…В «Иглу» прилетели во втором часу ночи. Пока ехали в лифте, Марина с Машей как-то странно переглядывались. А перед моей квартирой загнали Темникову в угол — легонечко подтолкнули ко мне, посоветовали не теряться, и ушли ночевать к Завадской. Я сначала разозлился, так как считал, что такие ультиматумы ставить нельзя. Но Даша, как-то почувствовав мое состояние, затолкала меня в прихожую, захлопнула дверь и грустно улыбнулась:
— Будь я на их месте, сделала бы то же самое…
— Да, но…
— Они знают, что я тебя люблю, и уверены в том, что давным-давно сплю с твоей виртуальной копией в «Принцессе».
Тут я невольно подобрался:
— А что, это не так?
Девчонка отрицательно помотала головой, попросила не включать свет, «отжала» пакет с наградами, аккуратно положила на стол в гостиной и увела меня в спальню. А там, не раздеваясь, улеглась на кровать, подождала, пока я завалюсь рядом, «завернулась» в мои объятия и нервно облизала губы:
— Я тебя действительно люблю. Так же сильно, как Марина и Маша. И по-доброму завидую им, уже ставшим твоими. Но физическая близость между мужчиной и женщиной вызывает во мне иррациональный страх. Настолько сильный, что даже в «Принцессе» я… сбрасывала напряжение только от ласк и поцелуев. А любые попытки позволить тебе хоть что-нибудь еще заставляли вспоминать на редкость неприятные картинки из прошлого. В общем, похоть и жестокость деда сломали во мне что-то важное. И сама я это не починю…
Три последних предложения вернули из прошлого лютую ненависть к ублюдочной твари, изуродовавшей психику ребенка. А Темникова и не думала замолкать:
— В Хаджаре мне немного полегчало: после того, как дроиды по моему приказу посадили Творца Симфоний на импровизированный кол, прибили к стене и кастрировали, а ты сказал, что моя реакция на состояние истерзанной девушки на пыточном столе была адекватной, на душе стало так спокойно, что не передать словами. Поэтому я поддержала идею Маши либо убедить Марину начать с тобой спать, либо решить эту проблему самим. Так как была уверена, что смогу перебороть страх перед близостью. И часть страха действительно испарилась: я обожаю засыпать, лежа рядом с тобой, и просыпаться в твоих объятиях, мне нравится тебя целовать и вжиматься в твое тело, а твои взгляды на мое обнаженное тело сводят с ума. Но, как выяснилось на следующее утро после твоей первой ночи с Машей, следующие шаги продолжают пугать. Даже несмотря на то, что она сияла от счастья, заявила, что близость в реальности на пару порядков приятнее виртуальной, и удалила «Принцессу» к чертовой матери.
Я попробовал представить себя на ее месте, придумал аж два выхода из сложившейся ситуации и сразу же забраковал, так как вовремя сообразил, что у нас с Дашей разные характеры, воспитание и прошлое. Потом попробовал «включить» неуверенность и страхи, но сделать очередной вывод не успел — Темникова, собиравшаяся с духом, снова заговорила:
— Тор, этот иррациональный ужас очень сильно мешает. И я хочу от него избавиться. С твоей помощью…
— Можешь на меня рассчитывать! — твердо сказал я, и девчонка, нервно облизав губы, начала краснеть. Впрочем, взгляд не отвела. И не позволила себе остановиться:
— В моей любимой эротической фантазии мы с тобой каким-то образом одновременно оказываемся в душевой кабинке. Вокруг — приятный полумрак, из верхних форсунок льет самый настоящий тропический ливень, но мы его не замечаем — ты смотришь в мои глаза и ласково намыливаешь мое тело, а я… я наслаждаюсь этими прикосновениями и предвкушаю самый первый поцелуй. Не знаю, почему, но этот образ выключает мне голову быстрее и сильнее всего. Давай попробуем воплотить его в жизнь и посмотрим, что из этого получится?
Глава 28
3 декабря 2470 по ЕГК.
…Четырех часов сна мне, естественно, не хватило. Но будильник не унимался, так что я заставил себя открыть глаза, вспомнил безумную ночку, торопливо посмотрел на Дашу и облегченно перевел дух: она спала, обнимая меня, и улыбалась.
