— Он много работает и, как правило, завтракает и ужинает у себя в кабинете. — строго проинформировала меня мачеха. — Так что его редко можно тут застать. А пока познакомься со своими братом и сёстрами.
— Будем знакомы! Я Александра. — представился я им.
— Я Анастасия. — улыбнулась одна из девушке.
— А я Екатерина! — хмыкнула вторая.
— Николай. — буркнул парень, глядя на меня из-под бровей.
— Прекрасно, дети! Вы столько времени только слышали о своей сестре, но теперь можете познакомиться с ней поближе! — похвалила их императрица. — Но — после ужина!
Ужин был такой, что еда в горло не лезла. Кроме нас пятерых, тут стоял целый десяток слуг, которые меняли блюда и столовые приборы, а за каждым ещё и стояло по горничной, даже за Николаем. Такую неловкость я испытывал лишь однажды, когда в командировке в Британии зашел в туалет, а там оказался туалетный служка, следящий, чтоб все благородные господа хорошо оправились.
Мои новые родственники оказались до тошноты правильными. «Будьте любезны, маменька, передайте нам», «Дети! Кушайте не торопясь! Саша, убери локти со стола!», «Александра, не соблаговолишь ли опробовать этот яичный салат?» и всё такое. Даже у Нины Фёдоровны не было так душно! Хоть она и пыталась из нас сделать благородных девушек, но вчерашние детдомовки развлекались и веселились за столом, а не чопорно «принимали пищу».
Наконец, мы поели, и Анна Вильгельминовна удалилась, уведя за собой всех слуг. Николай тоже быстро поднялся и свалил, а вот сестрички уходить не спешили.
— Так ты и есть та Александра, да? — они подошли ко мне, рассматривая с интересом, который не смели проявить при матери.
— Я Александра, хотя и не знаю, что за «та самая». — я тоже осмотрел их с головы до ног.
А рослые уже девахи! Даже не уступают мне, а ведь я уже сто семьдесят пять. Развитые не по годом, с какой-то злобной хитринкой в глазах. Или мне так показалось.
— Та самая — это из-за которой родители чуть не поругались. — объяснила Анастасия.
— А они никогда не ругаются. Вообще. — объяснила Екатерина.
— Не поругались и ладно. — пожал плечами.
— Ты не такая, как тебя описывали. — с сомнением протянула Анастасия.
— Мы думали, ты меньше и невзрачней. — безжалостно сообщила Екатерина.
— Уже нет. — я фыркнул. — А что? Это проблема?
— Ещё не знаем. — синхронно сказали сёстры и засмеялись.
— Ха! — я ухмыльнулся такой их реакции. — А вы вот совсем такие, какими я вас и представляла.
— Да? И какие же мы? — полюбопытствовала Екатерина.
— Ох, пусть мои впечатления останутся при мне. — не стал я говорить.
— Как хочешь. — переглянувшись с сестрой, хмыкнула Анастасия. — Но в семье все должны делиться своими мыслями!
— Ага. — поддакнула Екатерина.
— У нас разные представления о том, что должно быть в семье.
— Это потому, что у тебя её никогда не было! Ха-ха-ха! — снова в унисон выпалили сёстры.
— Может быть. — я пожал плечами, сдерживая раздражение. — Но я есть такая, какая я есть.
— Ха-ха-ха! — они только рассмеялись. — Пока, сестричка, ещё увидимся.
Развернувшись, они вышли из столовой. А я ещё минут десять сидел, переваривая разговор. Что это вообще было? Что они хотели узнать?
Уф! С этой семейкой будет сложновато ужиться.
Глава 12
С каждым днём я всё больше убеждался, что это не дворец, а тюрьма. По крайней мере для меня. Комфортный, удобный, где у меня есть всё, что мне хочется. Кроме свободы.
Причём моих новоявленных братьев и сестёр выпускали наружу без проблем. Конечно же, с солидной охраной — у сестёр-близняшек и у младшего сына, Николая, было по три Грандмага в охране. А у старшего, цесаревича Михаила, аж целый Архимаг Земли и четыре Грандмага. Я это не видел, окна моих комнат выходят в сад, но магу моего уровня не надо смотреть глазами, чтоб что-то увидеть.
А вот меня не выпускали!
