— Ненависти в ней оказалось слишком много. Мало того, это чувство успело отравить все остальные. Поэтому первые попытки пробудить хоть что-нибудь теплое заканчивались… намного хуже, чем я рассчитывала. Пришлось подходить к решению проблемы от противного — цепляться к фразе «Третий ребенок не заменит двух погибших…», выворачивать наизнанку свою душу и плавно подводить беседу к сравнению «зон риска» жены наследника престола и среднестатистической свободной оперативницы.
Тут я услышал в ее голосе какие-то странные нотки и подобрался. Как оказалось, зря:
— Перед тем, как описывать образ этой самой «среднестатистической свободной оперативницы», я намеренно вынесла за скобки все хорошее — то, что люблю тебя, Марину и Дашу больше жизни, что живу одними вами и что ни за что на свете не променяю это настоящее ни на какое другое — поэтому описанная картина получилась страшноватой. И Ромодановскую проняло: она вдруг сообразила, что наша жизнь начнется только после выхода в отставку, а шансы до нее дожить, мягко выражаясь, невелики. Вот и посочувствовала. А сочувствие к нам и пролитые слезы заметно ослабили внутреннее напряжение. В общем, месяцев через девять-десять в их семье случится пополнение…
Глава 32
26–28 августа 2470 по ЕГК.
…В Бейджин просочились через зону перехода с КС четыре-девяносто девять, «огляделись» и прыгнули ко второй планете. Флотов, тренирующихся в режиме парадных, «рядом» с областью выхода из внутрисистемного прыжка не обнаружилось — их, как вскоре выяснилось, оттянули к «шарику». Чтобы усилить группировку еще из двадцати двух. Да-да, мы не обсчитались: «возле» каждой орбитальной крепости «висело» по флоту. Причем — судя по плотности радиообмена между кораблями — пребывавшему в оранжевом режиме!
Я удивился. Так как знал, что паниковать Императору Поднебесной пока не с чего. Вот и поделился своими наблюдениями с Ромодановским, висевшим в системе вторым темпом. И услышал более чем логичные объяснения:
— Чжан Чжифэн Хайфэн перестраховывается. Де-юре — из-за того, что все еще не задавил оппозицию из родни, возмущенной отце- и братоубийствами. Де-факто — из страха перед Воздаянием. Ибо далеко не дурак и понимает, что охота на ведьм, устроенная моим отцом в ССНА, может оказаться обычной акцией прикрытия.
— Акция прикрытия, за время проведения которой оперативники первого отдела уничтожили нового президента, четырех членов его Кабинета и девять конгрессменов? — недоверчиво уточнила Кара, давным-давно избавившаяся от излишнего пиетета перед Цесаревичем.
— Ну да: интересы Империи никто не отменял… — холодно усмехнулась аватарка Игоря Олеговича и добавила: — … а эти личности либо уже мешали, либо должны были. Поэтому от них и избавились. По уважительной причине. Ведь информация о том, что искин «Периметра» успел идентифицировать китайскую «Тень», на сторону не ушла, и все Человечество считает, что мое крыло дворцового комплекса взорвали сотрудники амеровских спецслужб.
— А для чего Чжан устроил эту диверсию? — осторожно спросила Маша.
Наследник престола помрачнел, но на вопрос ответил:
— По уверениям наших аналитиков, сразу по нескольким причинам. Во-первых, он мстил за испытанное унижение — мы не позволили ему ощутить себя величайшим завоевателем всех времен и народов, отказались считать его договоренности с амерами детской шалостью, заставили подписать позорный мирный договор и продавили воистину сумасшедшие репарации. Во-вторых, он убил отца, но власть еще не забрал. Вот и пытался продемонстрировать ближайшему окружению решительность, бескомпромиссность и бесстрашие. В-третьих, понимал, что первая же выплата репараций позволит этим самым конкурентам обвинить его в слабости, а единовременная гибель Императора, наследника престола и самых влиятельных представителей нашего рода гарантированно спровоцирует начало междоусобицы, которая позволит «списать» все долги, и так далее. Говоря иными словами, выход он придумал толковый. Но опоздал. Буквально на полторы недели — мы развернули первую очередь «Периметра», а этот комплекс оказался намного более эффективным, чем амеровская сеть низкоорбитальных анализаторов. Кстати, помнится, в ваш прошлый рейд небо над Чжунду только начинали закрывать этой дрянью. А насколько большое «пятно» она защищает сейчас?
— Увидим. Минут через двадцать пять-тридцать… — пообещал я, заводя «Наваждение» в стандартную спираль. А через полчасика подсветил алым эту самую сеть и пять меток мини-«Сеятелей», потерзал расчетно-аналитический блок и поделился с напарницами, Цесаревичем и его супругой результатами своих умозаключений:
— Китайцы накрыли «зонтиком» не только Запретный Город и столичную агломерацию, но и своего рода «полосу отчуждения» шириной в две тысячи километров, а вот эти борта продолжают ее расширять. Но расширяют заметно медленнее, чем могли бы. Причем не из-за недостатка комплектующих…
— А из-за чего? — хмуро поинтересовался Ромодановский, догадавшись, что я сотрясаю воздух не просто так.
Я подсветил зеленым два первых попавшихся соседних анализатора, с помощью программного маркера соединил их линией того же цвета, добавил информационную плашку с цифрой и провел еще по одной линии. От каждой метки к поверхности. Пока вывешивал плашки, народ молчал. А после того, как в них появились похожие цифры, прозрела Марина:
— Расстояния между анализаторами и планетой практически идентичны. Следовательно, анализаторы «держат» процентов пятьдесят пять расстояния между ними и поверхностью, а оставшаяся часть контролируется наземными датчиками!
— Их монтировать в разы дольше… — подхватила Темникова, а Костина закончила это утверждение:
— … ибо секретные, а значит, нуждаются в надежной защите!
— Значит, соваться под «зонтик» — форменное самоубийство? — хмуро спросила Екатерина Петровна.
Я подтвердил. И Ромодановская, скрипнув зубами, задала «логичный» вопрос:
— Раз Запретный Город защищен не только стандартными оружейными системами, но и этими анализаторами, значит, сбрасывать на него «Морану» — абсолютно бессмысленно. Получается, что нам надо ставить крест на своих планах и уходить домой несолоно хлебавши?
Марина насмешливо фыркнула, Ослепительные Красотки прыснули, а Игорь Олегович снял с моего языка правильный ответ:
— Катюш, столкновения с реальностью не выдержал только самый примитивный план. А Тор Ульфович и его напарницы специализируются на нестандартных. Так что не падай духом…
…Первый этап «нестандартного плана» реализовывали почти сутки. Из-за крайне неудобного графика движения тяжелых транспортников, паранойи китайцев и толики невезения. Впрочем, время, убитое на ожидание, мы потратили ни разу не впустую. То есть, за компанию с гордостью Поднебесной Империи — сверхтяжелым орбитальным промышленным комплексом, выпускавшим высокотехнологичную электронику — искусственным светилом, по большим праздникам превращающим ночь в день, и сверхтяжелой орбитальной верфью заминировали по одному «Желтому Дракону» в шести флотах, болтавшихся в непосредственной близости к Запретному Городу.
В процессе задолбались до полусмерти. Мы с Карой. Ибо на шестом часу «бессмысленного» кружения вокруг планеты в приказном порядке отправили Дашу, Машу и Ромодановских отдыхать. Зато после того, как «выехали» за пределы третьей «сплошной» сферы из масс-детекторов на «лошадке» и ушли в условно безопасную точку пространства, подняли эту четверку, сообщили, что готовы к началу Возмездия, и выделили пятнадцать минут на одевание, перемещение в «учебную» каюту и подключение к системе вторым темпом. Увы, противоперегрузочных кресел хватило не на всех, так что блондиночке, проигравшей очередной турнир, пришлось довольствоваться «картинкой» в отдельном окне ТК. Но девчонка не роптала — принайтовала себя к переборке и уронила мне в личку плюсик. Вот я и сфокусировал внимание зрителей на изображении с оптического умножителя:
— Итак, перед вами — линкор «Желтый Дракон», судя по интенсивности радиообмена, являющийся флагманом этого конкретного флота. По большому счету, подрывать его необязательно, но неразбериха во флотах, висящих рядом со столичной агломерацией, упростит реализацию наших задумок. Поэтому… он превращается в шар из обломков. Одновременно еще с пятью такими же линкорами…
