Вопросов у… хм… Йенсен появилось предостаточно. И все — по делу. Поэтому следующие четверть часа она их задавала, а я отвечал. Потом Инна пожелала нам хорошего вечера и ушла домой, а мы натравили дроидов на стол, полчасика поленились и умотали собираться…
…К хорошо знакомому балкону Императорского дворца подошли на «Зубастике», подняли на борт Императора с Императрицей и четверку самых доверенных телохранителей, вернулись в «Вороново» и влетели на летную палубу «Черномора». Там Ослепительные Красотки продолжили развлекать венценосных пассажиров в каюте их сына, а мы с Карой перебрались в рубку крейсера, спрятали его под «шапку» и оторвали от посадочного квадрата. А через час десять зависли над озером Щучье, передали управление Фениксу, вернулись в рубку «яхты» и уже на ней спланировали к «Домику Рыбака».
К этому моменту Ромодановские, получавшие мои Ценные Указания через Марину и Темникову с Костиной, успели переодеться в теплую одежду и спуститься в трюм. Так что я сходу начал развлекаться — опустил аппарель, активировал один эволюционник и, вращая корабль вокруг вертикальной оси, показал государю с государыней заснеженные горы, еловый лес и коттедж, арендованный с левого идентификатора с большим запасом, то есть, на трое суток.
Восхитились оба и поблагодарили за приятный сюрприз сначала девчат, стоявших рядом, затем потолочную камеру — то есть, нас — и позвонили сыну, который помог уговорить родителей на эту «авантюру», убедил провести в неведении почти два часа и взял на себя ответственность за любые последствия перед телохранителями.
Кстати, Ромодановские спустились на помост только после того, как мои «Буяны» разбежались по округе, а охрана получила доступ к биосканерам, убедилась, что в радиусе действия аппаратуры наших кораблей нет ни души, и дала добро на это «сумасшествие». Зато Татьяна Борисовна со спокойным сердцем отправилась изучать домик, а ее супруг осмотрел удочки, стоявшие в специальных держателях, дождался меня и, плавясь от предвкушения, задал вопрос на засыпку:
— Тор Ульфович, скажите, пожалуйста, а что тут с наживкой, и что в этом озере реально поймать?
Я процитировал статью из Сети, скачанную как раз на этот случай:
— Тут водится восемь промысловых видов рыб. Но лучше всего ловятся форель, белый байкальский хариус и таймень.
— Таймень⁈ — изумленно переспросил Император, который, по словам Цесаревича, в юности был заядлым рыболовом, дождался подтверждающего кивка и покосился на спиннинги: — А снасти рассчитаны на их силу и вес?
— Конечно! Кстати, во-он в том эллинге имеется небольшой, но очень устойчивый катамаран, его эхолот позволяет находить нужный вид рыб, а вот в этом шкафу можно найти все необходимое, начиная с десятка видов наживок и заканчивая «вертушками».
Ромодановский качнулся, было, к шкафчику, но невероятным усилием воли удержал себя на месте и задал последний «важный» вопрос:
— А какую площадь прикрывает маскировочное поле крейсера?
Я невольно улыбнулся:
— Государь, нас прикрывает два корабля. Так что «Зубастик» повисит над коттеджем, а «Черномор» спрячет от спутников вас и ваших телохранителей.
Он тоже улыбнулся:
— Что ж, раз вы с Игорем предусмотрели даже это, спрашивать, чем ваши подруги займут мою супругу, не вижу смысла. Поэтому начинаю отдыхать… с предложения составить мне компанию. Что скажете?
— Почту за честь. Хотя, откровенно говоря, никогда не рыбачил.
— Почему?
— Меня дрессировал свободный оперативник ССО, искренне считавший смену типа нагрузки единственно возможным видом отдыха. Кстати, я ни в коем случае не жалуюсь: наука дяди позволила мне выжить, и я ему искренне благодарен…
…Ну, что я могу сказать о рыбалке? Сначала мне было скучно. Ведь катамараном управлял один из телохранителей государя, а он сам не отлипал от экрана эхолота и командовал «рулевым». Первые десять-двенадцать минут сидения на одном месте с удочкой наперевес тоже не обрадовали. А потом у Олега Николаевича клюнуло, он вовремя подсек и… я получил возможность оценить силу, буйный нрав и вес «рыбки»: для того, чтобы вывести ее к сачку, потребовалось порядка четверти часа и совместные усилия двух не самых слабых мужчин! Почему? Да потому, что Ромодановскому повезло поймать тайменя весом за два десятка килограммов!