Уже на второй день тут мне надоело сидеть в четырёх стенах. После четырёхчасового урока с Серафимой, который был настолько же унылым, насколько я это ожидал, я решил прогуляться по парку. Москва начала марта не так чтоб особо приятное место для прогулок, мороз градусов двенадцать, снег, холод. Но я всё равно оделся потеплее и пошел гулять в парк в сопровождении одной из фрейлин, Софии. Должен же кто-то за мной следить, да?
Парк тут был прекрасный, надо признать. Красивый, дорожки все убраны, ни клочка льда на них, всё выглядит так красиво и по-зимнему празднично, что я заподозрил, будто маги Льда и Воды делают искусственные сугробы красивых форм. А может, так а самом деле и есть, везде тут чувствовался лёгкий флёр магической силы.
Я быстро прошелся сквозь него и направился к гаражу, откуда моя семейка уезжала на машинах. Я, что ли, самый рыжий, что так же не могу? Хочу съездить в город, осмотреться!
— Простите, Ваше Высочество, но за вами пока не закреплена машины. — развёл руками мастер гаража. — Да к тому же, нет никаких указаний по поводу обязательной охраны для членов императорской семьи, а без охраны мы не имеем права выдавать вам средство передвижения.
— Я обойдусь и без охраны. — уверил я его.
— Что вы, что вы, царевна! — даже испугался мастер. — Особы вашего положения обязаны передвигаться только с охраной! Спросите у вашего батюшки или у матушки, Их Величества выделят охрану — и пожалуйте, найдём вам машину!
Развернувшись, я пошел обратно в парк, не солоно хлебавши. Да уж, без охраны никуда выходить нельзя, а охрану ещё хрен допросишься. Зуб даю, если я к кому-то из «родителей» обращусь, то меня отбреют с чем-то вроде «сейчас нет лишних людей, Грандмаги на деревьях не растут, сиди тут и учись».
На всякий случай сходил к центральному въезду на территорию дворца. Там дежурил целый десяток Мастеров в полной боевой экипировке, от артефактов прямо таки светились в магическом зрении. Да и сами ворота были лишь декорацией, дворец защищали мощные заклинания, без разрешающих меток никто не мог въехать сюда. А может, и выехать.
— Царевна Александра! Что вас привело сюда? — вышел ко мне начальник смены, пока остальные пялились на меня через окна КПП.
— Я хотела бы прогуляться по городу. Но машины нет, так что я решила пешочком пройтись. — я как можно добрее улыбнулся.
— Простите, Ваше Высочество, на счёт вас нет указаний выпускать за территорию дворца. — с искренним смущением отказал мне охранник. — Не можем вас выпустить, с нас потом спросят.
— Я вообще-то царевна! Разве моё желание ничего не значит? — я всё же попытался продавить служивого.
Мне это не очень хотелось, он-то ни в чём не виноват, просто выполняет приказы. Но клетка, в которой меня заперли, действовала мне на нервы.
— Ваши желания имеют большое значение, царевна. — заверил меня начальник. — Но воля Его Величества Императора ясна и однозначна — без разрешения никого нельзя впускать и выпускать. Даже если это вы, Александра Павловна. Прошу меня простить.
— Я понимаю. — кивнул и пошел обратно в парк.
Только перед самым уходом немного «толкнул» защитный купол дворца, продавливая его и считывая ответ. Мда, солидная штука, даже с Огненным Мечом не уверен, что смогу пробить в нём достаточно большую дыру, чтоб выбраться отсюда.
В этом проклятом дворце даже Тень и Глубина закрыты! В Тени так и шастают некромантские духи-охранники, целыми стаями. Если поодиночке они слабы, то десятками и сотнями задавят любого сунувшегося. Но если кто-то сможет подавить их, то вторым слоем идут сети Света, опутают и выкинут из Тени всех, кто обойдёт каким-то образом духов.
Проклятье! Я боялся гиперопеки у мамы, но попал в тюрьму у папы! И ведь даже не прорвёшься сквозь всю защиту, однозначно будут жертвы, да и не факт, что амулет, пропускающий наружу, сработает, если я его силой отниму у охранника какого.
Побродив на улице, я вернулся к себе.
Ну что ж, императорская семья не хочет отпускать меня дальше дворца. То ли опасаются, что я ударюсь в загул и угар, роняя их честь, пересплю с половиной Москвы и таким образом лишу их возможности пристроить меня куда надо. То ли ещё что. Опасаются, что негативно настроенные ко мне аристократы захотят придушить меня в тёмном переулке? И среди русской аристократии, и тем более германской таких хватало. В любом случае я сижу под замком.
