Что-то я зачастил с кровавыми решениями. Это въелось в меня настолько глубоко, что даже сейчас, вместо доброго десятка более простых вариантов, первым моим импульсом было побежать и зарубить всех к демонам.
Мотнув головой, я пробормотал под нос:
— Пора на отдых. Головушку лечить.
После чего показал бегущим оркам неприличный жест и… растворился в Реке теней. Спасибо орочьим шаманам, которым сложно и дороговато по мане было поддерживать постоянное освещение на чересчур большой площади. Поэтому после захвата Цагатта те сосредоточили свои световые столбы в городе и на немногочисленных важнейших точках за ним.
Промчавшись добрый километр в тенях, я вынырнул в реальный мир и рванул дальше своим ходом. Ману стоило поберечь. Мало ли что. Увы, теневые путешествия были хоть и быстры, но всё ещё довольно прожорливы, а ранги в заклинании последние дни я не поднимал — банально не было возможности. Ещё и навык магии Теней недавно жертвовал…
Десять минут простого, честного бега — и наперерез мне отправляется тройка всадников. Ну да, подозрительный одиночка, бегущий к армии, немного напрягает. Пусть с такого расстояния уже видно, что я человек, но мало ли, мало ли… Спокойно свернув с намеченного пути, я направился навстречу всадникам, подняв руки над головой — я безобиден, мол.
— Кто таков? — притормозил прямо передо мной глава дозора. Окладистая курчавая бородка, неестественный для наших краёв (ещё и в середине весны) загар, сросшиеся друг с другом густые брови… явный выходец с южных земель. Хотя скорее полукровка — кожа бледновата. Двое его подчинённых молчаливыми истуканами замерли в нескольких шагах позади, положив руки на рукояти сабель. — С какой целью… гм… двигаешься в нашу сторону?
На последних словах сержант слегка замялся, явно пытаясь подобрать подходящие слова — всё-таки ситуация была не самой рядовой.
— Грегори Канторес, один из защитников Лепестка, гвард и обладающий, — спокойно ответил я. — Прорвался сквозь орочьи ряды с донесением для вашего начальства.
С каждым словом брови… бровь вояки поднималась всё выше. Едва дослушав, он резко бросил в сторону подчинённых:
— Сирт, слезай с коня, обратно доберёшься пешком, — и, переведя взгляд на меня, сделал приглашающий жест рукой. — Милорд, залезайте, время не ждёт.
Вот так просто? Даже никаких подтверждающих бумаг не потребуют? Впрочем, возмущаться чрезмерной доверчивостью военных я не стал — мне же проще. Молча запрыгнул на освободившегося коня и лёгкой рысью двинулся вслед за сержантом и его вторым подчинённым. Оставшийся посреди чистого поля Сирт проводил нас тоскливым взглядом: возвращаться пешком, да ещё и в полном обмундировании, ему явно не особо хотелось. Но кто б его спрашивал…
Пока ехали, я то и дело бросал любопытствующие взгляды по сторонам. Ощущения… смешанные. Судя по не самому типичному распределению родов войск, подмогу собирали пусть и впопыхах, но с умом: чтобы и топали быстро, и при этом какая-никакая боеспособность у армии оставалась. Даже на первый взгляд полностью отсутствовала тяжёлая пехота и даже тяжёлая конница — ставка на скорость явно делалась не только на марше, но и в бою. Куча магов, минимум обозов…
При этом лёгкая пехота, к которой традиционно относились с лёгким презрением, в данном случае выглядела, мягко говоря, необычно. Скупые движения, практически полное отсутствие молодых вояк (а ведь большая часть лёгкой пехоты — это как раз новобранцы), всего лишь лёгкие следы усталости на лицах после многодневного марша… даже без прокачанной оценки можно было сказать, что базовые характеристики у этих ребят задраны куда выше среднего. Элита. Да и «лёгкость» там была довольно условной: воронёные кольчуги поверх толстых гамбезонов, латные щитки на руках и ногах, разномастный набор оружия — в основном, одноручные мечи со щитами и арбалеты, болтающиеся за спиной (но встречались и куда более экзотичные варианты).
