Я лежала на полу в тесном закутке, где обычно хранилось снаряжение для десантников. В Академии нам показывали такое помещение по видео, когда рассказывали в общих чертах про звездный флот. Правда, на записи комнатка была почти до самого потолка заставлена ящиками и контейнерами. И вот мне выпал сомнительный шанс увидеть все своими глазами. Сейчас же помещение пустовало. Если не считать меня и полусидящего в углу, бессознательного Старффа.
Я бросилась к командору на помощь. Ну как бросилась. Скорее, кряхтя поползла. Потому что от первой же попытки вскочить на ноги в глазах потемнело, и я вынужденно осела назад. Переждав головокружение, я осторожно, почти на четвереньках потянулась к киллу. На преодоление пары метров у меня ушло несколько минут. И в конце пути сердце норовило выскочить из груди через глотку, а пот заливал мне глаза. Но своей цели я достигла.
Кин полусидел в углу каморки, свесив темноволосую голову на грудь. Ощущение было такое, что его сюда небрежно свалили, как мешок опилок, да так и забыли. Я осторожно потрепала его по щеке:
— Кин… командор, очнись.
Кожа килла была прохладной наощупь. Пульс на шее едва прощупывался. Командор никак не прореагировал на мой призыв. Я задумалась: познаний в медицине у меня не было никаких. Все, что я знала про болезни и ранения — это необходимость как можно скорее добраться до медицинской капсулы. На сколько я помнила, на штурмовиках стационарные не устанавливались. Считалось, что штурмовик может быстро и легко добраться до линейного корабля или базы. Так зачем занимать место огромным коробом? Горло сдавило отчаяние. Если командора не станет, я останусь одна среди предателей, без защиты. Сердце в груди больно кольнуло. Наверное, в предвкушении подобной перспективы.
Скрипнув зубами, я осторожно, по стеночке встала на ноги и покосилась на бессознательного командора:
— Держись, Кин. Я попробую что-нибудь придумать. Как бы ты ни злился на Райнерро, от него все же была кое-какая польза. Он кое-чему меня обучил. Осталась сущая ерунда — добраться до пульта управления и уговорить Мирака и его подельника дать мне возможность связаться с «Силугой».
Из моего пересохшего горла вырвался такой хриплый, каркающий смешок, что мне самой стало страшно. И я поспешно закрыла рукой рот. Командор же остался просто безучастен.
Оглядев еще раз клетушку, в которой нас держали, я с сожалением вздохнула и ругнулась про себя. Кроме меня и Кина в комнате не было никого и ничего. А значит, придется выходить в коридор с пустыми руками. И уже там искать хоть какое-нибудь оружие. «Если нас вообще тут не заперли», мелькнула в голове первая здравая мысль. Но рука уже нажимала на кнопку «Открыть».
Вот сейчас и узнаем.
Голова вообще-то нам дана для того, чтобы мы ею думали. Хоть иногда, периодически. А не только делали прически и носили фуражки.
Дверь оказалась не заперта и легко поддалась моему усилию. И я, даже ни на секунду не задумываясь, сделала шаг в коридор. Зря. Потому что клетушка для хранения снаряжения находилась слева от входного шлюза. Буквально в паре метров от люка. А Мирак с напарником, как мне удалось подслушать, пошли «разбираться» с нашей капсулой. Стоило только мне открыть дверь и переступить порог, как на меня уставились две пары глаз — бирюзовые арлинтские и фасеточные, принадлежащие фарну. Сердце в груди споткнулось. Вот я идиотка!
— Я в туалет хочу! — Ляпнула первое, что пришло мне в голову. Торопливо обругала себя еще большей идиоткой, но отступать было некуда. — Где у вас санблок?
Фарн скривился:
— Потерпишь! — И ехидно добавил: — Говорят, женский мочевой пузырь больше по размеру, чем мужской. Вот и проверим.
