"Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Макичев Игорь Сергеевич

После этой фразы Ромодановский выпил то ли воду, то ли минералку из бокала, стоявшего за пределами моего поля зрения, на миг расфокусировал взгляд и вздохнул:

— Да, чуть не забыл: Катерина передала вам и вашим подругам большой привет и… глубочайшие извинения. За то, что мы, Ромодановские, регулярно вынуждаем вас забывать о таких персональных праздниках, как дни рождения, и за то, что свой вы встретите в гипере. Я тоже прошу прощения. Хотя знаю, что вы — человек дела и не обижались. На этом, пожа— … Хотя нет, не все: мне сообщили, что ваша Слуга сравнивает тактико-технические характеристики гражданских автоматических систем защиты поместий и консультируется с экспертами с профильных форумов. Попросите ее не тратить время на ерунду: мы не собираемся демонтировать специальные системы, которые установили, превращая «Цитадель» в поместье-ловушку. Более того, выделим вам все, что потребуется, с баз Спецстроя. Ибо союзников, на которых мы, Ромодановские, можем положиться в любой ситуации, раз два и обчелся. Вот теперь точно все. Привет верным напарницам и до связи в ваш день рождения…

Глава 26

28 ноября 2470 по ЕГК.

…Субъективно день моего рождения начался с умопомрачительно буйного «поздравления» Марины в душевой кабинке — именно оно заставило меня потерять голову, ухнуть в омут страсти, выпасть из реальности на… очень уж короткую Вечность и, в конечном итоге, свело с ума ощущением полного и всепоглощающего счастья. Впрочем, стоило мне переступить через порог каюты и увидеть взгляды Красоток, как оказалось, что испытываемого счастья катастрофически мало. Вот руки сами собой и сгребли в объятия подлетевших девчат, а критическое мышление отключилось. Поэтому я «тискал» их ничуть не менее энергично, чем они меня, отвечал на поцелуи и умудрялся кружить на пятачке между стенами и кроватью. Увы, в какой-то момент во взгляде Темниковой появилось чувство вины, и мой «автопилот» принял меры — сначала уронил нас на покрывало, затем уставился на страдалицу, «почему-то» оказавшуюся сверху, и потребовал колоться.

— Я не подумала, что этот рейд затянется настолько сильно, поэтому не купила подарок… — убито призналась она и получила по заднице. Причем не от меня, а от Маши с Мариной. А я обозвал ее дурехой и сказал чистую правду:

— Эмоции, которые вы мне дарите, кружат голову в разы сильнее любых подарков!

— Подарки — это еще одна грань внимания… — возразила она. Пришлось «лечить»:

— Я с удовольствием порадуюсь и им. Но после того, как мы вернемся на Белогорье. А в данный момент мне не хватает счастья в твоих глазах. В общем, прекращай киснуть и…

— … радуй так, как можешь! — продолжила Костина и игриво подколола: — Или уступи самое козырное место мне: я неплохо представляю, как можно радовать в этом положении, и уже извелась от желания проверить теорию на практике!

— Уступлю… — покладисто согласилась страдалица и задурила: — … но чуть попозже — после того, как проверю на практике свои представления!

И ведь «проверила» — поцеловала меня в шею, заявила, что это волнует, и как-то резко оказалась сидящей на бедрах с горящим лицом:

— Действительно волнует. Настолько сильно, что можно допрыгаться. Пойду-ка я остывать…

— А мне остывать нельзя… — мурлыкнула блондиночка, приподнялась на локте и задала вопрос на засыпку: — Тор, ты готов принять мой подарок?

— Конечно!

— Тогда закрой глаза и не открывай, пока не разрешу…

Я выполнил это требование, не задумываясь. И даже спрятал лицо в сгибе локтя. Потом почувствовал, что девчонка встает, и минуты три-четыре вслушивался то в тихий шелест, то в смешки подружек. А потом из динамиков раздался начальный проигрыш «Take it or leave it…», Завадская пихнула в бок, а Маша разрешила смотреть, и я, торопливо сев, невольно облизал губы: почти весь свет оказался выключен, незнакомая голограмма превратила дальнюю часть каюты в уютный бар, а на крошечной «сцене» обнаружилась Костина. В ярко-красном коктейльном платье, в туфельках на высоченных каблуках и с новыми драгоценностями.

Первого движения начинающегося танца я не заметил — оно получилось невероятно медленным и тягучим, а я в тот момент потерялся в глазах подруги, смотревшей в стену за моим плечом, и, кажется, даже не дышал.

Зато потом меня кинуло в жар, хотя в следующем движении не было ничего «такого» — девушка просто «заметила меня и вспыхнула». Но в этой вспышке было настолько много искренней радости, сумасшедшего желания и безумного предвкушения, что у меня помутилось в голове и пересохло во рту. Но это были еще цветочки. А ягодки… ягодки начали сводить с ума с короткого шага навстречу, взгляда-обещания и движения-намека на то, что Маша помнит все, что между нами было, и жаждет нового безумия.

Скажу честно: скажи мне кто-нибудь за считанные минуты до начала этого «выступления», что танцем можно передавать такие нюансы ощущений, счел бы, что надо мной подшучивают или издеваются. Но талант Костиной заставил раствориться в «рассказываемой» истории ее самозабвенной любви и в сумасшедшем желании, напрочь вырубил критическое мышление и, что самое безумное, пробудил ответные чувства: я любил эту девушку так же сильно, как она меня, и сгорал от того же желания, что и она!

Слава богу, это желание было… хм… «неправильным», что ли? То есть, не торопило, а заставляло оттягивать срыв в чувственное безумие, чтобы оно ударило в голову еще сильнее. Да и композиция длительностью чуть меньше трех минут не позволила сорваться с нарезки. Но в тот момент, когда музыка затихла, а полностью обнаженная танцовщица замерла в неподвижности, я сглотнул и… спрятал то, что творилось в душе, за первым же комплиментом, пришедшим в голову:

— Маш, это не стриптиз, а оружие массового поражения…

— Так и есть… — подтвердила Темникова, обнаружившаяся где-то справа, и ляпнула: — Если тебя захотела даже я, то боюсь представить, что испытывает Йенсен!

— Он все еще в чувствах Костиной… — заявила Марина и добавила: — И я вместе с ним…

Тут у меня, наконец, включился разум и заставил вспомнить, что танец исполнялся для меня:

— Маш, спасибо за подарок. Но назвать его великолепным я, прости, не могу: этот танец создала ТЫ. И ТЫ вдохнула в него чувства, заставившие нас прожить эту историю вместе с тобой. В общем…

— … Тор считает подарком ТЕБЯ и ищет взглядом ленточку с красивым бантом! — ехидно подхватила Даша и жизнерадостно рассмеялась.

Я тоже улыбнулся. А потом встал с кровати, подошел к блондиночке, сиявшей на зависть любому светилу, обнял и… дал волю крайне нескромному желанию:

— Маш, я — вернейший поклонник твоего таланта и уже мечтаю о новом танце. Ты создашь его для меня?

…Сумасшедшее «послевкусие» от стриптиза Костиной кружило голову до девяти утра по внутрикорабельному времени. А потом в «Контакт» начали падать первые сообщения с поздравлениями, и я был вынужден переключить внимание на них. Впрочем, от девчонок так и не отлип — лежал, обложившись ими, как какой-нибудь падишах, млел от испытываемых ими чувств, делал комплимент за комплиментом и при любой возможности любовался то одной, то второй, то третьей. Благо, монологи Ахматова-старшего, Сугавара Наои и Глеба Романовича Нестерова за душу не зацепили.

Монолог Богдана Агеева прослушал с куда большим интересом — во-первых, во взгляде и словах владельца «Прометея» не ощущалось расчета, а, во-вторых, он сообщил, что третий и четвертый «Бореи» практически готовы, соответственно, их можно будет забрать уже шестого-седьмого декабря.

Поздравление Мегеры слегка загрузило: закончив «обязательную» часть монолога, Горчакова сочла необходимым описать проблемы, назревающие у Ульяны, и предложить по два варианта решения каждой. Что, увы, включило мне голову и заставило задуматься о будущем друзей, подруг и их близких. Зато «дополнения» к пожеланиям Инны снова вернули в настоящее и помогли расслабиться:

— А теперь поделюсь приятными новостями: тщетные попытки Ниловых, Черноглазовых и Порошиных размазать интерес жителей Империи к фильму «Подонки» вбросами в Сеть фейковых новостей, видеозаписей безобразных скандалов в высшем свете, сгенерированных искинами типа «Режиссер», и проплаченным разводом двух звезд молодежного сериала «Пламя Любви» с треском провалились. Согласно статистике, «Подонков» посмотрело порядка семидесяти одного процента населения Империи. Впрочем, даже если цифра и завышена, то не так уж и сильно: в Сети Белогорья продолжается бурное обсуждение современных «Иванов, не помнящих родства», их вычеркивания из Бархатной Книги и предстоящей казни, а самые дурные ветераны недавней войны чуть было не спровоцировали начало охоты на ведьм — поиска «новой Пятой Колонны». Но лично меня больше всего радует другое: у вас и вашей команды появились защитники. Причем не только в Сети и среди мещан: если верить начальнику службы рисков нашего банка, то у родов, представители которых активнее всего предсказывали вашу скорую гибель от рук агентуры спецслужб ВТК, начались серьезнейшие проблемы — поставщики и клиенты родовых предприятий разрывают даже очень старые контракты, банки меняют условия обслуживания и так далее. А главе рода Квитницких, громче всего возмущавшемуся лоббированием Ромодановскими ваших интересов, отказали от дома главы то ли девяти, то ли десяти родов. В общем, у нас тут весело, и я с каждым днем получаю все больше и больше удовольствия от наблюдения за этим бардаком. На этом все. Еще раз поздравляю с днем рождения. До связи…