А ведь помимо груза оружия с доспехами, каждый нёс на себе ещё и котомку с вещами — обозов-то, напомню, было по минимуму! Пожалуй, даже я от такого марша бы немного подустал, а эти вполне себе держались и даже выглядели достаточно свежими, чтобы вступить в бой после небольшой передышки. Даже подозрительно как-то. Хотя…
В какой-то момент я случайно наткнулся на очередного мага, сопровождающего верхом небольшой отряд пехоты, и все вопросы тут же отпали. Маг лениво махнул рукой — и мистический взор тут же показал полупрозрачную дымку, расползающуюся по его подопечным. Те мгновенно встряхнулись, словно на них плеснули холодной водой, и зашагали куда бодрее. Интересно. Судя по цвету — это что-то из стихии Воды, наподобие моего Благословления, только массовое. Но, скорее всего, послабее — на массовые заклинания маны не напасешься. Возможно, вместо бонуса ко всем базовым характеристикам, оно действует только на выносливость… или вообще не дает бонус, а лишь восстанавливает утраченные силы? Да, пожалуй… интересно. Я-то думал, подобное только Жизнь может, а оно эвона как.
Я проводил взглядом мага, неторопливо двинувшегося к следующему отряду, выбросил лишние мысли из головы и заторопился вслед за сержантом — засмотревшись на гидроманта, я слегка отстал от своего проводника.
* * *
Генералов в объединённом войске оказалось аж шестеро, включая самого главного, но двигались все отдельно со своими офицерами, так что меня попросту доставили к ближайшему. Таковым оказался сухой и надменный на вид старик, представившийся графом Антуаном Лессерским. Хотя прямо-таки стариком графа трудно было назвать — несмотря на весьма почтенный возраст и полностью седую голову, выглядел он вполне себе крепким и бодрым. Да и вместо кареты какой-нибудь спокойно ехал верхом, пусть и окружённый охраной. Нас с сержантом чересчур близко подпускать не стали: хоть и пропустили вглубь строя, позволив неторопливо двигаться вместе со всеми, но между мной и графом постоянно маячила фигура одного из телохранителей, да и голос мне приходилось то и дело повышать, чтобы докричаться сквозь окружающий нас шум двигающейся армии. Но хоть так.
Молча выслушав мой краткий рассказ прямо на ходу (и несколько раз скривившись в моменты, когда я сбивался и немного забывал о субординации), граф кивнул одному из вояк — и тот забрал пакет с бумагами. Осторожно вскрыв, убедился, что всё в порядке, и передал их уже самому графу. Следующие несколько минут мы ехали в полной тишине — генерал бегло изучал бумаги (один из охранников тут же соскочил со своего жеребца и, взяв поводья обеих лошадок, пошел пешком чуть впереди, чтобы освободить генералу руки), я ждал вердикта, а сержант… высокое начальство про него, кажется, просто забыло, а сам напомнить о себе вояка не решался. Вот и ехал с унылым лицом, не особо-то радуясь пристальному вниманию телохранителей, сверлящих его взглядами со скуки.
Наконец, граф поднял голову и, прищёлкнув пальцами, подозвал одного из своих охранников. Передав ему распотрошённый пакет, генерал негромко что-то сказал — и солдат, козырнув, умчался вместе с бумагами куда-то назад, против движения армии, спустя считанные мгновения вызвав этим грязную ругань неподалёку. Я самого приказа не расслышал, но… догадаться несложно. Дальше по цепочке командирской отправил. Граф же, проводив взглядом курьера, повернулся ко мне, задумчиво смерив меня взглядом:
— Канторес, значит?
— Так точно, ваша светлость.
— Обладающий, значит?
— Не без этого, ваша светлость, — осторожно согласился я, на мгновение замявшись. Сержанту-то я это заранее решил сказать, чтоб меня чрезмерными проверками не доставали, а вот более высоким чинам признаваться было всё ещё непривычно. Слишком я привык скрываться за прошедшие два года, всё никак не могу отвыкнуть, что секрет мой давно уже не секрет.
Генерал, видимо, почувствовал мою опаску и, хмыкнув, небрежно махнул рукой назад:
— Там с нами ещё десяток твоих коллег, малец. Не волнуйся ты так, — поразмыслив пару мгновений, он уже более деловитым тоном уточнил. — В бумагах было написано, что у тебя есть неплохое массовое заклинание?
