"Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Нестеренко Юрий Леонидович

- В общем, улицы города понемногу начинают перегораживаться баррикадами, поскольку пока нет никаких идей, как уничтожить хотя бы один требушет! – подвела итоги Рина.

Я по очереди оглядел всех присутствующих, подмигнул Рине.

- Вы, конечно, не поверите, но на этот счет у меня имеется кое-какие мысли!

Глава 12

Глава 12. Диверсия

Уже через час изготовлением планеров под контролем Флина занимались все, специалисты, которые только были на это способны. Их проектировали и тут же начинали строить. Первые опытные образцы сделанные буквально на коленке уже ждали сумерек, чтобы снаряженные емкостями с краской, полететь в сторону слияния рек, подальше от глаз противника.

Задачей минимум было не сбиться с курса и преодолеть расстояние в километр.

Как показывал неудачный эксперимент Флина, небольшие устройства с подобной задачей справлялись на семьдесят пять процентов. Но они не могли нести нормальной полезной нагрузки, поэтому сейчас и велись спешные расчеты по выявлению оптимальных размеров планеров для доставки в конечный пункт нужного объема «боеприпасов».

Моя неквалифицированная помощь закончилась в этом проекте на стадии адаптации уже имеющейся идеи к назревшей проблеме. Поэтому я просто отдыхал, восполняя жизненные силы и проводя время в обществе приятной мне девушки.

Рина как раз занималась тем, что курировала работу местных умельцев по изготовлению наградных лент. Сначала я был полностью занят рассматриванием ее угрюмой мордашки. Видимо, синдром отличницы не обошел ее стороной, и Рина пыталась выполнит полученное задание максимально великолепно, а все, что ей предлагали портные, был однообразным и неоригинальным.

Тогда я снова решил сделать этот мир чуточку лучше, ненавязчиво наведя девушку на революционную мысль о том, что одна лента может быть выполнена сразу в двух и более цветах.

Мысль, конечно, простая, особенно, если учитывать, что в моем мире таких примеров хватает на каждом шагу: взять ту же Георгиевскую ленту. А вот здесь, цвет и узор на ленте имели смысл, пускай эта информация уже почти и утратила свою актуальность. Местным нужно найти силы, чтобы преодолеть шаблонность мышления и восприятия.

И вот я наложил узкую зеленую ленточку на широкую желтую, а потом то же самое проделал с черной и красной. Отойдя немного в сторону, подозвал к себе уже начинающую нервничать девушка и уточнил у нее, какое из сочетаний цветов ей кажется наиболее удачным.

Рина вначале взглянула на меня с укоризной, мол, ее зря отвлекают от важного дела, но подсознание тут же подтолкнуло ее к нужной мне идее, и лицо девушки буквально засветилось энтузиазмом!

Естественно, дальше ей стало не до меня, поскольку впереди было целое непаханое поле для творческой деятельности в мире награждения и моды. Куда уж тут до меня?

Так вот я и оказался не у дел. Все вокруг имели какие-то задачи и были востребованы. И меня, как отслужившее свое генератора идей оставили где-то за бортом. Тогда я, вдруг, с ужасом вспомнил про своего пленника: если сначала я валялся в больнице, а теперь там прохлаждается Хрюн, то кто же следит за магом?! Тем более, что ушлый библиотекарь перевел арестанта их хорошо отапливаемой комнаты в более холодное помещение. Не в качестве наказания, конечно, а для того, чтобы тот тратил на поддержание комфортной для себя температуры крохи оставшейся магической энергии.

Пленника я застал дрожащим от холода и в глубокой депрессии. Уже день, как у него не чадила дурман-трава, и никто не приносил ему воды и еды. Хотя аппетита у мага и не было. Отчасти потому, что ночную вазу тоже выносить было некому.

- Что вам от меня нужно? – постукивая зубами, спросил шпион. – Все, что я знал о наших планах на Великие Игры, было выложено на первом же допросе вашему магу менталисту. По моей работе у меня все выпытали ваши же прелестницы. Никакой пользы от меня больше не будет. Нарисуйте мне крест на лбу и отправьте в лагерь к зрителям. Ну, или давайте вместе думать, что еще может быть в моей голове такого, что могли бы у меня выведать эти две озорницы. Признаться, этот плен, за исключением последних суток – лучшее, что происходило со мной за последние несколько лет!

- Ну вот, уважаемый! – обрадовался я его нескрываемому желанию идти нам навстречу. – Посиди здесь, подумай и сам предложи темы, на которые тебе есть, что нам поведать! Мы подумаем и пришлем к тебе наших дознавателей в юбках! Если темы будут прямо интересными, не исключено, что они придут уже подготовленными – без юбок! Так что ты тут старайся!

С ночной вазой я разобрался, воды и еды (благо, в библиотеке нашелся ее запас) тоже дал. От новой порции воскурений маг отказался, сказав, что дым мешает ему мыслить здраво, однако бутылку вина принял из моих рук с явной благодарностью.

Первое время я подумывал над тем, чтобы попросить у кого-нибудь из местных бурдюк, потому как бутылку легко использовать в качестве как дробящего, так и режущего оружия, но Флин с Хрюном убедили меня, что в рамках Великих Игр официальный пленник не станет причинять сильного вреда здоровью своих тюремщиков.

Признаюсь, меня смутило, что для парней вполне допустима возможность причинения им легкого вреда. Лично я бы ни на какой вред соглашаться бы не стал. Но, опять-таки, монастырь чужой, поэтому я смирился с тем, что пленному доступны потенциально опасные, что для него, что для его тюремщиков вещи.

Что ж, мой долг надзирателя выполнен, больше я никому ничего особенно не должен. Можно было бы прогуляться до стен, найти там Стинка, поболтать о том, о сем, или проведать Гарра, если, вдруг, тот дома и погонять с ним чаи с пироженками.

Второе показалось куда как приятнее, и ноги сами понесли меня по направлению к башне.

Гарра, как назло, дома не оказалось. Ключ от его двери мне не так давно выдала Рина и передала приглашение мага посещать его башню в любое время дня или ночи. Однако пользоваться я им не стал: не было особой необходимости.

Отвернувшись от запертой двери, сразу же поймал на себе взгляд озорных глаз. Снова эта маленькая вертихвостка!

- Привет тебе! Не разбогател, случайно, на ленты? А помнишь, что ты мне награду обещал, а?!

Сразу же посыпались на меня вопросы, выдаваемые девчушкой, что не так давно провожала меня к защитной стене через ночной город.

Сам не знаю, почему, но не только мой рот, а я целиком буквально расплылся в улыбке. И ведь, что характерно, действительно карманы мои были едвали не набиты лентами, которые просматривала Рина. Понравившиеся она протягивала мне, чтобы потом рассмотреть их отдельно. Я же просто рассовывал их по карманам. А когда девушка переключилась на идею разноцветной ленты, все отработанные материалы просто остались у меня.

Вот теперь-то, вспомнив об этом спорном богатстве в своих карманах я, наконец-то, был при деле!

Подмигнув егозе, начал медленно, как фокусник, растягивая интригу, одну за другой доставать ленты из карманов. Глаза у мелкоты стали такими большими круглыми от восхищения, что, казалось, заполнили собой все детское личико.

- Можешь выбрать себе целых три штуки! – проявляя вселенскую щедрость, сообщил я. – И столько же можешь еще заработать!

- Но у тебя там намного больше шести штук! – заметила неглупая и практичная девочка. – Зачем они тебе, ты же их не носишь! Отдай мне их все!

- Просто так?!

Я даже слегка удивился такому наглому предложению от маленькой милахи.

- А тебе что, жалко? Или, может быть, сложно?!

Она еще и на слабо меня берет! Вот пигалица!

- Нет, шмакодявка, мне не жалко, но ленты я просто так налево и направо не раздаю. Их нужно заслужить!

- Все взрослые – скучные жадины! Рассказывай давай, что нужно сделать, да побыстрее, а то я и так здесь уже полдня торчу!

Улыбнувшись, я поведал ей суть своей затеи, которая родилась у меня в голове всего минуту назад.

Все ведь помнят, что в эту веселую и слегка опасную авантюру я ввязался, чтобы помочь Флину покорить местную красотку? Так вот, пока он был чуть ли не единственным обладателем самоката в этом мире, дела с привлечением внимания шли хорошо, пускай все вокруг и были заняты Играми. Но городские власти мгновенно поняли практическую ценность этого устройства особенно в неспокойное время и первые самокаты массового производства уже понемногу распределяются между посыльными и условными денщиками местных военачальников.