Сетей…
— Ты говорила, что клан объединяет нечто вроде сети. — я повернулся к Нике. — Это можно как-то использовать?
— Нет, конечно. — Ника пожала плечами. — Ну, или я не знаю, как. Сеть это… Не сеть в смысле паутина или там рыболовная, она вообще не материальна. Максимум, что ты можешь — это послать какой-то импульс по ней… Помнишь, как нас пятератко перед городом подловили? Как мой клан одновременно открыл кучу порталов и вышли из них? Вот тогда вся эта одновременность организовывалась как раз импульсом по сети, но предварительно пришлось договориться, о том, что этот импульс будет. Грубо говоря, сеть это как канат, по которому ты можешь пустить волну рукой, но ничего сверх этого.
— Ясно. — вздохнул я. — Жаль, это многое бы упростило.
— Знаешь, сколько таких умников было, которые об этом думали? — усмехнулась Ника. — Каких только экспериментов над кровной сетью не пытались поставить, да только чихать она на них хотела. По сути, кровная сеть это просто общая на семью прана, и определенным воздействием на свою прану ты вызываешь отклик праны у тех, кто связан с тобой по крови. Эдакий "резонанс".
— Ясно, я понял. — вяло отмахнулся я от спонтанной лекции.
— Сам спросил. — надулась Ника
— Да, да. — не стал спорить я. — Лучше смотри в окно, чтобы даргов не проворонить.
— Их нет. — тут же вступила в разговор Чел, которая неотрывно смотрела в свое окно. — Но вы так и не решили, что мы будем делать дальше, после того, как попадем в город.
— Используем свои возможности. — я пожал плечами. — Один раз нам это уже помогло, в академии.
— Там нас никто не ждал. — возразила Ника. — Да и там был отвлекающий фактор в виде административного блока.
— Значит, надо и здесь организовать отвлекающий фактор. — я пожал плечами. — Например… Например…
Я перевел взгляд на Чел, которая все так же неотрывно следила за обстановкой.
— Чел, в колесах грузовиков воздух накачан?
— Да, под очень большим давлением. — ответила аэромантка. — Поэтому они так и взрывались, когда ты их стрелами пропарывал, стало быть.
— Вот и выход! — я хлопнул в ладоши. — Когда мы будем готовы бежать, Чел взорвет колеса грузовика. Сможешь?
— Легко. Но там действительно очень высокое давление, если находиться рядом, то может и убить ненароком, стало быть.
— Нам не обязательно находиться рядом, нас же куда-то поведут. Вот когда поведут, тогда и начнем действовать.
— Надежнее было бы вообще весь грузовик взорвать. — вздохнула Ника.
— Одно другого не отменяет. — улыбнулся я. — Но пока что я не знаю, как это провернуть.
— С помощью топлива, как еще… Только не факт, что его вообще хватит хотя бы до города добраться.
— Вот именно. Топливо стоит поберечь. — кивнул я.
— Кстати, там пятнадцать минут прошли. — Ника кивнула на приборную панель, в которую были встроены небольшие цифровые часы.
И правда — совершенно незаметно прошло уже даже семнадцать минут. Под неотрывным взглядом Ники я снова включил телефон и дождался, когда он поймает сеть.
Сообщение от майора было уже на месте. Я открыл его, стараясь не глядеть на счетчик оставшегося заряда, и принялся читать.
"Недалеко от вас есть два города, но ехать в них надо в разные стороны. Поедете на юго-запад — через сто двадцать километров попадете в Ржов, поедете на север — через сто километров будет Руздаль. Рекомендую ехать в Ржов, на этом маршруте вы скоро попадете на дорогу и ехать будет проще, даже для вашего грузовика, топливо сэкономите. Должен предупредить…"
О чем он там хотел предупредить, я прочитать уже не смог — телефон перестал реагировать на пальцы, а еще через секунду рабочий стол сменился надписью "Батарея разряжена" и экран погас.
Впрочем, кое о чем майор меня предупредил. Я ведь ни слова ему не сказал, что мы едем на грузовике. Что мы вообще на чем-то едем. Даже если бы у меня было время поговорить более обстоятельно, я бы не стал об этом упоминать, — банально незачем, — а ведь времени у меня не было.
А это значит, что майор полностью в курсе сложившейся ситуации, вплоть до того, что знает, на каком транспорте мы уехали. А это в свою очередь значит, что я не зря не доверял майору и в сложившейся ситуации, несмотря на когда-то бывшее общим дело, он стоит на стороне управления ноль.
Про города он, конечно, не соврал — ему же надо нас куда-то привести. Возможно, он не упомянул еще парочку городов, до которых мы могли бы добраться, но в которых проблематично было бы организовать для нас теплый прием, но Ржов и Руздаль — точно существуют, и он явно не просто так призывал нас ехать именно в первый. Видимо, там возможностей для теплой встречи больше, чем в более близком Руздале.
Как бы то ни было, мы поедем во второй. Конечно, там тоже готовы нас встретить, но, будем надеяться, что вырваться из окружения там окажется чуточку полегче.
— Мы можем как-то определить стороны света? — спросил я, повернувшись к Нике.
— Да. — Ника подалась вперед и пощелкала кнопочками на электронных часах на приборной панели. — Это же военная машина, компас тут тоже есть.
— Тогда держим курс на север. Через сто километров будет город.
— Принято. — кивнула Чел, и, поглядывая на компас, принялась крутить рулем.
Я же в это время полез в кузов и объяснил ребятам всю ситуацию. Они выслушали меня внимательно и даже не задали никаких вопросов — только хмурились и качали головами. Им явно не хотелось снова противостоять людям, но другого выбора у нас не было. Нам надо было довезти Драйза до точки, в которой ему могли бы оказать помощь, а потом раствориться в городе и найти возможность зарядить мой телефон, чтобы связаться хотя бы с кем-то. С Висла, с Беловыми — с кем-то, кому можно доверять. Не может быть, чтобы они все оказались в тюрьмах или каких-то лагерях — это же пятую часть человечества придется посадить, нигде просто нет столько места. Да и куда посадить реадизайнеров, которым подчиняется сама реальность? Под какую охрану? Иллюзионистов? Да где их столько взять? Вряд ли этих ребят одновременно существует хотя бы десять тысяч, скорее и того меньше, просто их перебрасывают с места на место.
К тому же простые реадизайнеры, которые не имеют отношения к заговору, прекрасно понимают, что им война с людьми ни к чему и не оказывают сопротивления, а значит и относятся с ними по-человечески… В общем, шанс на то, что на свободе до сих пор есть кто-то, к кому мы можем обратиться за помощью — очень и очень велик.
Но пока что у нас нет возможности.
Прошло еще два часа, прежде чем на горизонте действительно замаячили городские стены. К тому моменту уже прилично стемнело, но свет прожекторов, заливающий все пространство перед стенами, яркой чертой горел на горизонте, и был заметен даже невооруженным глазом. Да что там — со светом, да на темном фоне, город был заметен даже больше, чем был бы заметен без света и днем.
Когда мы подъезжали к стенам, основательно сбросив скорость, я краем глаза заметил, как ближайшие пушки и пулеметы на стенах шевельнулись, провожая нас стволами, что только усилило мою уверенность в том, что внутри нас ждут.
Ворота открыли, даже не спросив, кто мы такие и какого черта делаем в пустошах — еще один плохой знак. Впрочем, хуже было бы, если бы нас вместе с машиной разметали еще на подъезде, а все остальное — уже хорошо.
Чел аккуратно завела машину в ворота, которые тут же закрылись за нами. Машину моментально окружило кольцо солдат с боеготовым оружием, направленным на нас. В двух местах строй солдат был прорежен сине-черными костюмами Иллюзионистов, и это только спереди, где я мог видеть. Надо полагать, еще столько же стояло сзади — точно не узнать, зеркало заднего вида разнесло пулей еще во время погони. Чтобы узнать — надо вылезти из окна, а делать лишних движений под прицелом такого количества стволов не хотелось.
— Выйти из машины! — велели откуда-то сбоку. — Руки держать по швам и не поднимать! Любая попытка применить реадиз будет расцениваться как оказание сопротивления!
