Жахнуло так, что даже у меня уши заложило. Но я успел рассмотреть комок разлетающейся лоскутами плоти, который отлетел в сторону. Два заряда картечи в упор — ультимативный аргумент.
Выкинув пустые гильзы, заменил их новыми патронами. Открыл рот, набирая воздух и пытаясь заставить уши снова слышать.
— Гоша, запали свечи, — рявкнул я в полный голос, держа обрез наготове.
Он вроде что-то ответил. Правда слов разобрать не вышло — уши всё ещё не хотели работать. Зато через несколько секунд рядом затрепетало пламя свечи. Всего одной, которую ушастик поднял с пола и зажёг. Но этого было достаточно, чтобы оценить ситуацию.
Останки дозорного лежали на полу. Измолоченное картечью месиво. Хотя, он в любом случае не походил больше на гоблина. Я даже головы сейчас рассмотреть не мог.
— И часто у вас такое? — слегка дрожащим голосом поинтересовался Румянцев. — Впервые слышу, чтобы сталкеры сами мглистыми тварями становились.
Голос доносился до меня глухо — уши всё ещё не слышали, как надо. Но я всё равно разобрал выстрелы и крики, что доносились из-за дверей бани. Сразу же рванув к выходу.
Их же двое там было на крыше. И хрен его знает, во что превратился второй.
Влетев в большой игровой зал, второго этажа, уставленный столами для покера, я обнаружил Йорика и нескольких гоблинов. Настороженно рассматривающих изрубленные куски плоти в центре комнаты.
— Мы справились, наставник, — проскрипел кобольд, поворачивая ко мне голову. — Но боюсь, сегодня в зоне отчуждения всем придётся несладко.
В правой руке бронированный падаван сжимал даргский меч. Я же невольно подумал, как бы всё обернулось, окажись на месте дозорных, он сам. Страшно подумать, насколько убийственным мог оказаться изменённый кобольд.
— Раненые есть? — окинул я взглядом коротышек. — Он успел кого-то зацепить?
Влетевший следом Гоша, притормозил рядом. Посмотрел на изрубленные части своего сородича.
— Крематорить их всех на медленном огне, — яростно выдохнул он. — Что за япство тут творится-то?
— Снаружи идёт странный дождь, учитель, — снова обратился ко мне Йорик. — Кью с Эспрой спрятались. Возможно не просто так.
Переглядывающиеся коротышки, которые кажется больше рассматривали друг друга, чем самих себя, в несколько голосов озвучили коллективный вердикт — раненых среди них нет. А я, не обращая внимания на шокированного Румянцева, который следовал за нами, устремился в коридор второго этажа. Тот, где имелась стеклянная стена.
И правда дождь. Правда, совсем слабый. Редкие чёрные капли, порой сверкающие синими искрами.
— Никогда о таком не слыхивал, — задумчиво проговорил один из гоблинов, остановившийся рядом. — Эт чё, если под него попасть, вот так расподорожжит?
Эспры и Кью во дворе действительно видно не было. А вдалеке продолжала завывать сирена. Странно — обычно дают несколько повторов и потом вырубают.
Я прислушался. Только длинные гудки. По пять кряду.
— Неопознанная угроза, — мрачно пробормотал Гоша, тоже прислушивающийся к сигналу. — Уровень опасности неизвестен.
Надо же — он даже не выругался сейчас ни разу. И ни одного слова не исковеркал.
— Получается, мы присутствуем при открытии нового вида тварей из-под Мглы? — вдруг поинтересовался аристократ, который припёрся в коридор следом за нами.
— Шишек иди пожри из-за под сосны, — задрал голову Гоша. — Шмагласятина родовитая. Мы двух бойцов потеряли, так-то. Будешь базарить не по делу — в нос выстрелю.
Не знаю, почему коротышка выбрал именно нос, но в целом я был солидарен — аристократ отвлекал. И всё ещё раздражал.
Только я развернулся, чтобы двинуться к лестнице и проверить, как дела у Кью с Эспрой, как наверху полыхнуло. Реально — как будто пламя по верхней части тумана разлилось. Вот снова. И опять. Что за хренотень-то?
— Дроны, — медленно и с некоторой опаской проговорил Ярослав. — Аэропланы на автоматике. Электроника тут сбоит, поэтому их со стороны разгоняют и направляют.
— Нахрена? — экспрессивно осведомился Гоша. — А главное зачем? Вниз ни хрена не доходит ж.
Дворянин хоть и помедлил с ответом, но всё-таки заговорил.
— У меня младший брат в штабе прикрытия ЦОТ номер два служит, — внезапно свернул он чуть в сторону. — Такое обычно запускают, когда есть серьёзная угроза с воздуха.
Не, в целом логично наверное. Раз дождь, значит концентрация всей этой жижи где-то наверху. Вот армейцы и долбанули единственным, что могло поразить воздушную цель. Другое дело — насколько это может оказаться эффективным?
— Это не Мгла, — снова заскрипел Йорик, — Животные не стали бы бояться естественного явления. Смотрите, наставник.
Кобольд вытянул руку, уткнув палец прямо в толстое стекло внешней стены. И правда — за оградой происходило нечто странное. Сейчас, когда небо снова и снова заливали вспышки пламени, которые кажется и не думали прекращаться, это можно было увидеть.
На моих глазах нечто, напоминающее окутанную иглами собаку, запрыгнуло в окно первого этажа соседнего дома. А вот ещё одному созданию, которое мчалось по асфальту, не повезло. Зверь почти добежал. Но когда до цели оставалось несколько метров, закрутился вокруг собственной оси. Рвано завыл. И уже через секунду принялся меняться.
Мерзкое зрелище на самом деле. Кожа наизнанку, кости перестыковываются, голова вообще на части распадается и потом заново собирается. Такое себе. Не рекомендую.
Знаете, что он дальше сделал? Рванул к нашему забору и попытался его перемахнуть. Не совсем удачно, правда — ударился о самую верхнюю секцию. А когда попытался зацепиться и перелезть, металл дрогнул и одним движением разорвал существо на части. После чего впитал в себя. Реально — решётка забора поглотила всё. От клочьев мяса до капель странной крови. Как будто и не было там ничего.
На этом моменте я всё-таки развернулся на месте и кинулся к лестнице. А спустя считанные секунды уже выскочил под боковой навес, где раньше стояли летние столики местного ресторана.
Рядом тут же оказалась фыркнувшая Кью, которая непрерывно посвистывала, рыла землю копытами и жалась ко мне. Только я опустил руку на её шею, пытаясь успокоить животное, как с другой стороны пальцев коснулся холодный металл. Эспра решила последовать примеру своей товарки и фактически подлезла под мою руку.
— Чё тут как, Тони? В норме они? — поинтересовался выскочивший следом за мной Гоша, который сразу принялся оглядываться вокруг. — Откуда эта япнутая дрянь вообще взялась?
— Дарг, который гладит мглистую косулю и живую кофемашину, — послышался голос Румянцева, в котором звучала наигранная ирония. — Будет о чём рассказать, когда вернусь.
Снова раздражает. Хорошо, что не слишком сильно — вот всё у биохимии даргов хорошо, кроме зашкаливающей ярости, которая может полыхнуть абсолютно в любой момент.
Забор пожрал ещё одного мутанта, который кинулся прямо на решётку. Сирена наконец заткнулась. Хочется надеяться, что в штатном режиме. Если эти тучи вдруг выползли из-под Мглы и окропили дождиком жилой сектор, живых там остаться должно было немного.
Конечно, эта хреновина вряд-ли работает за пределами Мглы. С другой стороны — обратившиеся животные тоже могут быть опасны. Если это то, о чём я думаю, каждый раненый в итоге умрёт. Либо тоже превратится в кого-то не слишком приятного на вид и весьма смертоносного.
Всех остальных, я в итоге отправил внутрь. А сам стоял под навесом, смотрел на мечущихся снаружи изменённых животных и гладил Кью с Эспрой. С полчаса ещё где-то. Пока всё окончательно не закончилось. Рядом перестали носиться монстры, что пытались прорваться через забор, небо больше не заливали всполохи пламени, а разноголосый вой, раньше доносившийся со всех сторон, утих.
Вернувшись назад, я застал гоблинов в за рубкой мебели в большом холле. Попросту крошили столы топорами, которые здесь же и нашли. Для коротышек они были великоваты, но те старались вовсю.
— Пацаны пали смертью героев, Тони, — тут же заговорил Гоша. — Надо закрематорить со всем уважением. По-гоблински.
