— Кирилл Павлович, ничего критичного, но для надёжности нужно заменить. Дайте часа три.
Сжал кулаки. Три часа. Целая вечность.
— У тебя есть два, Ефим Алексеевич, — жёстко ответил я. — Мы не можем терять больше.
— Постараюсь, — без особой уверенности отозвался инженер.
Понимал, что торопить его сильнее — значит рисковать качеством ремонта. Но и задерживаться здесь было опасно. Каждый час простоя работал на врага.
Я и Ольга стояли на палубе «Гордости графа», наблюдая за суетой вокруг «Мороси».
— Нервы на пределе? — тихо спросила девушка, её плечо слегка касалось моего.
— Что-то вроде того, — вздохнул я.
И тут же представил, что веду группу студентов на сложнейший эксперимент, а они то пробирки роняют, то реагенты путают. Такое же чувство.
Невольно улыбнулся.
— Мы в пути, — Оля погладила меня по руке. — Это главное. Все остальное мелочи, они неизбежны.
Внезапно её улыбка сменилась настороженным выражением.
Ольга смотрела куда-то в сторону. Я проследил за её взглядом.
К нашему дирижаблю на вёртком планере приближалась одинокая фигура. Пилот управлял аппаратом с виртуозной лёгкостью, что выдавало в нём сильного воздушного мага.
Планер лихо развернулся и аккуратно приземлился на открытую палубу, предназначенную для боевых магов. Из кокпита поднялась девушка в практичном кожаном реглане.
Это была Софья Потоцкая, младшая сестра моей спутницы.
Ольга ахнула и бросилась к ней.
Сёстры обнялись, но объятие было коротким. Они отошли в сторону и начали тихий, но оживлённый разговор. Я видел, как Софья что-то горячо доказывала, жестикулируя, а Ольга слушала, склонив голову набок.
Спустя несколько минут Ольга подошла ко мне.
— Кирилл, хочу попросить тебя об одолжении.
— Полагаю, оно связано с твоей сестрой? — я скрестил руки на груди.
— Да. Она хочет присоединиться к экспедиции.
Я фыркнул. Софья Потоцкая присоединилась к мятежу против Императора, но лично мне ничего плохого не сделала.
Да, девушка была своенравна, амбициозна, вспыльчива и вечно старалась всех охмурить, но магом-воздушником она была отменным.
— Оля, ты серьёзно?
— Кирилл, ей это нужно. Ты же работал с Соней на бронепоезде «Могучий». Она способна на многое и с тех пор стала ещё сильнее. Софья достигла седьмого уровня.
Я невольно присвистнул.
Седьмой уровень владения стихией — советник. Для её возраста это невероятное достижение.
— Как? — не удержался я от вопроса.
— Она… она не щадила себя, — в голосе Ольги прозвучала боль. — Записывалась на любую, даже самую опасную экспедицию, которая уходила к границам империи. Охотилась, рисковала, прокачивала свою магию в настоящих боях. Софья хочет обелить имя, заслужить прощение Императора. Для неё это вопрос чести.
— Для неё это вопрос одержимости, — холодно парировал я. — А одержимые люди в рискованной экспедиции — это непредсказуемая переменная.
— Она сильный маг-воздушник, Кирилл! — настаивала Ольга. — Ещё один маг такого уровня на борту это не риск, а преимущество. Я ручаюсь за неё. Если что, — девушка замялась, — смогу повлиять на сестру.
Последняя фраза была сказана тише, но я уловил её смысл. Моя спутница напоминала о способностях зоокинеза, которым, впрочем, можно воздействовать и на людей. Оля предлагала быть предохранителем.
Я закрыл глаза, взвешивая риски.
Логика говорила: сильный маг — это всегда плюс.
Эмоции кричали: это проблемная личность. Но Ольга, чьё мнение и трезвомыслие я научился ценить, просила за сестру и брала на себя ответственность.
Открыв глаза, я посмотрел на Софью.
Она стояла у своего планера, прямая как стрела, взгляд устремлён на меня. В нём не было прежнего кокетства, лишь решимость.
— Хорошо, — кивнул я. — Софья может лететь с нами на «Гордости». Но предупреди её: одно неверное движение, одна попытка саботировать приказы или устроить выяснение отношений — и я лично вышвырну за борт без парашюта. Понятно?
Ольга улыбнулась и с облегчением кивнула.
