— Петров, притащи с хранилища коробки по двухсот двадцатому делу и отремонтируйте нормально камеру, где грабители сидят!
В кабинете воцарилась напряжённая тишина. Адвокат с умиротворённым видом сидел в кресле для посетителей, сложив пальцы домиком. От него исходили волны превосходства и самоуверенности, на губах играла слабая полуулыбка. Князь Карпов и его жена расположились на диване — крепко обнялись и о чём-то тихо-тихо ворковали, голубки. Я устроился во втором кресле для посетителей и наблюдал за Олесием. Тот явно чувствовал себя очень некомфортно — нервно прохаживался по кабинету туда-сюда, выглядывал в окно, теребил рукава и время от времени что-то бормотал, но быстро обрывал себя на полуслове — видимо, вспоминал, что находится в кабинете не один.
— Вы даже не предложите беременной даме чаю? — неожиданно спросила княгиня Карпова, закатив глаза.
— Но тут нет чайника, — растерянно ответил Олесий, оробев перед прекрасной княгиней.
— Никакой заботы о посетителях, — поморщилась она.
Наконец, скрипнула дверь и через порог переступил парень со стойки регистрации — он подошёл к столу, поставил на него три небольших коробки и шустро ретировался. Олесий с торжеством открыл первую коробку и начал вытаскивать оттуда цифровые носители — флешки и диски. На прозрачных пакетах, в которых они лежали, были надписи, сделанные синим маркером: «Танцевальное наслаждение», «гаврош», «Голицын». Олесий достал из верхнего ящика стола ноутбук, включил и вставил в него одну из флешек.
— Что это? — полюбопытствовал адвокат.
— Видеозаписи, — ухмыльнулся Олесий. — Вы же хотели изучить доказательства?
— Хотел, — согласился адвокат, но было заметно, что он малость опешил. Неудивительно, я ведь, когда позвонил Карпову заранее, сказал, что меня вот-вот незаконно арестуют и что никаких доказательств нет, всё подстроено. А тут — получите и распишитесь, видео с подозреваемым в главной роли! К тому же Олесий прямо-таки лучился уверенностью в собственной правоте.
— Вот, полюбуйтесь, — Олесий повернул ноутбук к адвокату. Чета Карповых наклонилась вперёд, внимательно вглядываясь в экран, на котором появилось изображение стриптиз-клуба «Танцевальное наслаждение». Камера висела на улице, на стволе дерева — я её не заметил и подозреваю, что она была защищена специальным скрывающим артефактом. К зданию клуба подъехала большая машина, из которой высыпали люди в масках. Они забежали в клуб, через некоторое время вышли оттуда и уехали. Олесий сверился с документами — судя по всему, это было подробное описание видео, — подскочил, ткнул пальцем в экран и воскликнул: — Вот, сейчас!
И в этот момент экран потемнел, по нему побежали помехи.
— У вас есть копия? — поднял брови адвокат, сурово поджав губы.
— Я… Нет… Не знаю… — Олесий в панике начал перебирать бумаги. — Нет, у нас нет копии, её не успели снять!
— Что ж, давайте посмотрим другие записи, — предложил адвокат.
Бесполезная затея. Как только Тени доложили мне, что Нахимовы собрали на меня компромат, я велел Крабогному уничтожить улики. К сожалению, я не могу предусмотреть всё — впрочем, это что-то из разряда фантастики. Всегда обнаружатся непредвиденные обстоятельства, или в дело вмешается его величество случай. Как хорошо, что у меня есть Крабогном — он проникнет в любое, даже самое охраняемое, хранилище и с превеликим удовольствием там напроказничает. И мне польза, и ему развлечение. В общем, Олесий судорожно включал всё новые и новые записи, но результат был тем же — они были безвозвратно испорчены и восстановлению не подлежали.
— Печально, — заключил адвокат, когда Олесий бухнулся в своё кресло и дрожащей рукой вытер пот со лба. — Для вас печально. Мы обратимся в суд с просьбой, чтобы вас наказали по всей строгости закона. Конечно же, не конкретно вас, а ваше начальство и того следователя, который отвечал за дело многоуважаемого Марка Ломоносова. Кстати, я так понимаю, что он может идти?
— Обращайтесь, идите, — обречённым голосом протянул Олесий и как-то уже по инерции, без особой надежды, добавил: — Но перед этим мне нужно проверить печать фамилиара.
— Марк, ты обзавёлся фамилиаром? — подпрыгнул на диване Карпов.
— Меня зовут Дракоша, — представился, собственно, Дракоша, материализовавшись справа от князя. Всё это время он сидел рядом с четой Карповых. Те вздрогнули, ошарашенно на него уставившись. Дракоша улыбнулся во все… сколько у драконов зубов? Ну, по ощущениям, не меньше трёх сотен. В общем, Дракоша улыбнулся, да так, что от его улыбки даже Карпов подобрался, и выдохнул струйку пламени. Огонь застыл в воздухе, закрутился и превратился розу. Дракоша взял огненный цветок и протянул его княгине. Та робко поднесла к розе пальцы и, убедившись, что пламя её не обжигает, взяла цветок.
— Спасибо, — поблагодарила она.
— Вы очень красивая, — проговорил Дракоша и посмотрел на меня. — Вам нравится мой папа?
— Что? — переспросила растерявшаяся княгиня.
— Вам нравится мой папа? — терпеливо повторил Дракоша. — У нас нет мамы.
— Молодой человек, поумерьте пыл! — влез в этот странный разговор Карпов, демонстративно приобняв жену. — Мы женаты! Поищите маму в другом месте!
— Хорошо, — покладисто согласился Дракоша.
Я привлёк внимание Олесия и поторопил его:
— Давайте уже проверим печать, у меня сегодня много дел, а я даже не ужинал.
Олесий передал мне артефакт в виде фигурки собаки и объяснил:
— Вы должны дотронуться до него одновременно со своим фамилиаром. Если печать присутствует, артефакт загорится зелёным цветом. Если нет — красным.
Дракоша спрыгнул на пол и, забавно переваливаясь с бока на бок, подошёл к столу, взял фигурку собаки за хвост. Я положил пальцы на её голову. Я не знал, какую энергию и магические волны испускает печать фамилиара, да в этом и не было необходимости. Я просто чувствовал, как работает артефакт — где нужно добавить магии, а где требуется её забрать, чтобы получить необходимый цвет. Если сравнивать с игрой на пианино — то я просто нажимал заученный наизусть порядок клавиш, при этом не понимая ни музыкальной грамоты и не имея слуха. Грубой силой по тонким материям, так сказать. Лицо Олесия на мгновение перекосилось от разочарования, когда кабинет озарил зелёный свет.
— Свободны, — устало бросил он и добавил: — Все претензии можете передать дежурному.
Адвокат остался утрясать юридические вопросы, а мы с четой Карповых покинули участок. Князь активно зазывал меня в гости — видимо, надеялся с моей помощью найти лазейку и ускользнуть от грозной беременной жены, чтобы спустить в ближайшем казино несколько тысяч рублей. Но пришлось его разочаровать — я запланировал сегодня ночью посетить Данж и уже договорился встретиться с Андреем и Мишей. Они фактически стали новыми главами Ронинов и бандитской группировки соответственно. Попрощавшись с Карповыми, я устремился в ближайшее кафе — мой желудок возмущённо ворчал от голода и грозился переварить сам себя. Я представил сочный стейк из говядины и огромную миску обычного салата из помидоров и огурцов и застонал от предвкушения. Проходящая мимо женщина с осуждением на меня посмотрела, но я не обратил на это внимания — мои мысли занимала еда…
* * *
Краснодарское отделение полиции №2, через пару часов.
В кабинете номер двенадцать сидели двое — старший лейтенант Светлогоров и Дмитрий Нахимов. Они молчали. Светлогоров, словно хамелеон, постоянно изменял окраску — попеременно бледнел, краснел и зеленел. На его коже не осталось ожогов — драконий огонь ему не навредил, но вот брови и ресницы сильно опалило, из-за чего его лицо теперь выглядело немного странно — будто большую голову младенца надели на взрослое тело. Светлогоров боялся заговорить первым — он скрестил пальцы и молился своему покровителю, Даждьбогу. Он просто хотел выжить. Потому что всем известно — Дмитрий Нахимов не прощает ошибок. Если ты хорошо ему служишь, то он щедро тебя награждает. Но если где-то оступишься… Светлогоров передёрнул плечами.
