Еще через десять минут второй провел своим планшетом по странным местам и сказал:
— Все, готово. Бесы потеряли его.
— Тогда можно отправляться в наше убежище.
Спутник взял бандита под руку и просто повел его за собой.
— Даже глаза мне не завяжете.
— Зачем? — просто сказал один из мужчин. — Куда тебе бежать? Кому чего рассказывать? Целиком в твоих интересах примкнуть к сопротивлению.
— К сопротивлению — в голове мужчины промелькало вся информация, которую он знал.
Он знал чтоэто сумасшедшие, альтернативно одаренные, безумцы, те, у кого не хватает чего-то в голове.
Он вспоминал тот кадр, который постоянно транслировали по электронщине, когда сумасшедший бородач, вращая глазами, с окровавленными руками, стоял и кричал «Нам правят птицы с руками». «Нам правят птицы с руками, как вы не понимаете?»
— А что птицы с руками? Тоже правда? — вдруг спросил бандит.
— Все правда. Все, что слышал, правда.
— И Селика спасительница тоже правда? Неужели она за них?
— Селика спасительница, — помедлив ответил его спутник. — Правда.
— Какая Селика спасительница.. — Мужчина ничего не понял, но продолжил идти за своими спутниками. — И что, ангелы действительно на тучах живут?
— Не на тучах, а на летающих островах.
— И когда мы умираем, они нас забирают в рай?
— Нет, когда мы умираем, они забирают нас в глухую подземную лабораторию,
выращивают новые мозги, делают тело снова молодым, или просто его исцеляют, если им нужны старики, и снова отправляют жить. И так по кругу.
— Бред какой-то. Да, поначалу кажется, что это кажется бредом, но когда сам увидишь, может быть даже поассистируешь в подобном, начинаешь понимать, в каком дерьме оказался. — Громко рассмеялся второй из мужчин, он снял обмотки, бандит увидел, что кожа его черна, практически как ствол дерева.
— Иваксец — вырвалось у него изо рта.
— Что, не ожидал увидеть здесь страшного ледяного иваксца? — Громко рассмеялся тот, его белоснежные зубы с явно выделяющимися клыками заставили бандитам испытать страх.
— А ты тоже что ли реален?
— Конечно реален. И действительно, наше племя питается мясом себе подобных. Мы каннибалы. — снова засмеялся он, изображая рукой, как будто бы он машет костью, как дикарь. — Ладно, шутка это, чтобы разрядить атмосферу. — Темнокожий мужчина обнял бандита. — Все мы здесь братья между собой. Прямо как драконы. — Он снова громко рассмеялся, на этот раз его смех был добрым, успокаивающим.
Бандит понял, что в компании себе подобных, иммунных, как их называли сопротивленцы, он чувствует себя настолько же спокойно,
насколько в детстве чувствовал себя среди таких же, как он, маленьких мальчиков.
— Вот здесь — Иваксец показал на тяжелую бронированную дверь. — Давай, открывай ее.
— Что, я дотронусь до нее и взорвусь, или память у меня сотрется?
— Да нет. У нас перчатки просто магнитные, — показал иваксец и снова рассмеялся. Его смешливость действительно здорово успокаивала от прошлого бандита. — Схватим за дверь и так стоять будем, как статуи.
— Кстати, о статуе — спросил второй, он не снял свои обмотки и так и оставался таинственным. — Удалось вам ее украсть или нет?
— Честно говоря, не знаю. Я бросился бежать. У босса был шифр «БЕГИ» среди строк. Все, что я смог прочитать, он был напуган, совершенно не хотел застрелиться. Я этого мужика двадцать лет знаю, работал на него. Начинали мы с ним вместе в подворотнях, — говорил прошлый бандит, и у него чуть ли не наворачивались слезы. — А тут взял и застрелился из ничего.
— Бесы его доконали, — грустно сказал иваксец. — Моего брата также довели. Он был вождем племени, захотел шаманом стать. Бесы не позволили племени.
— Я вроде читал, что не живут бесы за городом.
— Живут, живут. У нас страна дикая, все можно сказать загород. Знаешь, сколько страданий в диких племенах. Я с таким удовольствием свалил оттуда, ты не представляешь.
— К повстанцам?
— Да нет, — продолжил рассказывать иваксец.
Когда бывший бандит открыл дверь, они зашли в невероятно освещенный светлый холл. Всюду стояли живые растения в кадках, множество столов, за которыми, сидя за экранами, работало множество тагаев. И что больше всего удивило бандита, гибридов и даже ангелоидов. Наплевав на все, он подошел к одной работающей девушке и дотронулся до ее крыльев. Но Иваксец с улыбкой развернул бандита и продолжил вести его под ручку, как женщину.
— Да, да, настоящий ангелоид, еще успеешь с ними познакомиться. Так вот, знал бы ты, сколько там страданий. Сначала я убрался в город. Наркомания, проституция и прочее. Жуть, конечно, но ничего, два года прожил. А потом меня напало странное создание. Кожа еще чернее, чем у меня, глаза горят. Причем их четверо, в два раза больше, чем у нормального мужика. Верещит злобно, глаза щерит, как хищник. Но я ему уработал ножом в глаз. Любой бы откинулся, а этот снова продолжает на меня бросаться. Направляет на меня излучатель. — Иваксец показал, висящее у него на поясе, как думал бывший бандит, дробовое ружье. -
Всю на полную выкручивает и кричит, "почему ты не подчиняешься, раб"!!! Раб? Ну, не люблю я, когда долго меня рабом называют. Сначала вождь племени, потом шаманы. Вечно им рабов-то не хватает, — громко рассмеялся иваксец. — Врезал я ему с ноги, а потом голыми руками голову-то и оторвал. Смотрю, а оттуда какие-то змеи вылезают. Тут на меня сопротивление сразу вышло. Оказывается, этот бес курировал весь район, лично за мной пришел.
Так я и узнал, что я иммунный, поэтому в шаманские бредни никогда не верил. Ну, о том, что мы родились рабами и рабами будем ими вечно, и даже после смерти не умрем, и продолжим ими быть.
— Точно, у меня тоже самое было. В моей стране религии начинается с детства. — Второго мужчину бандит уже не слушал, у него перед глазами так и вращалось это слово, иммунный.
Виреон и пляж
После того как Ариель собрала древесные стволы мощной повозкой в одну кучу и уже была готова тащить их по одному на лесопилку, Виреон сделал жест рукой.
— Мне кажется на сегодня достаточно.
— Вири, сегодня как раз бы успели бы раздробить несколько стволов. Сто лет этого не делала. — Ариэль казалось очень довольной. Отто сидел на холме и наслаждался солнечной погодой.
— Отто, почему ты молчал о том, что устал?
— Я что? Устать? — Лулусец казалось пребывал в каком-то сне.
— Да, понимаю, у Тагаев нет столько выносливости, сколько у нас. Тем более у тебя. Вот, дорогой, послушай, правда ли, что здесь есть так называемый пляж?
— Да, здесь есть пляж. — Тагай попытался встать, но запутался в собственных сапогах и, если бы его не придержала Виреон, упал бы на землю. — Да, есть пляж.
— Поспи. — Виреон провела по нему рукой. Тот закрыл глаза, и темная эльфийка хотела было взять его на руки, как маленького, но ее остановила Ариель.
— Он потом себе не простит, знаю я это упертого мужика.
— Да, ты права, он слишком благороден для этого.
Они подстелили палатку и ложили туда Отто.
— Пляж. Хочешь посетить пляж?
— Да, в этой стране гораздо более теплый климат, чем в стране Барбак. У нас, между прочим, океан, а в Лулусии всего лишь море.
— Океан, — удивил Виреон, высоко подняв бровь. — Это же воздушный.
— Нет, у нас водяной. Большой летающий остров. Материк, можно сказать, множество стран. Все это под куполом, — начала говорить Ариэль. — Нам нужны запасы воды. Если будем постоянно наколдовывать ее, у тагаев могут возникнуть вопросы.
— Так ли уж важно постоянно держать тагаев в неведении? — Искренне удивилась Виреон.
— Да, действительно важно. Мы проверяли. Если тагаи знают о том, что они рабы, — Ариэль даже закрыла глаза, — то помимо восстаний они вырабатывают втрое меньше негативной и вдвое меньше позитивной энергии.
— Проводились исследования?
— Да, проводились и не раз. Некоторые правители держат свое существование не в строжайшей тайне. Многие знают, что у власти находится создание не того вида, из которого состоит страна, но не более того.
