Но что, если он просто сделал жирный намёк? Типа, Саша, ты тут никто, потому что у тебя нет поддержки. Так давай забудем все наши разногласия и подружимся, уж мы тебя поддержим, чай, почти родственники. Мы тебя поддержим, а ты, девчуля, будешь наших советов слушаться. Может, даже за нашего Владика замуж выйдешь, он хороший мальчик, пусть и ссытся и косой.
Короче, Меншиков хочет стать весьма близким Императору через меня. А взамен даст мне какую-то поддержку, семья Меншиковых весьма сильная и богатая всё же. Или видимость поддержки. Он-то считает, что она мне нужна, и я всеми силами буду её искать теперь, после его совета. Вот и бросит кость, приманив курицей.
Нет! Даже если это такой намёк, то пошел он в задницу! Я уже видел, как поступают Меншиковы с теми, кого они считают ниже себя. Или ненужными для них. Какую-то дружбу с такой семейкой будет заводить разве что какой-то дурак.
Тем временем приём подходил к концу. Я думал, гости будут рассасываться, но нет — они ещё больше скучковались для фотосессий. Со мной, с сёстрами, с обоими братьями — для такого даже Николай откуда-то вынырнул, всё с той же равнодушной мордой. Даже на фотках он не улыбался, впрочем, сегодня в центре внимания был я. Отец с мачехой показались перед самым закрытием, поблагодарили гостей, что те пришли на праздник, и быстро исчезли. И вот теперь гости стали расходиться, делясь друг с другом впечатлениями.
Фууух! Я утомился гораздо больше, чем ожидал. Нервное напряжение, хождения туда-сюда, разговоры с людьми, которым ещё и улыбаться надо… Всё это забрало столько сил, сколько не каждый бой сможет. Так что я с удовольствием вернулся к себе, рухнул на кровать и решил лежать тут и не шевелиться до следующего приёма.
Но мне не дали. Прибежали фрейлины под главенством горничной, быстренько раздели меня и запихнули в ванну, куда налили пару литров какой-то химии. Там я с полчаса мариновался, потом меня вынули, вытерли и ещё с час делали массаж, разминая каждый сантиметр тушки. И только после этого, нарядив в пижаму, разрешили пойти в постель.
Ну что ж. В положении царевны есть свои плюсы, надо признать.
Награды за приём, который вроде бы прошел хорошо, я дождался только через неделю. Вечером, после ужина, ко мне зашла Серафима и чопорно заявила, что меня к себе просит батюшка. Не заставляя себя ждать, я отложил медные кругляши и направился в кабинет.
— Добрый вечер, батюшка. — поприветствовал я его, как и полагается.
— Добрый, дочка. — он кивнул, потёр усталое лицо, потом улыбнулся. — Присаживайся.
Я тут же устроился в кресле.
— Спасибо, что хорошо выполнила мою просьбу. — подтвердил мои догадки император. — Гости остались довольными. И убеждёнными, что мы друг с другом ладим.
— Мне почти не пришлось играть. — пождал плечами. — Ведь между мной и семьёй нет разлада.
— Нет? — я смог его слегка удивить.
— Нет. — и через секунду добавил. — Хотя и лада тоже нет. Прости, батюшка, но мы так и остались чужими друг для друга. Я не знаю, как это можно изменить.
Ну ещё бы! Наши контакты с семьёй ограничивались завтраками и ужинами, на которых все вели себя холодно-учтиво. И отца не было, к которому я всё же питал некие тёплые чувства. И гад Михаил так и не появился, хотя я его просил разбавить ту компанию.
— Я знаю. — грустно подтвердил отец. — Анна мне рассказывает всё как есть. Признаюсь, у нас тоже нет идей, как всё изменить, чтоб ты считала нас настоящей твоей семьёй. Это должно случиться само собой, насильно мил не будешь.
— Вы правы, батюшка.
— Ну да ладно! Время у нас есть. — он открыл ящик стола, достал оттуда небольшой плоский пенал, положил на стол и подтолкнул ко мне. — Обещанная мной награда. Примерь!
Аккуратно взял пенал и открыл его. Там на бархатной подложке лежал кулон — небольшая изумрудная звезда в обрамлении серебристого металла в виде розы. К кулону прилагалась цепочка из того же серебристого металла.
