Закончив тираду, по продолжительности превышавшую все, что он сказал до этого, ярндаг замолчал. Прошептав что-то эртене Хэл крепче сжал деревянный амулет на шее. Не став садиться обратно на скамью, друид вышел из-за стола. Бросив взгляд на Хакара парень ткнул себя пальцем в грудь, после немного помедлив, указал куда-то в сторону. Лучник догадался, что тот указывает в сторону рощи, куда ранее отослал волкула и понимающе кивнул.
Не став больше задерживаться, друид коротко кивнул Арку и Ринале, явно благодаря за ужин, и скрылся за дверью. За столом повисла гробовая тишина. Аркум, опустившийся обратно за стол, стал снова раскуривать трубку. Сидевшая рядом с ним блондинка задумчиво крутила в руках ложку и нет-нет да поглядывая на Крину. Рыжая сидела неестественно выпрямившись, словно жердь проглотила, и сверлила взглядом дверь. Хвель, стоявший рядом, места себе не находил. Подобная безэмоциональность девушки его пугала, от чего он совсем перестал понимать, что ему делать.
Хакар тоже не спешил нарушать тишину, а вот Мари, неожиданно для всех, задумчиво спросила:
— А почему он про глаза Хвеля сказал?
Столь невинный и неважный вопрос прозвучал удивительно громко, разрушив царившую до этого тишину. Скрипнула лавка, Крина резко поднялась на ноги и не говоря ни слова выскочила за дверь. Ринала тоже привстала, но опередивший ее Хвельгрин успокаивающе махнул ладонью, и первым последовал за рыжей. Клирик осталась на месте, решив доверить северянину заботу о пиромантше.
— Я глупость спросила? — Мари вся сжалась, решив, что это из-за нее Крина выбежала из дома.
— Нет, что ты, — замахала ладонью Ринала. — Ты же знаешь, ей сейчас непросто. Оставим их вдвоем, думаю Хвель поможет ей прийти в себя.
— Может мне извиниться? — смущенно предложила юная Охотница.
— Не думаю, что тебе есть за что, — покачал головой Арк. — Хакар, насчет того, что говорил Хэл. Все и правда так серьезно?
— Ты о том, что его услышат и Боги Пламени?
Аркум кивнул, прикрыв глаза.
— Не думаю, что Хэл врал, — после короткого раздумья заговорил брильемец. — Это правда, что для друида важнее всего язык и слова, которые он произносит.
— Как для меня сердце, — вспомнила слова Хэла Ринала. — То есть вера в себя и силу моих Богов. В моем случае даже не зная слов молитвы или писания, просто искренне веря человек может сотворить Чудо.
Хакар кивнул, собираясь с мыслями. Воспользовавшись паузой в разговор, вновь вмешалась Мари:
— У Крины он назвал ладони, потому что она вырезает статуэтки?
— Верно, — улыбнулась блондинка. — Ведь именно в них она держит заготовку и нож.
— А Хвель тогда что? — не унималась черноволосая.
— Точно, ты же не видела, как он впал в Божественную Ярость, — вспомнила Ринала. — Это сила Богов его народа. Не самая редкая способность, но и северяне на юге – не частые гости. Фактически воин становиться чуть ли не вместилищем Бога. Тот глядит на мир через его глаза, помогает сражаться и двигаться телу. Поэтому подходить к северянину, когда он впал в Ярость, опасно. На тебя будет глядеть не твой друг, а Бог, какая-то его частичка, если быть точным. А Боги существа своенравные, им нет дела до нас, смертных.
— А насчет слов Хэла то что? — усмехнулся Аркум, дождавшись окончания короткой лекции блондинки.
— Все так, как он и говорил, — пожал плечами Хакар. — Если он поможет Крине, то привлечет внимание ее Богов, а это плохо для нее же закончиться. Она и так по грани ходит. Как по мне оно того не стоит.
— Н-да, дела, — Аркум выпустил дым через ноздри. — А было бы неплохо, помоги он ей. Все же пиромант в своем уме нам бы пригодился.
— Арк! — пихнула его ногой Ринала. — Она же наша подруга.
— Подруга, — кивнул лидер. — И я буду последним, кто от нее отвернется, даже если она сойдет с ума и начнет резать все живое. Точнее жечь. Только вот факт остается фактом – пиромант полностью в своем уме для нас был бы очень кстати. А вообще пошлите спать, хватит на сегодня странностей.
Сказ четвертый. Гильдия
Появление друида не сильно изменило порядок жизни как Охотников, так и местных крестьян. Хэл почти не бывал в деревне, предпочитая бродить по лесам и густым зарослям вдоль реки. Аркум не совсем понимал, что он там пытался найти, но в чужие дела не лез. Видимо друид, проживший два десятка лет в самой чаще Брильемских лесов, мог найти что-то интересное даже здесь, в совсем юных рощах и дубравах.
С Охотниками Хэл больше не заговаривал. Разве что с Хакаром общался жестами, пока тот не ушел обратно на хутор. Но ближе к вечеру парень всегда возвращался на Красную гору ради того, чтобы отведать стряпни Риналы. И каждый раз благодарил блондинку за ужин глубоких поклоном. Да еще притащил целую вязанку каких-то трав, в который Аркум ничего не понимал, но судя по восторгу девушки, наловчившейся готовить на большую компанию, та видела применение этому подарку. Не сказать, что Арка подобное поведение друида зацепило, но после пусть и странного, но подарка, он немного иначе взглянул на Хэла. Но Мари, с которой Хакар говорил перед отъездом, его успокоила:
— Хэлу просто ее похлебка понравилась, только и всего. Не пытается он у тебя Риналу увести, — хитро улыбнулась девушка.
— Глупостей то не неси, — нахмурился мужчина. — Не боюсь я что кого-то там уведут.
— Боишься ведь, — продолжила поддразнивать юная Охотница.
— Ой, да… Темные Боги с тобой. Пусть он ей хоть весь лес перетаскает, — фыркнул Аркум, заканчивая тот разговор.
Пытаясь разобраться в себе Арк так и не смог понять, как относиться к Ринале. С одной стороны, что его останавливает от хоть каких-то действий? Тем более, что тогда в Свеле, когда они лишь чудом не отправились на Жернова, девушка сделала первый шаг. Но после этого все как-то замерло. Ни Арк, ни Ринала не спешили ничего предпринимать, разве что на едине стали чуть более приветливы друг к другу. Чувство несвоевременности подобных отношений останавливало Аркума от чего-то большего.
Задумчиво покрутив в руках расшитый платок, Арк встряхнул головой, прогоняя странные мысли, и встал с крыльца.
— Сперва поход, а потом думать буду, что с жизнью своей делать, — злобно буркнул мужчина.
Направившись на деревенскую площадь, просто чтобы занять время, Аркум заметил легкую суету у дома старосты. Спасаясь от безделья Охотник тут же свернул в ту сторону. «Может гонец из Торлина приехал?» – на ходу подумал мужчина, чувствуя, как его вновь пробрала легкая дрожь и предвкушение. Опасности и битвы пугали опытного Охотника куда меньше, чем ожидание и попытки разобраться в самом себе.
Аркум был близок к правде, пытаясь разгадать причину суеты. Из Торлина прилетел почтовый голубь, принесший приказ группе вернуться в город. Но староста с передачей послания решил не спешить, желая сохранить защиту деревни. На его беду Арк очень невовремя оказался на площади.
— Как же так, господин Охотник, — причитал старик. — Вы если сейчас уедете, кто нас от тварей то стеречь будет?
— А ты мне предлагаешь до самой осени в вашей деревне ошиваться? — хмыкнул Аркум, сворачивая пергамент.
— Нет, конечно, но может вы как-то… ммм… придумаете что-то? Сами в Торлин съездите, все узнаете, а людей своих пока оставите? Или может вообще кто-то здесь остаться захочет, в поход этот не пойдет?
— Э, нет, старик, мои друзья идут со мной! Деревню мы только до жатвы сторожить должны были. А она уже полным ходом идет, так что нам отправляться пора.
— Но как же…
— Погоди, — прервал старосту Охотник. — Я один в город поеду, группа пока здесь остается. Но на время! День-два максимум. В Торлине насчет того, чтобы нас заменили я узнаю, а затем голубя пошлю обратно. И упаси тебя Лория снова попытаться письмо спрятать!
— Да чтоб мне пусто было! — осенил себя священным знаком старик.
Правда в Торлин Арк поехал не в одиночестве. Никто в группе не перечил решению лидера, но вот Хэл к отряду Охотников не принадлежал. Ввалившись на конюшню, где Арку уже седлали одну из лучших деревенских кобыл, друид ткнул сперва на себя, затем на лошадь, а после на лидера.
