмутимый вид. Правда, дрожащий голос выдал её с потрохами.
— Разумеется, — ответила она, — сейчас твою одежду принесут. И пожалуй, я тоже переоденусь.
Круто развернувшись, она убежала прочь из комнаты.
В то время как ровно через минут, сюда вновь сбежались уже знакомые мне служанки.
— Давайте мы поможем? — чуть ли не хором начали предлагать они.
Смена обстоятельств моего пленения, похоже, их ничуть не удивляла.
— Оставьте одежду и можете идти, — сдержанно послал их я.
И они тут же последовали моему указанию.
А я обнаружил, что за то время, пока мы с Октавией знакомились, служанки умудрились отпарить и разгладить мой костюм, который не мог не помяться в дороге.
Так что через пару минут я выглядел так, будто только что вышел из дома.
А совсем скоро в комнате появилась и Октавия.
На этот раз она надела длинное чёрное вечернее платье с глубоким декольте.
И, несмотря на её низкий рост, посмотреть там было на что. Здесь природа размером её не обделила.
Девушка была изящной, словно кукла. А удивительно светлая, почти белая кожа окончательно делала её похожей на искусную статуэтку руки кого-то из гениев прошлого.
Хотя сама она, очевидно, больше хотела продемонстрировать своё золотое колье, разумеется, с черепом.
Причём я его узнал. Пусть оно не было артефактом, но зато когда-то принадлежало представительнице клана Рихтер. Если точнее, то моей двоюродной сестре.
Той самой, с которой мы всегда плохо ладили.
— Пойдём? — лучезарно улыбнулась мне Октавия, подхватывая меня под руку.
Я повёл её как настоящий кавалер.
Зачем отказывать даме в милых глупостях?
Мы миновали лабиринт комнат и переходов, пока, наконец-то не вышли к первому из залов музея.
— Тут ничего интересного нет, — махнула рукой Октавия, — ну, точнее, есть, конечно, но не по нашей теме.
Вот как. Тема уже стала «нашей». Я улыбнулся.
— Тогда веди туда, где интересно.
— Конечно! — радостно ответила она, — я и подумать не могла, что когда-то смогу обсудить свою коллекцию с кем-то, кто действительно способен её оценить!
В конце концов, мы добрались до не самого большого зала, но конечно же, украшенного черепами.
К счастью, меня это всё ещё забавляло, а не раздражало. Но даже в лучшие годы Рихтеров, мы не пихали свой герб в каждый угол. Октавия же, видимо, вовремя останавливаться не умела.
Но разочаровало меня совершенно другое обстоятельство.
Мы шли мимо знакомых мне штандартов и картин. Я видел мебель и украшения, когда-то принадлежащие клану. Был даже целый набор посуды с гербом Рихтеров.
Но, как я не надеялся, в музее Октавии не нашлось ничего по-настоящему ценного.
Говорить я ей, конечно, об этом не стал. Она так гордилась своей коллекцией и с таким жаром рассказывала про каждую вещь, что было просто бы просто жестоко указывать на бесполезность её сокровищ.
К тому же это ведь я смотрел на все эти вещи с точки зрения полезности. А если мыслить как историк, который собирает по крупицам почти легендарную картину прошлого, то, может быть, и обычная тарелка в его глазах имеет свою цену.
— Ну вот! — довольно закончила показывать экспонаты Октавия, — теперь ты видишь, как серьёзно я отношусь к своему увлечению. И я уже поняла, что перстень ты мне не отдашь. Но, может быть, ты сможешь подарить мне что-то другое? — ничуть не стесняясь потребовала она дары, — я с удовольствием приму любой предмет связанный с Рихтерами и найду для него достойное место в этом зале. А я, в свою очередь, позволю тебе бывать здесь сколько и когда захочешь… В разумных пределах, конечно
— Я подумаю, что можно выбрать, — не стал я обещать ничего конкретного.
Но ей хватило и этого. Она благодарно сжала мою руку, а потом воскликнула:
— Ах да! Есть ещё кое-что! Пойдём!
Она потянула меня к выходу из зала, а затем мы ураганом пронеслись по коридорам её замка, чтобы оказаться в стеклянной беседке в саду.
Здесь царила крайне умиротворённая атмосфера. Вокруг было много ярких, ароматных растений. Пели птицы. А напротив беседки шумел небольшой искусственный водопад, воды которого стекали в ручей.
Как река окружала замок, так и ручей окружал беседку.
Заметив мой взгляд, Октавия пояснила:
— Это не просто вода. Это место охраняется едва ли не лучше, чем любая другая комната в замке. Но маскировка поражает, правда? Я билась над ней целую сотню лет.
И действительно, только когда я подошёл к ручью практически вплотную, то осознал, что в него вплетены десятки магических ловушек.
Октавия — плохой воин. Но в некоторых сферах, похоже, удивительно талантлива.
Причём вся эта защитная система отзывалась буквально по мановению её руки. И она провела меня внутрь без какой-либо задержки.
В то же время я осознавал, что если бы захотел вломиться сюда один, то неизвестно, сколько часов, а может быть даже дней, мне бы понадобилось, чтобы распутать этот клубок заклятий.
Но вот мы оказались внутри. И что же она здесь прятала?
Прежде всего, я увидел большой мольберт, на котором стояла недописанная картина. На ней был изображён я сам, таким каким она видела меня на том самом портрете.
Но на рисунке я сладко, даже слишком, улыбался, положив руку на щеку Октавии, а она млела от этого прикосновения.
— Ой, — смутилась Октавия, — я совсем забыла о картине… вообще-то, — перевела она тему, — я привела тебя сюда, чтобы показать кое-что другое.
И она нажала какую-то кнопку на стене беседки. После чего, прямо по центру из-под земли выдвинулся постамент.
И вот здесь я сразу почувствовал энергию настоящего артефакта.
Похоже, что-то интересное она всё-таки откопала.
Но вот когда защитный купол постамента открылся, я снова едва удержался от вздоха разочарования.
Кожаная перчатка, которая здесь хранилась, безусловно, была полезным артефактом, но в данный момент абсолютно мне не нужным.
Она позволяла брать в руки, проклятые предметы, не получая от них никакого урона. Но, какой от неё толк, если ничего подобного у меня сейчас не хранилось и даже не предвиделось?