Размеры этого чудовища пробудили во мне нешуточный энтузиазм, так что я сфокусировал внимание на поплавке и… четыре раза подряд дергал удилище чуть раньше, чем требовалось. Да, поучаствовал в вытягивании еще одного тайменя — килограммов на одиннадцать-двенадцать — но эта победа не удовлетворила. Зато потом повезло и мне — я насадил свою рыбину на крючок, добрых минут двадцать воевал с ней в одно рыло, подтянул к плавсредству и, каюсь, обломался. Самую чуточку. Так как этот таймень оказался чуть меньше самого первого. Впрочем, это чувство быстро уступило место гордости, и я, услышав возглас Императора «Ловим дальше!», с нешуточным энтузиазмом согласился с этим решением. Вот и забыл обо всем на свете еще часа на два с лишним. Зато поймал еще одну рыбину под все те же двадцать килограммов, упустил еще одну и помог Ромодановскому вытащить его третью, четвертую и пятую.
Потом мы с Ромодановским сделали по десятку голографий с уловом и решили вернуться к дамам. «Рулевой» сразу же тронул катамаран «с места», а самодержец вставил спиннинг в крепеж, полюбовался заснеженными горами и слегка напряг:
— Тор Ульфович, помнится, Игорь говорил, что на вашем «Зубастике» есть медкапсулы. Это так?
— Да, три штуки. Причем профессиональные. А Мария Александровна умеет выжимать из них максимум возможного… — ответил я и встревоженно спросил: — Что-нибудь потянули?
Он отрицательно помотал головой:
— Нет. Но чуть-чуть перенапрягся, из-за чего завтра буду чувствовать себя разбитым. Поэтому хотелось бы восстановиться еще сегодня.
— Не проблема — опущу корабль к помосту… после того, как дамы оценят наш улов.
— Правильное решение! — довольно хохотнул Император, покосился на «приближающийся» коттедж и поинтересовался, чем все это время занималась его жена.
Я посмотрел в ту же сторону и сказал чистую правду:
— По уверениям Игоря Олеговича, Татьяна Борисовна в детстве мечтала стать скульптором. Мы приобрели набор разноцветной самозатвердевающей полимерной глины и посоветовали вашей супруге выключить коммуникатор. Она согласилась. И, вроде как, развлекалась… в тишине и спокойствии. Но ее работы девчата мне не показали — заявили, что нас ждет сюрприз…
…Первыми сюрприз устроили мы, продемонстрировав Императрице и моим девчатам, высыпавшим на причал, пойманных тайменей, наслушались комплиментов и согласились с предложением Даши нажарить стейков. Потом телохранители утащили улов на прекрасно оборудованную кухню, а дамы подхватили нас под локотки, завели в гостиную и показали результаты «развлечений» Ромодановской. Нет, одна из статуэток рыбака действительно вызвала улыбку откровенной несерьезностью.
Но остальные три удивили. Как качеством проработки, так и количеством труда, вложенного в каждую мини-композицию. Впрочем, больше всего лично меня восхитило выражение лица рыбака в шапке с козырьком и его обветренные губы — да, этот тип шел домой с уловом, но был уверен, что он не порадует.
Кстати, эту фигурку Татьяна Борисовна подарила мне. После того, как выслушала искренние комплименты и поблагодарила за сумасшедший отдых. А потом перевела взгляд на мужа, едва заметно мотнула головой, безмолвно спрашивая, как он себя чувствует, и получила нормальный ответ:
— В восторге. Но немного устал. Поэтому полчасика полежу в медкапсуле — Тор Ульфович уже в курсе и готов опустить к нам свой корабль.
Опустил. Подождал, пока Костина вместе с венценосным пациентом «исчезнут» за границей маскировочного поля, и спросил у Темниковой, не нужна ли ей, часом, помощь с чисткой, потрошением и разделкой рыбы. Но был послан лесом и ею, и Завадской. Поэтому по просьбе Татьяны Борисовны растопил настоящий дровяной камин и пододвинул к нему два кресла. Потом помог женщине опуститься в правое, сел в левое, несколько минут зеркалил ее поведение — то есть, молча смотрел на разгорающееся пламя и не шевелился. А после того, как по-настоящему потерялся в своих мыслях, услышал первый вопрос и был вынужден вернуться в реальность:
