— Игры разумов, — фыркнул я.
— На, держи, — Андрей протянул мне фальшивый паспорт. — Разрешение получено в электронном виде, оно уже лежит на охранном посту перед Данжем, его адрес на бумажке, внутри паспорта, — он шумно отхлебнул пиво и, тяжко вздохнув, продолжил: — Но перед этим давай-ка, присоединяйся к обсуждению. Ты что-нибудь узнал о Нахимовых? Близнецы-шпионы, которыми подменили Аврелия и Гавроша, ничего нового не рассказали. Они — пешки. С ними не делились информацией, их использовали вслепую. Я хотел их перевербовать, но… Мои ребята перестарались. Один особо ретивый долбоящер им языки отрезал, а потом пытал, потому что они ничего не могли сказать. Монстрячьи отродья, как с ними Аврелий справлялся⁈
— Ну, судя по всему, он сделал ставку на новую кровь, — предположил я.
— Новая кровь, — сквозь зубы процедил Андрей. — Из-за этого его и сдали Нахимовым. Даже не продали, понимаешь? — со злостью спросил он, словно, если бы предателям много заплатили, это бы как-то повысило качество их предательства. Ну, или не было бы так обидно. Мол, предали, но за какие деньги! Зацените, как дорого стоил Аврелий. Я сдержал улыбку, Андрей мог принять её на свой счёт. К тому же предательство за идею его, кажется, действительно сильно зацепило. Он залпом допил пиво, открыл новую бутылку, наполнил свой бокал и проговорил: — Крысы, которых мы вычислили, все как один боялись за свои жопы. Срались, что их вытурят на мороз с голой жопой.
— Не сказал бы, что они этого не заслуживают, — хмыкнул я. — Какой бы ни была изначальная задумка Аврелия, но под его крылом собрались отбросы из Академии и «СиДР».
— Не ляпни такое на людях, иначе я тебя морду набью, — икнул Андрей, который, похоже, был твёрдо намерен напиться в дрова. — Но так как мы сидим в тесной компании и никто на не слышит… Ты прав. Я бы половину лично сдал полиции, но испорчу свою репутацию. Кто пойдёт к командиру, который разбрасывается своими подчинёнными направо и налево? — он тяжко вздохнул. — Мда-а-а-а-а-а-а, новая кровь…
Миша, который до этого молча слушал, добавил:
— Я скорбеть по своему папаше не буду. Да и честно говоря, он сам себя закопал в могилу. Все твари, которых мы отловили, ну, предатели в смысле, так вот… В общем, Гаврош знатно им нагадил в кашу, да мало того — ещё и заставил её сожрать, поблагодарить и сказать, что было очень вкусно, — Миша осуждающе покачал головой. — Под старость лет Гаврош совсем помешался на деньгах и власти. Наши крысы тоже ничего нового не рассказали. К ним приходили шестёрки от каких-то аристократов, заманивали деньгами, обещали независимость. Вешали лапшу на уши, короче. Ни имён, ни координатов… А телефоны, на которые крысы звонили, сейчас вне зоны доступа, а некоторые так вообще не существуют.
— Так что в итоге? Убийство Гавроша и Аврелия нельзя связать с Нахимовыми? — уточнил я.
— Не подкопаешься, — покачал головой Андрей. — Так что на Нахимовых пришлось собирать информацию из других источников, но из-за ограниченного времени ничего важного получить не удалось. Просто подтвердилась парочка слухов… Секреты Полишинеля. Князь Нахимов изменяет жене, но его любовницы — аристократки, к ногтю их не прижмёшь, не нашего полёта птицы. И шантаж не прокатит — все, как назло, холостячки, ни у одной нет ревнивого мужа. Что там ещё… Нахимовы зарабатывают алхимией, на этом и поднялись. Активно вкладываются в артефакторику.
— Придётся повторить операцию с заводом? — спросил Миша. — Мы вычислили, куда его перенесли. Это сильно ударит по кошельку Нахимовых, — он вопросительно посмотрел на меня. — А ты чего-нибудь вынюхал?
— Во-первых, всем за этим стоит не весь Род Нахимовых, а конкретно один очень наглый майор, Дмитрий Нахимов, — произнёс я, начав издалека. — Ну как, Род в курсе, но делает вид, что ни о чём не подозревает, ждёт окончательного результата. Если Дмитрий проколется или из-за него Род потерпит убытки, то его, без сомнений, накажут. Сильно накажут. А во-вторых… — я выдержал театральную паузу. — Алхимический заводик, на который мы должны были напасть, давно не приносит прибыль. Там выпускали средство для мужской силы, но у этого зелья появился конкурент. Вы должны были слышать рекламу.
— Будь как часы, всегда на двенадцать? — рассмеялся Миша. — Серьёзно? Эта чушь?
— Реклама-то, может, и чушь, но таблетки очень действенные, как пишут в отзывах, — усмехнулся я. — Всё не так радужно, как хотят показать Нахимовы. Многие производства, принадлежащие их Роду, не выдерживают конкуренции. Нахимовы очень долго наслаждались заслуженными лаврами и не особо вкладывались в разработки. И теперь из-за этого их товары почти не покупают. Зачем платить за их Энергетик, если зелье Взрыв силы работает дольше и стоит дешевле? На данный момент у Нахимовых единственное производство, которое стабильно приносит прибыль, — это завод бытовых зелий. А свои надежды они возлагают на открытия, которые должна сделать их лаборатория. И завод, и лаба находятся в Питере. Ну что думаете, сможем уничтожить их подчистую?
— Скинь координаты, мы всё просчитаем, — протянул Андрей, его язык уже заметно заплетался.
— Гаврош хотел расшириться в Москву и Питер, так что полезные связи у меня там есть. Нужно всё оценить, но это займёт пару суток, не больше. Если пойдёт хорошо, то сможем прищучить этого Дмитрия уже через несколько дней. Если ты прав… — Миша пристально взглянул на меня. — То мы даже руки о него марать не будем. Род убьёт его за нас и заметёт всё под коврик, не станет мусор из избы выносить. И это к лучшему, потому что убийства аристократов расследуют тщательно, был бы риск, что и к нам подберутся.
— Тогда на связи, — я поднялся. — Пишите, звоните, шлите телеграммы.
Мы попрощались, и я вышел на улицу, глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Когда я выходил из гаражного кооператива, к нему как раз подъехало пять внедорожников — видимо, охрана Андрея и Михаила пожаловала. Я свернул на тёмную аллею, вытащил из фальшивого паспорта бумажку, на которой был написан адрес, и посветил телефоном. Данж располагался в пригороде Ставрополя. Чуть ниже был написан ещё один адрес, с припиской «духовка». Карты показали, что духовка находится буквально через дорог, в круглосуточной забегаловке — два в одном, фастфудная и духовочная станция для путешественников. Я спрятал телефон и устремился туда. Пора переходить на третий ранг!
* * *
Через час, гаражный кооператив Ронинов.
Артур никому и никогда не спускал оскорблений. А этот пацан его оскорбил! Посмел командовать — мол, Артур слишком быстро ездит, опасно, может кого-нибудь сбить. Ха, пусть смотрят на дорогу, когда переходят. Если попадут ему под колёса — то будут сами виноваты, не видят, что ли, как на них машина несётся? Артур сплюнул на землю и яростно растёр плевок ногой. Да ещё и эти разрезы… Пацан их не делал, но явно как-то в этом замешан. Вот сейчас и узнаем. Артур радостно оскалился, когда из-за угла вырулили три человека и направились к нему. В руках они держали биты. Артур шагнул вперёд и пожал им руки.
— Ну чо у тебя случилось? — спросил лучший друг Артура, Сенька Подберёзовик. Кличку тот свою получил после того, как напился до зелёных чертей и вырубился под берёзой в городском парке, а когда его повязали менты, он вырывался, обнимал бедное дерево и кричал, что он — гриб. — Кому в щи дать?
— Да одному уроду, — Артур показал на гаражный кооператив. — Он туда зашёл. Не знаю, в какой гараж, но не думаю, что ночью там таких додиков много. Короче, быстро его найдём, ноги переломаем и свалим.
— В чём вопрос, — загоготал Сенька. — Ноги ломать — не огород копать.
Крадучись, Артур и компания пошли к гаражному кооперативу. Сторожа на входе не обнаружилось, поэтому они без проблем проникли внутрь. Везде было темно, но из одной ракушки доносился шум — работал двигатель, играла задорная мелодия. Сенька с предвкушением поднял биту, Артур же подошёл к двери и резким движением её распахнул. Шесть амбалов в деловых костюмах с удивлением к ним повернулись, их руки потянулись к пистолетам, висящим на поясах. Сенька попятился, шокированно распахнув глаза. Его челюсть отвалилась, а руки дрожали так сильно, что выронили биту. Артур развернулся на пятках и бросился бежать, но врезался в человека, который незаметно подкрался к ним сзади. Грохнувшись на задницу, Артур испуганно поднял взгляд. Над ним стоял громадный мужик с перекошенным от злости лицом.
