Коротко вздохнув, я вошла. Машинально обвела взглядом помещение, отмечая, что здесь несколько просторнее, чем в выделенной мне комнате, но в остальном мало отличий.
За моей спиной мягко закрылась дверь, отрезая пути к отступлению.
Дар выступил вперед и жестом показал располагаться на небольшое кресло, которые стояло в углу комнаты у низкого столика. Я послушалась. Мэр устроился в соседнее, всем видом показывая, что готов слушать.
Наверное, самое трудное начать. Тем более сейчас, когда между нами немного… сложно.
Я набрала в грудь побольше воздуха… И начала издалека.
– Леди Рейвенс ведь в розыске. Ее нашли?
– Хм, неожиданная тема для позднего разговора, – хмыкнул лорд Ибисидский, вытянув ноги и удобнее устраиваясь в кресле. – К сожалению, поиски затянулись. Но на днях мои специалисты поймали ее след. Думаю, совсем скоро мы поймаем леди. Тогда все наконец-то завершится.
И я даже представляла, какой именно конец предполагался у этой истории. Леди Рейвенс ждал суд и по сути справедливое наказание… если бы не один нюанс. Вместе с ней обнаружат и ее сына.
– Дар, я много думала об этом… – почему-то говорить было очень сложно. В основном, конечно, по той причине, что ситуация была очень уж двойственная. – Ты ведь говорил, есть шанс, что, например, лорд Рейвенс остался в живых.
Он слегка поморщился. Явно это была не та тема, которую Одар Ибисидский хотел бы обсуждать поздним вечером у себя в спальне со своей невестой.
– Верно. Но я надеюсь, что мерзавец благополучно сдох. В любом случае, после поимки леди станет доподлинно известно. На ее поиски брошены немалые силы.
Но не все…
Ну да, полагаю, что у мэра после того, как он одолел иномирного князя в приоритете совсем другие заботы. А его сообщники… рано или поздно будут пойманы.
Нервно переплетя пальцы, я продолжила:
– Леди Рейвенс еще в долине Хар рассказала, что провела ритуал над своим сыном, когда ему было полтора года. В нем поселился дух Раэна ин Суэба, князя из Тиоса, который сразу же взял главенство над телом. Могло ли случиться так, что физическая оболочка росла, а душа мальчика, задавленная подселенцем, нет?
– К чему ты ведешь, Адель? – сощурившись и слегка подавшись вперед, спросил Одар.
– Ты сначала ответь, – твердо попросила я.
– Такое вполне возможно, но сама понимаешь, что исследований на этот случай нет. С таким же успехом можно предположить, что подселенец истощил настоящего хозяина тела, и сознание угасло. Тем более, что оно было очень… мало. Так к чему это все? Ты уже очень долго кружишь вокруг главной темы и поверь, я начинаю тревожиться все сильнее. Лучше переходи к сути вопроса сразу, а о том, как ты докатилась до жизни такой, станешь рассказывать позже.
Ладно, к сути так к сути! Набрав в грудь побольше воздуха, я на одном дыхании выпалила:
– В столице я встретилась с леди Рейвенс.
Располагаясь в кресле, я села так, чтобы видеть лицо мужчины и сразу заметила, как он напрягся. Расслабленность исчезла из его позы, а глаза словно стали темнее.
– Мне не стоит напоминать, что данная особа вне закона? – обманчиво мягким тоном поинтересовался Ибисидский. – И нужно было сразу обратиться в жандармерию, раз уж ты не хотела говорить со мной? Хотя бы ради безопасности!
– Я это знаю, – отозвалась я, нервно поправив волосы.
– Тогда слушаю тебя дальше, Адель, потому что ваша встреча определенно закончилась не по благоразумному сценарию.
Я думала, что будет несколько проще. Ожидала дружеский разговор. Где меня сразу поймут… или во всяком случае попытаются! Ведь так было раньше.
Видимо, была права Сарочка, которая говорила, что обиженные мужчины плохо помогают. Кажется, они еще и особо слушать не хотят.
По крайней мере, сейчас.
– Дар… – я коснулась его руки. Крепкая, твёрдая, но не жёсткая. Рисунок вен на запястье, сильные пальцы, способные держать меч, подписывать приговоры, управлять городом…такой разный мужчина. Поддавшись порыву, я скользнула большим пальцем по внутренней стороне ладони Дара, от чего он едва заметно, но все же вздрогнул и неверяще на меня уставился.
Смутившись, я попыталась забрать конечность, но мне не дали. Потому пришлось продолжать беседу как есть, стараясь сосредоточиться на словах, а не на ощущениях.
– Я знаю, что не нужно было с ней говорить. Но я не смогла ее прогнать, когда узнала, зачем она пришла.
– И зачем же она пришла?
– За помощью, – подавив детское желание зажмуриться, я призналась. – Понимаешь, Рей все же выжил.
Пальцы Ибисидского внезапно сжались, но не на моей руке, а на подлокотнике кресла. Дерево жалобно скрипнуло, когда его хватка стала железной. Глаза, только что казавшиеся непроницаемыми, вспыхнули ледяной яростью.
– И ты говоришь мне об этом только сейчас?! – вспылил мужчина, гневно глядя на меня.
Я вздрогнула, но не отвела взгляда. Он подался вперед, нависая надо мной, и в этот момент мне показалось, что воздух в комнате стал тяжелее.
– Я никак не могла решиться раньше, – максимально спокойно ответила я, но невольно все же вжалась в спинку кресла. Разъяренный Ибисидский оказался завораживающим зрелищем. Красивым. На него хотелось любоваться и любоваться. Но желательно издалека. – Она пришла в мою лавку, оставила записку с информацией о том, где ее искать в случае положительного ответа и ушла. Рей стал почти как лорд Эдвин, после того как подселенец ушел. В теле взрослого мужчины ребенок. Полуторагодовалый. И ему грозит опасность, а ведь настоящий Рей ни в чем не виноват… Я за то, чтобы леди Рейвенс получила по заслугам, но ее сын… Он не несет ответственность за поступки матери.
Остальные слова застряли в горле, когда я встретилась взглядами с мэром. Одар был злой. Он словно бы окаменел, выступили на щеках желваки, делая его лицо хищным.
– Дар…
– Ты продолжай, Адель, – холодно сказал он, скинув мою ладонь со своей. И только сейчас я осознала, что продолжала держать его руку. – Я, оказывается, совершенно тебя не знал, раз ты готова ради бывшего прийти ночью ко мне в комнату и упрашивать. Буду теперь узнать тебя настоящую. На что ты ещё решишься?
Я сначала замерла, не зная, как реагировать.
А затем внутри словно вспыхнул огонь, от которого вспыхнули не только мои щеки, но и уши, шея.
На кончиках пальцев заискрилось пламя – предвестник того, что я начинаю терять контроль над собой и своей силой.
– Что ты такое говоришь?! – я поднялась на ноги.
– То, что услышал, – также ледяным тоном сказал лорд Ибисидский. – Я тебя вообще не могу понять, Адель. Ты все, что я для тебя делаю, не видишь, зато слепо тянешься помогать преступникам. Подвергая себя и окружающих опасности.
– Я хочу помочь тому мальчику, который не по своей воле оказался втянут в это все! – попыталась объяснить я.
– Моими руками, как я понимаю. Но мой ответ – нет. Я столько раз тебя вытаскивал из передряг, что даже несколько устал. Влезать в очередную историю я тебе запрещаю.
Воздух вокруг сгустился и едва ли не звенел от напряжения.
– Ты мне помогал, исходя из своих корыстных целей, смею напомнить! – не удержалась я.
– Прелестно, – мрачно изрек он, сцепив пальцы и глядя на меня непроницаемыми серыми глазами. – То есть ты не можешь допустить даже мысли, что все, что я делаю, это из-за моих чувств к тебе? Давай откровенно, ты не единственная глава рода с алтарем. Для моих целей подошла бы и другая леди. Которая не бежит чуть что помогать бывшему из доброты душевной и по сути скрывает преступников.
Я была в шаге от того, чтобы не спалить всю спальню. Просто понимала – ещё слово, и я действительно не сдержусь и потеряю контроль.
Поэтому я сделала вздох. Выдох. Выпрямилась до легкой боли в позвонках.
– Ты, не дав мне даже договорить, извратил все, – как можно более спокойно начала я.
– Я высказал свое мнение.
– Я тебя поняла. Не буду больше беспокоить. Спокойной ночи.
Я развернулась и быстрым шагом направилась к двери. Не знаю, что мне придавало сил не плакать, но слезы уже жгли глаза. Я ожидала другой реакции, других слов… Больше понимания. А в итоге мы с Даром разругались в пух и прах. В очередной раз.