— Это так… красиво! — девочка Саша внутри меня пищала от радости. — Благодарю, батюшка.
— Ты заслужила. Надень.
Взял кулон, осторожно накинул на шею цепочку. Цепочка была довольно короткой, кулон расположился не где-то между сисек, а довольно высоко, почти у шеи. Ну и хорошо, в принципе. Я прикоснулся к нему рукой, ввёл внутрь свою силу, интересно же посмотреть, какой там объём. Изумруд жадно поглотил мою силу, потом слегка нагрелся — и без возражений раскрылся, показывая своё внутренне пространство.
— Ого! — не сдержался я. — Оно же огромное! Куб с десятиметровыми гранями! Я полдворца туда запихнуть могу!
— Ну, пожалуй, не полдворца. — отец довольно усмехнулся. — Но да. Деды постарались.
— Деды? — удивлённо посмотрел на него.
— Ну да. Оба твоих дедушки. Из своих запасов достали изумруд, лет так сто назад вынесенный из руин, добавили немного активированной платины — и две недели зачаровывали его для тебя.
Если правда, что он сказал… Да этому кулону цены нет! Не знаю, что за изумруд это, но явно не простой, раз такой объём держит без проблем. Да и активированная платина — алхимический металл, идеален для артефактов, но труднополучаем. Настолько трудно, что мало кто из аристократов его видел и уж тем более имел артефакты с ним. Но если так, то у меня на шее сейчас не то, что целое состояние, — за этот кулон можно небольшое государство купить.
— Я… я даже не знаю, могу ли я принять это. — за всё надо платить, а за такой подарок… Чёрт, да меня в долги вогнали до конца жизни! — Это слишком для меня…
— Не говори глупостей. Твои дедушки старались для своей внучки, в этом и есть суть семьи, тут материальный блага ничего не значат перед родной кровью. — отец вдруг залихвацки мне подмигнул. — Просто как-то наведайся к ним и поблагодари.
— Обязательно! Только где они?
— Уже лет шестнадцать, как безвылазно сидят на Колыме — говорят, там рыбалка хорошая. — отец засмеялся, я тоже улыбнулся, но он вдруг резко стал серьёзным. — Они и правда там. После того, как отец передал мне трон, он с братом уехал на Колыму и живёт там, «в единении с природой», как они оба говорят.
— Хорошо. Я их обязательно навещу. — пообещал я. — А я уж подумал, почему «два дедушки», если должен быть один. Со стороны матери дед вряд ли сидел бы на Колыме…
— Ну да! — отец расхохотался, будто я удачно сострил. — После той истории они живут там.
— Какой «той истории»?
— Хм. — император слегка поёрзал, устраиваясь поудобнее. — Тебе надо знать, Саша, что наша семья имеет свои тёмные пятна. Одно из них появилось совсем недавно. Вот тебе вопрос — тебя не удивило, что я так рано стал цесаревичем и Императором? Обычно на престол встают лет в восемьдесят, а то и сто, когда предыдущий Император умирает.
— Признаюсь, я в эти дебри не влезала. В открытых источниках писали, что какое-то несчастье случилось с семьями старшего и среднего сына предыдущего Императора, поэтому младший сын, то есть вы, батюшка, взошел на престол после отказа от него старого Императора. — я вспомнил, чему нас учили на уроках истории и что я сам раскопал, изучая императорскую семью.
— Всё примерно так и есть. — отец кивнул, его лицо стало задумчивым и печальным. Не то, что он не мог держать лицо, я уже замечал, что может, но при мне, видимо, решил не скрываться за масками. — По крайней мере в официальной интерпретации. Но так как ты часть семьи, то я расскажу, как было на самом деле. Но поклянись мне, что дальше этого кабинета эта информация не уйдёт.
— Клянусь!
— Эх! — император достал из бара спиртное, налил себе в стакан немного, выпил глоток. — Твой дядя, мой средний брат, очень любил власть. Но, к его сожалению, ему она не доставалась — он был вторым сыном, что лишало его права на престол. Если только первый не умрёт…
— Он… убил своего старшего брата⁈ — догадался я.
— Да. Нанял убийц-Теневиков, которые убили Дмитрия, моего старшего брата, вместе с его семьёй — наследники же не должны были остаться в живых. Потом, когда слуги их обнаружили, он же изо всех сил помогал выследить убийц, на самом деле запутывая расследование.
