– Он проводил отдых один? – озадаченно поинтересовался Император, кивая идущему навстречу пожилому лорду. – И вас это устраивало?
– Вполне, – отозвалась бесстрастно. – Это был мой выбор.
– Даже если так, знаешь, следующую поездку к морю хочу провести в твоём обществе… – проникновенно произнёс он и улыбнулся.
Могу ли я с уверенностью заявить, что между мной и этим мужчиной образовывается духовная связь? Не знаю. Знаю лишь то, что общение с ним заставляет меня трепетать и испытывать ежесекундную благодарность…
Таверна имела открытую террасу на втором этаже, откуда открывался романтический вид на Старый город. Навес защищал от солнца, а растения в кадках создавали уют и свежесть.
Глубоко вдохнула, на секунду прикрывая глаза, и только потом села за плетёный столик.
– Вы чувствительны к запахам? – заинтригованно поинтересовался император, придвинув мой стул. Обошёл стол и устроился напротив меня. Теперь я имела прекрасную возможность любоваться не только городом…
– Весьма, – отозвалась уклончиво. – Скажем так, падка на вкусные ароматы. Люблю не только чувствовать их, но и различать.
– Да? – император хитро вскинул бровь. – Тогда какие запахи сейчас витают в воздухе? Что удалось почувствовать, что вы так блаженно прикрыли глаза?
Усмехнулась краешком губ и, не боясь смотреть в тёмную бездонную «бездну» вымолвила:
– Я ощутила легкий аромат гортензии, мятной травы, лимонного дерева и… чистящего средства. Видимо террасу недавно убирали.
– Потрясающе, – довольно вымолвил император и даже похлопал. – Но есть и другие ароматы.
Вопросительно приподняла бровь, терпеливо ожидая ответа. Величество поманил меня пальцем, а когда подалась ему навстречу, прошептал:
– Ваш, Эмма… и мой. Наши запахи смешались вместе, образую дикую необузданную смесь.
Скул коснулся румянец. Спешно опустила взгляд и вернулась в исходное положение.
– Не думал, что вас так легко заставить краснеть, – раздался приглушённый смешок.
– Это была грубая провокация, ничего удивительного… – отозвалась ровно, глядя на верхушки острых крыш.
– Добрый день… – подавальщица запнулась и перевела испуганный взгляд с меня на императора. – Ваше Величество, – спохватилась, исполняя неуклюжий реверанс.
Величество выставил ладонь.
– Не стоит. Я здесь в качестве обычного посетителя, а не с официальным визитом.
Подавальщица торопливо кивнула и заправила выбившуюся прядь русых волос за маленькое ушко.
– Уже определились с заказом? В нашем ассортименте появились чудесные копчёные рёбрышки, фаршированные баклажаны и грибная закуска.
– Сливочный крем-суп, пожалуйста, – произнесла я, отрывая взгляд от перечня блюд. – И картофельное пюре с щучьими котлетками.
– Отличный выбор, – хитро протянул император, глядя мне в глаза. – Мне то же самое и шоколадный торт на десерт.
Я сглотнула. Император шумно втянул воздух носом и заставил себя взглянуть на робко замершую подавальщицу.
– И облепиховый чай с апельсином. Благодарю.
– Ожидайте, – подавальщица поклонилась и удалилась, придерживая подол коричневого платья.
– Гм… я бы хотела уточнить, – произнесла, ощущая, будто в горле мешает ком.
Император сложил под подбородком руки, показывая, что весь во внимании.
– Из каких стран будут невесты? – произнесла бесстрастно.
Величество разочарованно вздохнул и откинулся на спинку плетёного стула.
– Вы всё о делах, а я думал, что интересен вам, – протянул шутливо. – В списке, что я вам дал, Эмма, есть вся информация. А сейчас, я не хочу говорить об отборе.
– Чего же вы хотите? – поинтересовалась неожиданно глухо.
– Узнать тебя получше… – многозначительно протянул император.
Бегло скользнула языком по губе, ощущая грохот сердца в груди, и медленно кивнула.
– Спрашивайте, постараюсь ответить.
– О, я не сомневаюсь, – иронично усмехнулся он. – Старания тебе не занимать. Даже не терпится узнать, на что ты ещё способна…
От двусмысленности фраз закружилась голова. Надеюсь, я стойко вынесу общение с этим мужчиной и не паду безвольной куклой к его ногам.
Такие, как Сайрон де Га, опасны и превосходны в искусстве обольщения, не стоит поддаваться на его сладкие речи. Иначе наша сделка напрасна. Ничего не выйдет.
Я должна во чтобы то ни стало сохранять ясность мысли и перестать уже тонуть в этих гипнотический чёрных глазах…
– Чем ты занималась в свободное время? Наверняка у тебя его было достаточно? – поинтересовался император, опираясь на одну руку, вольготно устроившись в кресле. Обратила внимание, что он не любит сидеть чинно, сохраняя благородный вид. В поведении величества насквозь скользило хулиганство, чувствовался бунтарский дух, хотя на первый взгляд так не скажешь.
– Полагаю, вам моя жизнь после замужества представлялась беззаботной, – вымолвила, подавив улыбку. – В действительности, я занималась тем, что каждодневно поддерживала репутацию Фредерика. Камердинер подбирал ему туалет, но одобряла его я. Я была в курсе всех столичных новостей, тщательно следила за устраиваемыми светскими приёмами, которые Фредерику следует посетить, чтобы завести выгодные знакомства. Знала, как умаслить хозяина вечера, кокой презент преподнести, чтобы он остался не просто доволен, но и был расположен к обсуждению деловых вопросов. В мои обязанности также входило просмотр почты и составление расписания на день. Я хотела стать незаменимой, – призналась открыто, не мигая глядя в глаза императора и ничем не выдавая горечь обиды, которая душила.
Как бы я не была благодарна Фредерику, ничего не могла поделать с этим едким чувством, которое взращивалось годами. Мне хотелось стать для этого благородного мужчины не просто «милой Эммой», Эммой, которая найдёт выход из любой сложной ситуации и поможет завязать «бабочку»… Хотелось стать любимой. Чтобы на меня наконец посмотрели с восхищением и… желанием.
Император задумчиво стучал пальцами по гладкому подбородку.
– Выходит, ты выполняла роль секретаря?
– Фредерик мог сделать так, чтобы меня не стало, просто исчезла, будь я бесполезна. Мог потом счастливо жениться на другой, завели бы детишек… Я чётко это осознавала, как и то, кем являлась на самом деле, поэтому делала всё возможное и невозможное, чтобы у мужа даже мысли подобной не возникало. Избавиться от меня… – произнесла, не дрогнув. Мне нечего стыдиться.
– Даже так? – ровно поинтересовался император, вперев в меня пристальный взгляд.
… подавальщица принесла часть заказанных блюд, давая мне передышку.
Она украдкой поглядывала на императора и мучительно старалась скрыть румянец на щеках, склоняя голову всё ниже. Понимаю бедняжку, сложно находиться рядом с таким харизматичным мужчиной, а когда он ещё и император…
– Спасибо, – вежливо поблагодарила, придвигая к себе тарелку с супом и потянулась к корзинке с приборами.
– Ты не чувствовала себя… зажато? Напряженно? Не казалось, что тобой пользуются? – спросил величество, стоило подавальщице покинуть террасу.
Предусмотрительно протёрла ложку бумажной салфеткой и невозмутимо зачерпнула бледно-жёлтый бульон.
– Фредерик заботился обо мне и уважал. Наши отношения… были скорее между дружескими и деловыми. Он никогда не давал понять жестом или словом, что я ему чем-то обязана. Я сама это знала. За двенадцать лет мы ни разу не поссорились.
Император шумно втянул носом воздух, покосился на дымящийся ароматный суп и снова посмотрел на меня.
– Разве тебе не хотелось, чтобы тебя любили просто за то, что ты это ты?
Вопрос бы выбил из лёгких воздух, но я была к нему готова. Проглотила пикантный с привкусом сливок бульон и ответила:
– Может быть и хотелось. Но я умею отличать реальность от фантазий. В конце концов, в деловых отношениях проще чем в любви, верно? Есть договорённости и рамки, которых просто стоит придерживаться. В любви всё сумбурно, она не поддаётся контролю, от неё много проблем и неудобств…
