— Передам ему. Можешь ждать звонка! — Михаил улыбнулся, но потом замялся. — И ещё. Саша, тут такое дело. Завтра к тебе…
— Будут клеиться? — я с усмешкой посмотрел на него.
— А? Ты уже в курсе? Откуда?
— Да так. Слухами земля полнится. Но я уже знаю про это ваше состязание по соблазнению. Можешь не переживать.
— Хорошо. Раз так, то не буду тебе мешать с ужином. — он поднялся из кресла. — Приятного аппетита, Саша.
— Спасибо! — вздохнув про себя, я догнал уходящего Михаила и обнял сзади, прижавшись к спине. — Спасибо, что беспокоитесь обо мне. Мне это очень приятно!
— Мы же семья. — брат сжал слегка мою руку у запястья.
Ну вот, вроде он не подумал, что я как-то их не люблю. Или ещё что. Хоть во Франции мне больше нравится, но зачем жечь мосты и ссориться с российской семьёй? Он правильно сказал, мы же семья, кровь не обманешь.
В дверь постучали.
— Ну наконец-то! Входите!
— Добрый вечер, Ваше Высочество! — в дверь зашла женщина и поклонилась мне.
— Добрый, Серафима.
А она-то зачем ко мне явилась⁈ Вот кого я не хочу видеть, так её!
— Императрица Анна попросила меня узнать, в добром ли здравии вы, как поживаете, всё ли у вас хорошо, царевна?
— Я прекрасно поживаю, здорова и в порядке. Твоё дело сделано, Серафима, можешь возвращаться к себе.
— Конечно, госпожа. Но Её Величество приказало передать, что вам следовало бы поскорее возвращаться. Не стоит забывать, что вы Романова, и принадлежите к императорскому роду Российской Империи. Ваши французские родственники могут показаться привлекательными. Но помните, что именно они выбросили вас на улицу. — с наставительными нотками в голосе выдала фрейлина.
— Хорошо, я услышала тебя… и Анну Вильгельмовну. Можешь идти. — нетерпеливо взмахнул рукой, прогоняя женщину.
— Царевна, я бы рекомендовала вам очень внимательно запомнить эти слова вашей матушки. И не забывать, кто вы! — Серафима и не думала уходить, явно чувствуя себя тут главной.
— Не забывать, кто я? — переспросил, зло глядя на неё. — А ты, Серафима, не забыла, кто же я?
— Я всегда помню о вашем статусе, царевна. — она на отвали поклонилась, будто просто кивнула.
— Я всё же тебе напомню.
Серафима и дёрнуться не успела, как я схватил её телекинезом, приподнял над полом и стал понемногу выкручивать руки и ноги, сжимать шею. Подошел ближе к побледневшей, пыхтящей и хрипящей от боли и сдавленности шеи фрейлине.
— А я, дорогая моя Серафима, твоя царевна. Но не только. Я ещё и Архимаг. И вот ты приходишь ко мне, царевне-Архимагу, и ведёшь себя так, будто не ты моя фрейлина, а я твоя госпожа, а всё обстоит наоборот. И знаешь, мне это что-то совсем не нравится.
Буравя её взглядом, стал тянуть из неё тепло, как тогда, в Африке. Только совсем чуть-чуть. Так, чтоб у неё внутри всё похолодело и болело, мышцы стали вялыми, а кровь почти не грела.
— Никогда не забывай это, Серафима. Не забывай, кто я. Потому что я прощу тебе это один раз. Сейчас. Но больше прощать не намерена. ты ведь меня поняла и запомнила мои слова?
Фрейлина стала натужно кивать и фыркать, не в силах сказать что-то членораздельное.
Отпустил её, и Серафима рухнула на пол, хрипя и натужно дыша.
— Вставай, не пачкай мне ковёр. — приказал ей.
И она вскочила, будто ей пружину в задницу вставили! Выпрямилась, смотрит на меня полными страхом и злости глазами. Злись-злись, зато запомнишь лучше.
— Передай моей дражайшей мачехе Анне Вильгельмовне, что я благодарна ей за заботу обо мне. Но пока останусь гостить во Франции. И вообще везде, где посчитаю нужным. Но обязательно посещу и отчий дом. Когда мне это захочется. Запомнила.
— Да, госпожа!
— Прекрасно. А теперь уйди с моих глаз.
Кланяясь, женщина задом пятилась к двери, потом выскочила и всё.
Тьфу! Всё настроение после братьев испортила! Ещё мачеха это! Это она мне так напомнить хотела, кто в семье хозяйка? Да хрен там! Я сейчас могу быть самостоятельной! Просто из-за моей силы. И хрен что она сможет сделать, разве что послать команду из десятка Архимагов за мной. Вот только где она её возьмёт? Простолюдинов-архимагов, которых не очень много в этом мире, она вряд ли будет привлекать, они все на государственной службе, отец не даст им разрешения. А всякие князья и графы сочтут ниже своего достоинства гоняться по Европе за девчонкой. Наверное.
В дверь снова постучали. Я осторожно разрешил зайти и чуть не расплакался– это был слуга с целым столиком еды! Боги, как же я рад вас видеть, хорошие мои! Отслюнявив солидные чаевые, я стал наслаждаться своим ужином.
Глава 13
— Женщины, господа, любят сильных мужчин! Тех, кто совершают подвиги во имя их! Кто защищает их, создавая безопасную среду обитания. — разглагольствовал британский принц, которому повезло вчера выиграть право первого свидания. — Достаточно женщине увидеть такого мужчину, как она будет покорена его силой, несгибаемостью и настойчивостью. И сегодня я вам это наглядно продемонстрирую!
— Но, Гарри, мы же в гостиничном комплексе, в котором нет никого, кроме нас, слуг и охраны. Кто на неё нападать-то будет? — срезал его испанец, которому досталось второе место в очереди, и из-за этого он чувствовал себя слегка уязвлённым и приниженным.
— Естественно, всё учтено. Я приказал охране пропустить двух моих друзей… А что дальше будет, вы сами увидите. И потом плачьте и рыдайте, девочки, потому что я буду первым и последним!
Ответом ему было недоверчивое и даже насмешливое хмыканье. Гарри нашел хмыкавшего, нахмурился.
— Михаил, я вижу, ты в это не веришь? Думаешь, твоя сестра не поддастся на мои ухаживания?
— Я не очень хорошо знаю свою сестру, мы с ней и виделись-то хорошо, если пару раз. Но я знаю, что она не оранжерейный цветочек. Так что сомневаюсь. — цесаревич развёл руками.
— Просто ты ни разу не видел, как действует профессионал. — голос Гарри был полон пафоса.
— Возможно, возможно. Но я ставлю дополнительно килограмм золота, что у Гарри ничего не выйдет!
— А я ставлю два, что у меня всё получится!
— Поддерживаю! И я! Я тоже! Присоединяюсь! — послышалось от других наследников.
— Победитель получает всё. — подмигнул Михаилу Гарри. — А теперь, господа, пора приступать! Принцесса Александра как аз спускается на завтрак!
Позёвывая, спускаюсь к завтраку. Полночи не спал, переживал из-за визита Серафимы. Зря я, наверное, повёл себя так с ней. Она же глаза и уши императрицы рядом со мной, а я ей по морде надавал, так сказать. Точно она что-то наврёт Анне Вильгельмовне, а та какую-то гадость сделает. В чём в чём мои французские родственники правы, так это в недоверии к германцам. Надо было мягче обойтись с ней, но фарш назад не прокрутишь. Эх! Вот и не мог заснуть, прикидывая, чего ожидать. Получается не очень много, так-то я никуда особо не вовлечён, чтоб меня чего-то лишать. Но мачеха может, к примеру, повлиять на отца, чтоб тот не спускал мне в будущем всякое разное.
Ладно, посмотрим, что там будет. А пока надо хотя бы поесть!
Я уже был на первом этаже и шел на запах еды, как из бокового коридора выскочили два каких-то мутных типа, схватили меня за руки и впихнули в боковую комнату. А там как на заказ никого нет, зато роскошный диван и парочка кресел со столом.
Хм, это уже что? начало чехарды с соблазнением? Вряд ли кто попало сюда попасть может — нашу безопасность обеспечивают целых семь Архимагов и больше шести десятков Грандмагов, я чувствовал их присутствие вокруг гостиницы. Поэтому шваль всякая сюда и на расстояние выстрела ракетой не попадут. Ха! Тем более, у этих «бандитов», судя по грязной одежде, ручки холёные, мягкие, без мозолей, ноготки аккуратно подстрижены. И пахнут они дорогими духами и одеколонами, слегка приглушенно из-за одежды, которую они у кого-то явно забрали, но мой-то нос всё улавливает.
— Ха-ха! Хорошая нам тёлочка попалась! — голосом опереточного злодея проговорил тот, что повыше.
