"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Нестеренко Юрий Леонидович

Поил меня посыльный сноровисто, сначала подносил носик кувшина к губам, потом давал отпить прохладной вкусной воды, затем эти действия повторялись сначала.

Чтобы ни мне, ни ему не было скучно, Флин развлекал меня монологом, повествующим о том, что тут у них случилось, пока я валялся в отключке.

Они смогли-таки провернуть обе уже их идеи. Но результат в обоих случаях оказался не так хорош, как ребята рассчитывали. Хитрый Флин умудрился отстреляться первым, используя административный ресурс и хорошее отношение к нему Гарра.

Посыльный насобирал по всему городу самые маленькие камешки, которые только могли держать наложенную на них звуковую иллюзию и передал обе эти пригоршни мастеру магу. Пока тот колдовал над удобным для себя материалом, Флин умудрился переговорить с градоначальником и выпросить у того разрешение посмотреть и изучить те воздушные шары, с помощью которых шпионы пытались отправить послания.

Ушлый парень сразу же понял принцип работы устройства и осознал, что груз камней шару такого размера не потянуть никак. На изготовление большого шара у мальчишки денег не было, Гарр тоже отказался участвовать в затее еще и материально. Пришлось Флину идти на поклон к Стуну.

Здоровяк, которого я пытался спасти чуть ли не ценой собственной жизни, чувствовал себя не в пример лучше, чем его спаситель. Выслушав мальчишку, он согласился помочь, но предложил действовать головой, а не руками. Флин сильно удивился, но виду не показал из уважения к мастеру.

Наблюдение за ветром в мире, где все уважают стрельбу из лука и прочих устройств, находится на серьезном уровне. В грубом приближении все используют флаги на шпилях зданий. Для более точной картины специально обученными людьми применяются воздушные змеи на веревках различной длины. Сейчас, несмотря на Великие Игры, они вынашивали идею использовать в своих целях и эти самые воздушные шары.

В общем Флин и Стун пришли к данным товарищам с проблемой доставки груза камней на большое расстояние. Те, недолго думая, предложили использовать старые исписанные воздушные змеи, которые можно было бы слегка доработать, чтобы они запускались без веревок и планировали бы по ветру в нужном направлении. Эти же увлеченные люди предложили и механизм своевременного сброса груза посредствам самовозгорающейся смеси, воспламеняющейся спустя определенное время после начала контакта с воздухом. Они как раз планировали использовать ее в шарах, когда будет налажено их производство.

В общем, Флин умудрился претворить в жизнь свою идею чужими руками.

В следующую ночь было запущено сразу четыре модернизированных воздушных змея, три из которых благополучно долетели и отбомбились в районе вражеского лагеря.

Но отбомбились из рук вон плохо: «посеяли» камешки, как на огороде, в рядок друг за другом.

Враг, конечно, был удивлен и даже слегка раздосадован, выслушав все аргументы, что приготовили для него Флин и Гарр, а потом утром подоспели начальники разных мастей, помахали какое-то время руками и велели насыпать три земляных вала.

Конечно, много камешков, наверняка, разобрали на сувениры, но основная масса оказалась погребенной под толщей земли, откуда слуховой иллюзии было не пробиться до ушей противника.

Так что едва ли овчинка стоила выделки.

На этой печальной ноте я разулыбался, потому что в комнате появилась Рина. Она несла что-то между ладоней и выглядела очень сосредоточенной. Ей очень шло такое выражение лица. Наверное, я настолько ослаб, что ее магия теперь действовала на меня так же, как и на всех местных жителей, кроме Гарра и Стуна. Иначе как еще объяснить, что она мне симпатична, даже когда хмурится?

- Я влила сюда немного своей силы, чтобы амулет не сразу начал пить ее из тебя, - пояснила Рина, показывая два крошечных браслетика на своей миниатюрной ладони, - тебе они разве что на пальцы налезут, но это не принципиально. Сделаны они были давным-давно и предназначаются для слабеньких новорожденных. Толку от них для тебя будет немного, но и вреда никакого. Так что примеряй.

Вдвоем они быстренько упаковали мои безымянный со средним пальцы на обеих руках в магические артефакты и выжидательно уставились на меня.