— Спасибо, Кирилл. Она не подведёт.
Я лишь хмыкнул в ответ.
В этой экспедиции и без того хватало переменных. Теперь добавилась ещё одна. Оставалось надеяться, что коэффициент полезного действия Софьи перевесит коэффициент её проблемности.
— Итого, мы отстаём от графика почти на шесть часов, — холодно констатировал я, глядя на людей, собравшихся на мостике. — Это неприятно, но не критично. К плато мы должны теперь прийти не на рассвете, как планировали, а ближе к полудню.
Черепанов, вызванный по коммуникатору с «Мороси», доложил, что все неполадки устранены.
— Спасибо, Ефим Алексеевич. Держитесь там, — я отключил связь и обвёл взглядом совет. — Вопросов по «Мороси» нет. Несмотря на задержки, я принял решение двигаться дальше сегодня же. Мы не будем оставаться здесь на ночь.
Это вызвало лёгкий ропот.
Капитан «Грозы», молодой, но амбициозный маг воздуха Иван Пилютов, позволил себе возразить:
— Кирилл Павлович, многие из знатных участников… — он красноречиво кашлянул, — выражают недовольство. Они надеялись посетить Синибирск с его увеселительными заведениями.
На ум тут же пришёл шумный трактир «Колибри».
— Я знаю, что они «выражают недовольство». Более того, мне доложили, что между родами Жаровых и Дубовых едва не дошло до дуэли во время погрузки. Поэтому мы и улетаем. Сейчас.
Я ткнул пальцем в карту, в район пятого круга.
— Погода в следующем секторе сейчас идеальная: штиль, ясно. Кто знает, что будет через двенадцать часов? Если налетит шторм, мы потеряем не шесть часов, а все двадцать четыре, а то и больше, лавируя против ветра и тратя магические ресурсы на стабилизацию. Наши корабли справятся, да. Но зачем рисковать? Мы движемся сейчас, пока условия благоприятны. А всем недовольным господам передайте: следующий, кто посмеет саботировать экспедицию ради посещения кабака, будет немедленно отстранён от «Величайшей охоты» и отправлен домой на первом же попутном судне. Его имя будет вычеркнуто из всех списков, а о причине отстранения узнает вся империя через «Новогородский вестник». Понятно?
Пилютов кивнул.
— Так точно, ваше сиятельство.
— Тогда к исполнению. Отчаливаем через полчаса.
Переход в пятый круг состоялся, но снова неидеально. Эскадра растянулась. «Гордость графа» первой пересекла портал, разверзшийся в багровых сумерках этого мира.
Тут же дирижабль окружила стая кораблей «Серых воронов». Основная конструкция — уродливое скопление десятка шаров — висела поодаль. А как минимум сорок юрких летательных аппаратов с гарпунами на носу начали брать нас в кольцо.
Я стоял на мостике, поднеся к глазам бинокль. На капитанском мостике «Воронов» я разглядел коренастого детину без уха. Он что-то кричал своим людям, размахивая руками.
Цеппелин, стоявший рядом, потирал руки, и его усы дёргались в предвкушении.
— Ну что, Кирилл, наконец-то! Мы их сейчас проучим, да? Давно я ждал случая свести счёты!
Рядом вспыхнул голос Софьи:
— Да, давайте! Разрешите, я их шквальным ветром разнесу в клочья! Пусть знают, с кем связываются!
Я опустил бинокль и неодобрительно посмотрел на неё.
— Успокойтесь, мадемуазель Потоцкая. Никаких шквалов, — затем повернулся к Мирославе, стоящей за штурвалом. — Приказ экипажу: не открывать огонь. Держаться на текущей позиции у точки выхода из портала.
В этот же миг проход схлопнулся. Ни «Гроза», ни «Ливень» с «Моросью» не появились. Видимо, снова какие-то заминки. Мы остались одни в окружении растущей стаи пиратов.
«Вороны», ободрённые нашим бездействием и изоляцией, стали наглеть. Одна из шлюпок, рискнув, метнула абордажный гарпун. Тяжёлый наконечник с глухим стуком вонзился в обшивку ниже рубки, и толстый канат начал натягиваться.
— Кирилл! — непонимающе смотрел Цеппелин.
— Спокойно, Фердинанд, — я был абсолютно хладнокровен. — Маги воздуха, поднимите защитный купол.