Я задохнулась от этой наглости. Глаза непроизвольно расширились. Мысли заметались в голове, как перепуганные тараканы. Что делать? Что отвечать? Как будет правильно? Я перевела взгляд на Мирака. Арлинт стоял, напрягшись и вытянувшись в струну, и напряженно чего-то ожидал. А меня внезапно озарило: я ведь Мирака знаю? Знаю. Значит, должна считать, что нас спасли после аварии. А то, что засунули в какой-то закуток, то гражданским небольшой дебилизм простителен. Тем более, меня сильно током недавно ударило, голова еще плохо соображает…
— Мирак, — я хмуро уставилась бывшему возлюбленному в глаза, — а что тут происходит? Я что, пленница? Почему я не могу посетить санблок?
Арлинт поджал тонкие губы:
— Хайс, не перегибай. Ты мне что обещал? Кара — ксенолингвист, она неопасна.
В этом месте я сочла нужным ошарашенно вытаращить глаза:
— Э?..
Надеюсь, получилось достаточно достоверно. Чертов арлинт хорошо меня знает.
Фарн скривился:
— Ну смотри. Это под твою ответственность. Я б лучше запер ее к демонам. Не подохла бы часок, пока шеф до нас доберется.
Мирак ухватил меня за руку повыше локтя, разворачивая спиной ко входному люку, и буркнул напарнику:
— Следи за своим болтливым языком. А то не я тебе буду должен, а наоборот. И до конца твоих дней.
С этими словами, не дожидаясь ответа от напарника, Мирак широкими шагами пошел прочь. Мне приходилось делать по два-три своих шага на один его, чтобы поспеть. Но, к счастью, коридор оказался коротким, и запыхаться я не успела. Через пять своих шагов Мирак нырнул в неприметную нишу и распахнул передо мною дверь в стандартный санблок с волновой очисткой:
— Кара, — он придержал меня за руку и серьезно, тяжело посмотрел мне в глаза: — давай без глупостей. Я рядом.
От дурацкого вопроса героини-блондинки, который всегда бесил меня при просмотре фильмов, удержаться не получилось:
— Мирак, а что происходит?
Лицо арлинта закаменело. Так всегда бывало, когда он не хотел мне ничего говорить. Так получилось и сейчас:
— Все потом. Просто знай: ты в безопасности.
Ага. Я в безопасности. А Старфф? Я уже открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но Мирак действительно меня хорошо знал. Он просто не дал мне этого сделать, втолкнув в требуемую мною комнатку задумчивости и захлопнув за мною дверь. Хорошо хоть замок не запер. Это сделала я сама, с нескрываемым наслаждением слушая щелчок запираемого замка. Не то, чтобы я собиралась отсидеться тут до самого своего спасения, но время на «подумать» мне точно требовалось. И хотелось бы при этом быть уверенной, что меня не застигнут врасплох со спущенными штанами.
Я действительно воспользовалась приспособлениями санблока по прямому назначению. Не хотелось бы, чтобы в самый ответственный момент все испортил зов природы. После, подставив руки под волновой очиститель, я внимательно огляделась по сторонам. Впрочем, без особой надежды. Крохотный закуток, размером чуть больше метра по каждой из сторон, имел только самые необходимые приспособления: унитаз, душ и очиститель типа умывальника. Все компактное, выдвижное, вместо воды — излучатели. Взять оружие было негде. Да и не ожидала я, что в санблоке кто-то из двух подельников нечаянно забудет хотя бы парализатор. Не знаю, как фарн, а Мирак Академию закончил, он тайник. Арлинт точно свое оружие нигде не оставит.
Простукивать стены в призрачной надежде найти тайник я не стала. Глупо это. Но все же не поленилась быстро ощупать все доступные поверхности. Пластик под руками был сплошным и монолитным на ощупь, кроме тех мест, где выдвигался душ, унитаз и очиститель. Чего и следовало в принципе ожидать.
Разочаровано вздохнув, я, стараясь делать это бесшумно, отперла дверь и вышла из санблока. Мирака в нише не было. Но его голос звучал где-то совсем рядом:
— Хайс, ты играешь с огнем. — Веская и многозначительная пауза в голосе арлинта заставила задуматься даже меня. — Совсем скоро я заключу брак с Велиссой, и ты же понимаешь, что после этого на периферии меня не оставят. Лучше бы тебе со мной дружить, а не враждовать. Друга я никогда в этой дыре не оставлю.
Скрипучий голос фарна полоснул по моим туго натянутым нервам:
— А если я сообщу кому следует про твою девку, то брака не будет, а поднимусь я.