- Чудо ждете? – вымучено улыбаясь, уточнил я. – Так вроде рано.

- Ну, ты хотя бы разговаривать начал! – возразил Флин.

- Так это потому, что собеседники появились, а то до этого только ты был…

- Мастер Рина, - наигранно возмутился посыльный, - раз ему хватает сил на глупые шутки, не значит ли это, что пора выписывать больного и отправлять на следующий подвиг?!

А тон у него был такой ироничный, будто его Хрюн покусал перед тем, как заснуть. И что из этого следует? Видимо, что-то я не так делал либо на стене, либо, когда пытался помочь Стуну.

В принципе, на стене я вообще толком ничего не делал, кроме раздачи советов на тему, как сбивать светлячков. Значит, остается второе.

Вопросительно смотрю на Рину. Та улыбается во все тридцать два ровных белых зуба.

- Рассказать? – спрашивает девушка.

- Чего уж там, - ворчу я, - лучше уж ты, чем этот зубоскал!

И тут я узнал некоторые нюансы способностей, которые появились у трех мастеров, когда они детьми побывали по ту сторону неприступных гор. Выяснилось, что каждый из них получил дар или проклятие накопления и выброса определенного рода энергии. Даром это можно было считать, поскольку эту энергию так или иначе удавалось направить в мирное русло, а вот проклятием было то, что порой ее становилось слишком много, и простое открытие шлюзов не спасало внутреннюю плотину от разрушений.

Непонятно? Вот и я не сразу понял, и, видимо, это отобразилось на моей выразительной физиономии. Поэтому подоспели объяснения специально для тех, кто на бронепоезде.

В быту все трое в основное время жили как среднестатистические маги своего бедного на волшебство мира. Но вот порой у них случались непредсказуемые «пробои». В ходе которых случаются нетривиальные вещи. Гарр заполняет пространство вокруг себя чрезвычайно реалистичными и живучими образами, которые рождает неподконтрольное ему подсознание. И порой это вызывает панику случайных свидетелей или дети видят нежелательные сцены, к просмотру которых они не допущены из-за возрастной дискриминации. И так далее в этом же ключе.

Рина в такие моменты устраивала настоящие феромоновые штормы. Чаще всего они обрушивались на мужчин, но порой доставалось и женщинам. Тут, думаю объяснять и примеры приводить не нужно: и так все понятно.

У Стуна же картина была несколько иной. Его энергетические выбросы напрямую угрожали жизни и здоровью окружающих его людей и животных – любых живых существ. Когда его накрывала волна энергии, вокруг здоровяка создавалось поле, превращающее в камень все живое. С самого детства в Стуне была заложена большая сила и, когда он в детстве долго оставался под личиной камня, что-то внутри него сроднилось со стихиями земли и огня, породившими камни. Вот теперь он в любой момент мог сделать любую из своих частей тела каменной и потом вернуть все обратно. А в момент выброса энергии каменным становилось все живое в радиусе нескольких метров.

Хорошо еще, что именно Стун мог предугадывать появление этой волны за несколько секунд. И жертв среди людей пока что чудом удавалось избегать. В такие моменты он старался максимально зациклить все потоки энергии на себе, полностью превращаясь в статую, а потом, постепенно оживая, когда шторм утихал.

Вышло так, что в тот момент он не пытался попросить моей помощи, а, наоборот, старался предупредить об опасности. А когда я пытался остановить его окаменение, он всеми силами старался не дать мне самому превратиться в статую.

Вот такую вот медвежью услугу я по незнанию пытался оказать новому другу.

- Получается, что это Стун спас меня, а не я его?

- Не все так просто, - снова улыбнулась Рина, - когда почти сошедший с ума от страха за вас обоих Гарр прибежал на место, то там лежали две статуи. Вы оба были абсолютно и безоговорочно каменными, и подойти к вам было нельзя, потому что радиус действия опасного поля был как никогда длинным. Бедняга Гарр чуть с ум не сошел, думая, что мы тебя потеряли, но потом, когда Стун начал «оттаивать», в тебе тоже обнаружились какие-то изменения к лучшему. Можешь считать, что ты в рубашке родился: у Стуна дома две полки заставлены каменными насекомыми и зверюшками, и никто из них назад так и не ожил – ты первый!