Будить ее не хотелось, но планы на день никто не отменял, поэтому я легонечко подул на густые ресницы. Дрогнули не они, а рука, мирно лежавшая на груди — пальчики с ногтями, покрытыми нежно-розовым лаком, начали собираться в кулак, но уже на первой трети траектории включили «технику двойного применения» и обожгли кожу фантастически ласковым прикосновением. Затем «ожила» нога, покоившаяся на моем бедре — сдвинулась вперед и вверх. А после того, как замерла в новом положении, с чуть припухших губ просыпающейся девчонки сорвался счастливый стон:
— Боже, какой кайф…
Фраза один-в-один повторяла сказанное Костиной на утро после ее первой ночи, поэтому я на пару мгновений завис. А после того, как ощущение дежавю исчезло, обнаружил, что Темникова уже на мне, утонул в счастливом взгляде, ответил на поцелуй и… запоздало сообразил, что «где-то далеко» прозвучало слово «Спасибо». Поэтому погладил спинку от основания шеи до поясницы и мысленно усмехнулся: девчонка, распробовавшая «практику», нащупала мою ладонь, сдвинула на ягодицу и «помогла» сжать пальцы. Тем не менее, срываться с нарезки, как Маша, не стала — побалдев буквально пару минут, нехотя сползла на кровать и расстроено вздохнула:
— Хочу еще. Но чувствую, что будет некомфортно. Поэтому отправляйся в душ, а я перестелю постель и приду…
Пришла. Подомогалась ко мне еще чуть-чуть, сделала очень уж игривый комплимент и, наконец, вспомнила о планах на утро. Поэтому заставила себя уняться, быстренько помылась, выскользнула из душевой кабинки, вытерлась полотенцем, нацепила халат и… рассмешила:
— То-ор, ты не обидишься, если я сбегу к девчонкам и приведу себя в порядок там?
— Закидали сообщениями? — с улыбкой спросил я и не угадал:
— Неа — Машино пожелание «Оторвись как следует…» было последним. Но они наверняка плавятся от любопытства.
Я закатил глаза к потолку и снова попал пальцем в небо:
— Тор, мы не обсуждаем ни тебя, ни то, что происходит в твоей спальне: Завадская с Костиной ждут возможности полюбоваться моим счастливым лицом и поздравить с переходом в категорию «Женщина Йенсена».
— Ты хочешь сказать, что обойдется даже без подначек? — удивился я.
— Подначивать, конечно, будут… — мурлыкнула она и предвкушающе расфокусировала взгляд: — … но добродушно и любя. А это чертовски приятно.
— Тогда беги… — «разрешил» я, почувствовал, что она вот-вот качнется ко мне, и наклонился. Чтобы было удобнее меня целовать.
После ухода Даши попросил домашний искин выйти в Сеть, приобрести три роскошных букета и оплатить доставку в мою квартиру. Разобравшись с этим вопросом, продолжил обязательную программу, а минут через сорок пять нарисовался в гостиной, вытащил цветы из «пенала» ЦСД и уронил в личный канал Марины знак вопроса.
«Будем ровно в десять ноль-ноль…» - пообещала она и не обманула — точно в назначенное время девчата ворвались в мою квартиру, увидели букеты и радостно заулыбались. Но приставали в меру. Вернее, Завадская, остающаяся дома — в обычном режиме, а Ослепительные Красотки — осторожнее некуда. Чтобы ненароком не помять парадно-выходное шмотье и не размазать боевой макияж. Впрочем, наобещали… всякого-разного, собственноручно поставили букеты в воду, а потом вернулись обратно, посерьезнели и дали понять, что готовы.
— Тогда с богом… — напутствовал их я, проводил до Дашиной «Волны» и пожелал удачи.
За время моего отсутствия Кара успела организовать завтрак, так что я учуял запах блинчиков с мясом в тот момент, когда входил в прихожую. Вот и ускорился. Нарисовавшись на пороге гостиной, запоздало сообразил, что Темникова с Костиной улетели в НМА голодными. И ошибся в третий раз за утро — догадавшись, что могло меня расстроить, Марина деловито доложила, что скормила девчатам по два больших бутерброда.
Во время трапезы усиленно веселила — делилась последними слухами о нашей команде, вычитанными в Сети, и предлагала еще более кошмарные варианты. А после того, как все съестное приказало долго жить, натравила на грязную посуду дроидов, следом за мной перебралась на диван, привалилась к левому боку и еле слышно выдохнула:
