— Ты не знаешь, что это за бабы, — начал я говорить дрожащим голосом. — Эти бабы дадут дрозда все бабам!
Рыжебородый уставился на меня тупым взглядом и вышел из комнаты. Меня только подлатали, и тут меня ждёт полное уничтожение моих внутренностей. Слышу, как на Бороду кричит Ева на лестнице, приказывает ему отвести её ко мне. Глупец. Он начал спорить. Вот и Катя показала свой голосок. Что же делать? Я уже слышу, как они поднимаются.
— Эта комната? — услышал я за дверью Еву. — Открывай, пора ему сыграть в ящик.
Борода замялся и не мог сказать и слова. Эти две тигрицы его запугали. Заткнули. Надеюсь, он теперь понял, почему я их так страшусь.
— Все, я открыл, входите. Я вас оставлю, если что-нибудь понадобится, зовите.
Катя с Евой вошли, а с ними и лекарь из ударного отряда, но перед их взором открылся не я, а ледяной гроб.
— Ева, он, кажется, уже сыграл в ящик, — усмехнулась Катя.
Ева подошла к гробу, попыталась его открыть, но всё тщетно. Не открою!!! Лучше по Гаджету поговорим.
— Не поддаётся. Крепко засел там, — прокряхтела Ева и, посмотрев на крышку, увидела слова: «Здесь покоится командир ударного отряда „Бедствие“ Алестер Ламберт. И просьба не вскрывать гроб».
Все трое стояли и просто молчали.
Надеюсь, они оценили.
— Катя, сожги гроб, — сказала Ева ледяным голосом. — Героев всегда сжигают.
— Стойте! — открыл я крышку гроба и приподнял своё тело, тут же получив удар кулаком по носу от Евы, которая снова закрыла крышку.
— Показалось, — постукивала она по гробу. — Жги, Катенька.
Развеяв гроб, я отпрыгнул подальше от разъярённых девушек.
— Воскрес!.. — воскликнула Ева.
— Воистину воскрес, — кивнула Катя, посмеиваясь.
— Девчонки, не надо кипятиться, — сказал я, держась за нос руками. — Я уже достаточно получил! Хорош!!!
Женщина, стоя позади, рассмеялась до слёз и пыталась что-то сказать, но не могла. Наконец досмеявшись, она сказала:
— Не думала, что здесь будет так весело.
— А ты кто? — спорил я.
— Жанна Кимес, лекарь, — подмигнула мне девушка.
— Жанночка, подожди с его лечением. Сначала он расскажет нам все, что с ним было, — похрустела кулаками Ева.
— А где Ваня и Аран? — начал я отводить тему в другую сторону.
— Они не смогли прийти, — сказала Катя, зевая. — Выслеживают титана. Там очень запутано. Ну, не отходи от темы, что за посмертное сообщение?
— Если ты ещё раз такое напишешь, — со злостью закричала Ева, — я не прощу тебя!!!
Сев на кровать, я посмотрел на своих подруг. В голову начали лезть слова Мефисто, что я уничтожил Вожака, использовав чёрный лёд… ничего не помню. Но лёд всё же я видел. Он за ночь исчез, но, всё же его видели все, а значит точно не галлюцинации.
— Я должен был умереть. Но произошло что-то необычное, что — я не могу объяснить.
— Рассказывай! — сказала Катя.
— Здесь лишние, — посмотрел я на Жанну. — Без обид.
— Хорошо, — подняла перед собой руки женщина. — Это ваше дело.
Жанна захлопнула дверь. Повисла гробовая тишина. Мне всё равно придётся им рассказать о случившемся.
— Я сразился с Вожаком Ночников…
— Это кто? — почесала Ева затылок. — Стоп! Что-то вспоминаю.
— Сразу же скажу, этот монстр был очень умным, — вспомнил я всё пережитое. — Просчитывал все ходы, как настоящий тактик. Убить его можно было только огнём или солнечными лучами. Первый раз он сделал баррикаду из дома своими порождениями, чтобы застать нас врасплох. И у него это получилось. Я проиграл, даже находясь в режиме белого дракона.
— Он что, был настолько сильный?
— У меня все ещё мурашки бегают по коже, как вспоминаю… Продолжу. Второй раз я нашёл гончих и попытался с помощью птичек спалить Ночников и их Вожака. Заведя в канализацию гончих, прямо где мы находимся, я стоял на улице и, когда солнце пропало и наступила ночь, Вожак вышел. Я довёл его до финальной точки. Но все птицы были убиты, а люди — в чёрных коконах.
— Как он догадался? — сморщилась Ева.
— На моих доспехах была капля чёрной воды, через которую он мог слушать меня.
— И вправду умный зверь. — удивилась Катя.
— Он впечатал меня в стенку и бил, не жалея сил. Все мои внутренности превратились в кашу… Потом он поднял меня и сдавил мне шею, — в глазах девчонок читался вопрос, который я сам задавал себе неоднократно: «Почему ты ещё жив?» — Мефисто пытался его остановить, но было бесполезно. Мне показалось, что моё сердце перестало биться. Я в этом уверен… я отключился. Но когда пришёл в себя, увидел, что Вожак повержен, а весь город выживших в чёрном льду. Мефисто говорит, что это был я… — я свесил голову. — Но я ни черта не помню!
— Чёрный Лёд? — удивилась Ева. — Может, Мефисто ошибся?.. Нет, твоя способность льда уникальна.
— И самое смешное… я обнулился. Во мне и крохи магии не было. А тут бах — и я как-то весь город покрыл льдом.
— Странновато… — задумалась Екатерина.
— Долго ещё? — открыла дверь Жанна. — Я очень не люблю ждать.
— Можешь заходить! — крикнул я, показав девчонкам, что поговорим потом. — Ну-с, приступим к лечению.
Жанна подошла ко мне и разрезала бинты. Все моё тело было в швах от разорванных ран, ни одного живого места. Раны ещё свежие. Вожак изрядно покалечил меня. Доспехи в норме, но вот моя кожа и внутренности не выдержали таких атак.
— Ужас… — Ева присела возле меня и взяла мою руку. — Прости, что ударила тебя по лицу, тебе больно?
— Не переживай, — я погладил её по волосам. — Я всё же заслужил.
— Как ты выжил? — спросила Жанна, округлив глаза. — Твоя грудная клетка должна была быть раздроблена на кусочки. Твои рёбра! Они в ужасном состоянии. Как ты можешь ходить… это невозможно!
— Не знаю, два дня назад я чуть не умер от боли; выжившие помогали мне, а потом боль прекратилась и, как и сейчас, я чувствую себя малосольным огурчиком, — усмехнулся я.
Катя стояла возле Жанны и с ужасом смотрела на моё израненное тело.
— Катя?
— Что такое?
— Ты нормально себя чувствуешь?
— Да, отлично. Жанна, может, начнёшь его лечить?
— Конечно, — улыбнулась она и подняла руку вверх. — Приступим. Девочка в маске, помоги мне.
— Я же сказала, меня зовут Екатерина. — рыкнула девушка. — Что делать надо?
Что-то знакомое. Я также бесился на Лагерту.
— Возьми его за руку, а ты, Ева, за другую, и не отпускайте его.
Девчонки сели возле меня на постель и взяли мои руки в крепкие тиски.
— Тигрицы, — заулыбался я. — Будьте со мной ласковы!
— Озабоченный, — закатила глаза Катя.
— Лучше бы тебе перестать говорить, — провела рукой Жанна по моей груди. — Боль будет невыносимой. Будем собирать твою грудную клетку по кускам. Потом ребра и ноги.
В её руках появился зелёный свет. Она поднесла правую руку к моей груди и погрузила её, руку, будто в воду. Грудь пронзила страшная острая боль; я взвыл, начал дёргаться, болезненно стонать. Девочки держали меня крепко — вырваться я не мог. Очень больно.
Лучше бы я спиртом помазал, и само бы прошло. В меня только что вошла женщина. Как отвратительно звучит. Я чувствую, как моя грудная клетка собирается по кусочкам.
— Вот и все, — она вытащила руку. — Теперь ребра.
* * *
— Вот и пришло время прощаться, — Рыжебородый обнял меня, сдавив в своих руках.
Мы с девчонками стояли на выходе из канализации. С нами были Рыжебородый Луи и Марта.
— Всё наше поселение благодарно тебе, — поблагодарил меня Луи, и впервые на его лице я увидел счастливую улыбку. — Спасибо, береги себя.
— Когда я первый раз встретила тебя, ты показался мне противным и неотёсанным пацаном. Но когда ты помог нам, я изменила свою точку зрения. Огромное спасибо, надеюсь, мы ещё когда-нибудь встретимся, — сказала Марта.
Да… Неотёсанным? Я и правда кажусь таким первым встречным? Обидно! Даже очень. Но я забуду её слова. Чтобы было не обидно.
— Я тоже надеюсь, — через силу улыбнулся я.
